Глава 11

Алиса

- Ее зовут Алиса, - выдает подруга торжественно, а я не понимаю, серьёзно она, или подтрунивает надо мной.

- Ха-ха, очень смешно, - парирую я.

- Нет, правда. Он так и сказал. Ииии…Навряд ли это какая-то другая Алиса, навряд ли можно поверить в такое совпадение. Ты понимаешь?

- Понимаю. Значит, он обманул тебя. Не знаю, зачем, но он сказал неправду.

- Ага. При этом бросая на тебя такие взгляды… Удивляюсь ещё, как ты там не расплавилась. А чем вы, кстати, занимались, когда я вошла в кухню, а?

- Он соврал, - продолжаю утверждать, игнорируя окончание фразы.

Ничем таким, и подруге об этом прекрасно известно.

- Сама-то ты в это веришь?

И Мила скептически выгибает брови.

- Игнат никогда не говорит того, что думает на самом деле. Никогда, - восклицаю я.

А у самой внутри все замирает от предвкушения. Но как же страшно, до одурения страшно поверить и ступить на эту зыбкую, готовую провалиться под тобой буквально в любой момент почву.

- Может, на этот раз он решил сделать исключение? - подначивает Мила.

Отрицательно мотаю головой, отгоняя от себя непрошенные, но такие заманчивые перспективы.

- Что он тебе сказал перед тем, как мы сели в машину? - продолжает допытываться подруга.

- Предложил поучить водить.

- Ну, воооот.

- Что воооот?

- Это значит, он хочет проводить с тобой больше времени. Желательно наедине. Улавливаешь?

Вопрос только, зачем.

В его прямой и честный ответ моей подруге я все равно не поверю.

- Кстати, - решаю сбросить Милу с небес на землю. - Тот мужик, что к нам подошел, когда Макс бросился под колеса, это Игнат отправил его за нами. Ну, типа проверить, как мы доберемся до дома. Прямо он, конечно, не признался, но я уверена.

- Какой внимательный. Переживал, как ты доедешь. А почему не сам?

- Может, были какие-то дела. Повторяю, он ни в чем не сознался.

- Или он провожал инкогнито.

- Навряд ли.

Зная его, он бы не стал отсиживаться в машине, а схватил бы того парня, Макса, за шкирку и отшвырнул, как только понял, что с тем все в порядке.

А если бы с ним и правда что-то произошло, он оказал бы первую помощь.

Хотя... Так бы сделал прошлый Игнат. Тот Игнат, которого я знала. А вот нынешний...

- В любом случае, он проявил заботу, - не отстает Мила.

- Ага.

Только не слишком ли он припозднился со своей заботой. Когда бросал в трубку, что не приедет, и мне придется вылетать из страны без него, о моих переживаниях никто не заботился.

Он попросил прощения, а я не хочу.

Не-хочу-после-всех-страданий-так-просто-его-прощать.

- Не знаю, как ты, а я бы махнула на все рукой, и предоставила парню новый шанс, - между тем надавливает Мила.

На секунду отрываюсь от дороги и поворачиваюсь к подруге.

- Мил, давай я сама решу, а? – восклицаю.

Спазм в горле не дает нормально говорить. А ещё его слова, что бьются в мозгу. Сказанные вкрадчивым хрипловатым голосом, пробравшимся прямиком под кожу и расплавившим все нервные окончания.

"Я не мог поступить иначе тогда, Алис..."

- Я просто вижу уже, Алис, ЧТО ты решишь. И считаю...

- Предлагаю сменить тему, - резко перебиваю я.

Заткнула бы уши, да руки заняты рулем.

- Конечно, решай сама, - кивает подруга. - Просто…

- Просто, давай лучше поговорим о тебе. Может ты перестанешь разыгрывать представления перед Горским? Ты знаешь, какой он и как поступает с девушками. Знаешь его тысячу лет. Знаешь, как он подсаживает на себя, после чего жестоко бросает. Ты точно уверена, что оно тебе надо? После стольких попыток?

- Действительно, давай сменим тему, - тут же соглашается подруга.

Замолкает, и отворачивается к окну.

Некоторое время едем в полном молчании.

