Глава 21. Илья

Эта девчонка с ума меня сводит. Так и манит к себе, словно магнитом притягивает. Сил нет бороться. Только вижу – и все. Накрывает. Бесит. Придушить хочу. И в то же самое время хочу зацеловать до беспамятства, чтобы вся дурь у нее из головы выветрилась. Понимаю, что она молодая, даже слишком. Она как наваждение. Чувствую себя одержимым извращенцем. Но, когда увидел, как она с Ваней любезничает, едва не сорвался. Какого хрена, спрашивается? Она мне никто. А внутри все узлом затягивается, и такая пелена перед глазами. Вот и сейчас, целую и не могу насытиться. Сожрать хочу, чтобы только моя была. Алена подалась вперед и прижалась губами к моим губам. Я вздрогнул, но тут же со стоном ответил на поцелуй. Зарылся в густые блестящие локоны, с силой притянул к себе. Медленно провел языком по приоткрывшимся губам, пробуя на вкус. Мое тело начинает оживать. Я большего хочу. Намного большего. Получить все. Чтобы от эйфории обладания голова шла кругом. Целую подбородок, затем изгиб шеи. Чувствую ее сбивчивое дыхание, и как под кубами бьется пульс. Меня скручивает от нестерпимого желания быть с ней и касаться. Давно такого со мной не происходило. Бешенным желанием накрывает. Хочу сжать ее в своих руках. Хочу, чтобы кричала, срывая голос. Накрываю ладонями ее грудь, а она вперед подается. Такая отзывчивая и нетерпеливая. Обвивает руками за шею. – Нам надо остановиться, – выдыхает мне в ухо. Но при этом еще теснее прижимается. Чувствую, как ее коготки царапают спину. Умом понимаю, что она права. Нам и правда нужно остановиться. Но мы оба, словно с ума сошли. – Можете продолжать… – услышали мы голос от двери. Я резко обернулся, инстинктивно прикрывая Алену своим телом. На пороге стояла Инна, во все глаза на нас. Щеки женщины раскраснелись, а на лице появилась заговорщицкая улыбка. – Инна, ты уже пришла, – сказала Родина, выглядывая из-за моей спины. – А мы с Ильей тут… Мы с ним… Да неужели, у Алены пропал дар речи. И ни одной колкости не крутилось на кончике ее языка. – Да я вижу, что вы тут, – ухмыльнулась женщина. – Я пришла сказать, что мы скоро будем обедать… Но если хотите, то скажу, что не нашла вас. – Не надо, – пропищала блондинка и отошла от меня. – Я как раз очень голодна. – Это сразу заметно. – Раз ты пришла, то я пошла, приведу себя в порядок к обеду. Родина, не оборачиваясь, покинула номер. Я смотрел ей вслед. Нутро раздирало от желания кинуться за ней и продолжить то, на чем мы остановились. – Илья, оставил бы девочку в покое, – тихо сказала Инна. Она села на кровать рядом с Семой. Любовно провела рукой по волосам сына. Я уважаю Инну. Она хорошая женщина. – Я не спрашивал совета, что мне делать, Ин. – Знаю. Ты все можешь сам решить. Но сам же видишь, что девчонка совсем юная и сохнет по тебе. Сейчас тебе интересно с ней поиграть, а потом что? – Она уже взрослая и сама может решить за себя, – я начинал злиться. Инна права в чем-то, но это не дает ей никакого права делать мне выговор, как прыщавому мальчишке. – Я просто по-дружески, не воспринимай все в штыки. – Ты же знаешь, я ценю твое мнение. Но тебе не стоит переживать ни о чувствах Алены, ни о моих намерениях. У тебя своих забот полно. С этими словами я вышел наружу. В воздухе витал запах жареного мяса, и слышался смех ребят. Зашел к себе в номер и натянул чистую футболку. Алена уже сидела за столом. Девушка надела летнее платье желтого цвета и улыбнулась, когда заметила меня. Я сел напротив. Хотел обратиться к девушке, но не смог. Рядом со мной села Галина и начала что-то рассказывать. Обед прошел отлично. Вкусная еда, приятная компания, неспешные разговоры, что может быть лучше? После обеда многие пошли купаться, а я и еще несколько человек пошли рыбачить. Не то чтобы я люблю это дело, но с компанией – весело. Я лишь мельком видел Алену. На ней было надето невероятно откровенное бикини. Она только и собирала на себе восхищенные и злые взгляды. Признаюсь, я и сам не мог насмотреться на нее. День вяло перетек в вечер. Начало темнеть, многие разбрелись, кто куда. Я сидел на берегу, прям на камнях. Пил пиво и размышлял о своей жизни. Мне пора возвращаться обратно в столицу. У меня там бизнес и вся жизнь. Сейчас я нахожусь в каком-то подвешенном состоянии. Мне не хочется абсолютно ничего, но так не может продолжаться. Мне нужно поехать и продать все. А потом решу, что делать дальше. Пора продолжать жить. С дядей интересно, но это не мое. Моя жизнь не здесь. Да и не продам я ни хрена. Сколько людей от меня зависит? Сотня? Больше? Кем я буду, если все продам и уеду. Прав Серый, мне пора домой. Посижу здесь до зимы и вернусь домой. Услышал шаги рядом с собой, обернулся и увидел, как рядом со мной села Алена. Девушка обняла руками колени и смотрела на воду. – Когда я была маленькой, мы с друзьями, как только потеплеет, каждый день на озеро ходили, – тихо сказала девушка. Она улыбалась своим воспоминаниям, а я любовался ее профилем. – Представляешь, только первый снег сойдет, а мы уже на озере плещемся. Оно было чуть больше этого. Вода ледяная, аж ноги судорогой сводило. Зуб на зуб не попадал, а нам весело было. Домой прибегу, а там папа уже ждет с шерстяными носками и горячим чаем из самовара. Он никогда не ругался в отличие от других родителей, лишь улыбался. Голос ее стал таким тихим, столько эмоций в нем было. – Я бы сейчас все отдала, лишь бы вернуться хоть на один день туда… – А где сейчас твой отец? – тихо спросил я. – Умер. В тридцать два, можешь поверить? Упал на работе, ударился головой, и лопнула аневризма… Врачи пытались спасти, он пять дней в реанимации провел… – Мне жаль, – искренне ответил я. – Спасибо, – Алена крепче обняла руками колени. Она продолжала смотреть на воду, ее глаза блестели от непролитых слез. – Я когда смотрю на воду, то всегда его вспоминаю. Я его так сильно любила. У нас же никого не было. Он всегда шутил, что мы с ним вдвоем против всего мира. – А мама? – Моя мать? – Родина фыркнула в отвращении. – Они с отцом учились в одном классе. Он любил ее. Поженились в восемнадцать, вскоре родилась я. Папа был счастлив, а у мамы были другие планы. Она укатила от нас, типа на заработки, но так и не вернулась. Мне и года не было даже… До двенадцати лет я видела ее всего три раза. Я смотрел на девушку и не верил своим ушам. Неужели родная мать может так поступить? Я смотрел на нее и видел перед собой маленькую испуганную девочку. Мне хотелось обнять ее и защитить от всего мира. Странное желание. – Я ей звонила, когда с отцом случилось… Деньги нужны были, все знакомые отдали что могли, но реанимация очень дорогая… В итоге его просто вывезли в коридор, где он и умер. А через пару дней заявилась маман со своим новым мужем и увезла меня в другой город. Алена провела руками по лицу и села по-турецки. – Извини, я не знаю, зачем все это тебе рассказываю… – Не извиняйся. Мне правда очень жаль, что такое произошло с твоим папой, – теперь многое становится на свои места. Почему она такая. – Спасибо… А что насчет тебя? Расскажи мне о себе. – Своего отца я не знаю, меня воспитывала одна мама, – начал я рассказ, но Алена меня перебила. – Расскажи мне о Диане. Упоминание о моей бывшей резануло ножом по нутру. Как всегда и происходит, стоит кому-то заговорить о ней. – Она моя бывшая девушка. – Я это поняла. Можно поподробнее? Сколько вы встречались? Почему расстались? Она красивее меня? Я не хотел говорить о Новак. Столько времени прошло, а ее предательство всегда будет жечь кислотой. – У нас что, вечер откровений? Не помню, чтобы подписывался на него, – сказал немного резче, чем планировал. – Я перед тобой душу раскрыла, а ты не хочешь говорить о своей бывшей? – Не хочу. Алена смотрела на меня, и я отчетливо видел, как ее начинает заполнять злость. Она загорелась, как спичка, которую поднесли к открытому огню. Девушка вскочила на ноги и закричала: – Знаешь, что? Иди ты на х*р, Грацианов!