Потом, в целях примирения, я осторожно интересуюсь, что за неожиданная новость с переходом на другую работу.

Мила незамысловато объясняет.

Дружелюбным тоном, словно неприятного разговора о моем брате не было и в помине.

- С всеми этими делами, Алис, совсем забыла тебе рассказать, - говорит она. - Павлов, ну, начальник наш, прикинь, решил вдруг ко мне подкатить. Естественно, я его отшила. Ну и успокоилась на этом. А тут он перед работой подкараулил, ну и давай снова руки распускать. А у соседки знакомая как раз в цветах работает, ну и сказала, что им сотрудник с опытом нужен. Я того послала, а тут согласилась. Зарплата такая же, а работа намного приятнее.

За разговором подъезжаем к Милиной пятиэтажке.

Минуем сомнительную компанию во дворе, несколько мужиков, не слишком трезвых по виду, играют в домино, и поднимаемся на второй этаж.

Вонь в подъезде стоит такая, что хоть нос зажимай. И даже не понять сходу, чем пахнет, то ли мокрыми тряпками, то ли прокисшими щами. Наверное, всем понемногу.

А раньше семья подруги жила в похожем на наш элитном коттедже. В три уровня, с охраной и бассейном.

Родители оплачивали дочери дорогой лицей, да и вообще она ни в чем не знала отказа.

Резкий контраст.

Но на удивление, подруга не унывает, а на переселение смотрит философски.

…

Мы с Милой заходим в квартиру, и я застываю на пороге.

Действительно, все, как она рассказала и как я могла лично увидеть на фото, только в реале все смотрится ещё хуже.

Вещи неаккуратно разбросаны, ящики выдвинуты, всё перевёрнуто вверх дном. Кажется, будто пронёсся ураган, торнадо.

- Видишь, Алис, какой кошмар, - выдыхает Мила. – Хорошо ещё, что ничего особо ценного у меня нет.

Я киваю.

Мы переобуваемся, и не сговариваясь начинаем собирать разбросанные вещи, аккуратно складывая их по местам.

- Вазу жалко, - говорю я, заметая осколки.

- Это даже не моя, - отмахивается подруга, ловко орудуя щеткой. - Досталась, так сказать, с обстановкой.

- А что, как твои родители? Свыклись?

- Да не очень. Отец чуть что, и сразу за сердце, мама успокаивает. Вообще, повезло ещё что его не посадили. А могли бы. Партнер оказался полным мудаком.

- Да уж, - соглашаюсь я.

- И что дача была записана на тетку, тоже повезло, - добавляет. – Не смогли конфисковать. Вот пусть теперь там сидят и помидоры выращивают.

Уборка идет живо и позволяет мне слегка отвлечься от мыслей об Игнате.

От его предложения поучить меня водить, от его взглядов и дурацких намеков насчет любимой девушки.

Что-то около пяти мне звонит Оля, и просит подъехать в пекарню.

- Алис, у ребят появилась отличная идея, - частит она. – Огромный трехметровый торт в виде Кафедрального собора. Конечно, придется постараться, и…вложиться. Но зато мы значительно сможем увеличить охват аудитории. Кирюша провел исследование, и оно показало, что рилсы с чем-то огромным на заставке набирают в разы лучше.

- Хорошо, сейчас подъеду, - говорю я.

- А Оксанка знаешь, что предложила вместо собора? И это тоже очень крутая идея. Ты типа сидишь в машине, руки на руле. А потом одну из рук снимаешь с руля, ну, допустим правую, и достаешь большой нож. Бац, и отрезаешь себе левую кисть вместе с частью руля. Все в шоке, и ролик точно взлетит. Мы реалистично сделаем и вначале никто не догадается, что левая рука и руль были сделаны из бисквитных коржей с ягодной прослойкой.

- Жесть какая, - хмыкает Мила. - Ну и идейки у вас.

Оля так громко говорит, что подруга слышит чуть не каждое слово.

- А мне нравится, - одобряю я, уже прикидывая, какой фурор произведет такое видео. - Жаль, нельзя вот точно так поступить с сердцем или мозгами.

- Хорошо, мы подумаем и над этим, - серьёзно отвечает Оля, которая, кажется, восприняла мои мысли вслух на полном серьезе.

В общем, прощаюсь с подругой и отбываю в офис, решив на обратном пути заскочить в автомойку и помыть машину.

Вообще, она не очень-то грязная, но и не слишком сверкающая. А раз у нас сегодня день чистоты…Готова завалить себя делами до самого вечера, значимыми и не очень, лишь бы перестать то и дело думать об Игнате.

…

- В общем, решено, фокус с отрезанием руки, и торт, соответственно в виде нее, - подытоживает жаркие обсуждения Оля. – Завтра начнет подготовку и закупку.

- На этом, предлагаю разойтись, - киваю я, и первая поднимаюсь из-за стола.

Отхожу к окну, выглядываю во двор.

Темнеет. За работой время, как и всегда, протекает чуточку быстрее.

Мне кажется, я бы могла и дальше обсуждать.

Обсуждать, и обсуждать.

Что угодно, лишь бы не оставаться один на один со своими мыслями.

Но уже жалко ребят. Все же официальный выходной…Но, когда на ум приходит что-то стоящее, а начальница у тебя страдает хронической бессонницей, тут не до выходных.

Все расходятся, и я, закрыв помещение, вздыхаю и бреду к машине.

Автомойка, напоминаю себе. Но едва выруливаю со стоянки, как телефон оживает.

Мила.

- Алииис, - шипит она в трубку, да так, что сразу же вся напрягаюсь.

- Мил, что случилось?

-Тут такоооое.

Голос подруги звучит как-то неестественно. А ещё она шмыгает носом. То ли простыла, то ли плакала только что.

- Мне позвонил Макс, Алис.

- Макс! - восклицаю я.

- Ага, объявился, представляешь. Извинился, что не отвечал, и попросил забрать его, продиктовал адрес.

- И ты поехала? - ахаю я.

- Поехала. Но… В общем, тут такое…Алис, ты можешь приехать, и меня забрать? Пожалуйста…

- Конечно, - киваю.

Под ложечкой сосет, в душу закрадывается крайне нехорошее предчувствие.

Мила диктует адрес, и я сразу же забиваю его в навигатор.

На фоне какие-то голоса, и даже крики. Подруга отключается.

Не зная, что думать, я жму на газ и несусь.

А едва выруливаю в нужный двор, по виду такого же точно пошиба, что и Милкин, то есть не из самых благополучных, как сдаю на обочину, приметив впереди машину скорой помощи, и несколько полицейских машин.

Что за чертовщина творится, и как тут замешана подруга?

Я выскакиваю из машины, и несусь вперед, на ходу доставая телефон.

Бабули, что сидят на одной из лавочек, и активно что-то обсуждают, вдруг замирают, и начинают коситься на меня.

Я замедляю шаг, стараясь выглядеть естественной.

И тут впереди себя я вижу небольшую, но и не маленькую, человек на двадцать, сгрудившуюся у торца дома, толпу. Несколько мужчин и женщин, активно что-то обсуждают, жестикулируют. А среди них стоит и Мила. Наконец.

Она тоже замечает меня. Сейчас же отделяется от толпы, и кидается в мою сторону.

И... На подруге лица нет. В волнении я замедляю шаг.

- Он умер, - восклицает она громким шепотом, едва между нами остается метр.

- Кто? – уточняю я, хотя, признаться, увидев скорую и полицию, у меня пробежал холодок.

Но до последнего не хотелось в это верить.

- Ну, Макс.

- Как это произошло? – только и выдыхаю я.

- Сбросился с крыши.

- Что????

В этот момент, словно в подтверждение ее словам, толпа зевак расступается, и санитары выносят носилки с кем-то, лежащим на них, и накрытым простыней.

Молча мы наблюдаем, как носилки загружают в скорую, и через минуту она, проехав мимо нас, покидает двор.

Один из полицейских вдруг разворачивается к нам, и мы с подругой, не сговариваясь, юркаем за кусты. Не знаю, что за растения, но главное, подальше от любопытных глаз.

- Мил, а теперь расскажи нормально, что все-таки произошло? – прошу я, и Мила, шмыгая носом и проглатывая окончания слов, принимается за рассказ..