Глава 42. Алена

Тарас крепко обнял меня и прижал к себе. Я тут же почувствовала себя маленькой девочкой. Расцеловала отчима в щеки. Он засмеялся. – Неужели ты по мне скучала? – подразнил меня. – Очень, – честно ответила. А у самой слезы в глазах, чертовы гормоны! – Эй, ты чего, – Тарас снова притянул в свои объятия и стал укачивать. – Все хорошо, – наконец-то смогла произнести. – Давай проходи, познакомлю со всеми. Взяла Тараса за руку и втащила в квартиру. – Знакомься – котята, – указала на наших красавиц. – Вторая, Первая, Текила и Эффи. Подошла к Илье и встала с ним рядом. Посмотрела в глаза своему мужчине и улыбнулась. – А это Илья. – Приятно познакомиться, – произнес Илюша, они пожали друг другу руки. – Взаимно, – сказал отчим и стал сканировать Грацианова. – Ты, наверное, устал после перелета? Мы еду заказали. Я хотела приготовить что-то, но не решилась, – призналась с улыбкой. – Ты? Приготовить? – брови Тараса полетели вверх. – Да, я хожу на кулинарные курсы… Но преподаватель очень тонко намекает, что не всем дано, – засмеялась я. Тарас долго смотрел на меня, а затем головой покачал. – Ты удивляешь меня, Алена, – и в голосе… Гордость. А у меня снова глаза на мокром месте! Мы сели за стол, я принялась за еду, а Тарас принялся с особым пристрастием допрашивать Грацианова. Я только и могла, что заедать стресс. Я словно за теннисным матчем следила, головой туда-сюда вертела. Илья держался молодцом. Я даже в легком шоке была. С таким достоинством отвечал, такой рассудительный и спокойный. Вот это мужчина мне достался. – Надо устроить перекур, – сказал Тарас и посмотрел на Илью. – Пойдем, выйдем. – Куда? – тут же вставила свои пять копеек. – Сейчас вернемся, малыш, – сказал Грацианов. – А Илья не курит! – сообщила я. Мы оба бросили, как узнали, что беременны. – Рядом постоит, – отрезал Тарас. Они пошли на балкон, а я хотела пойти следом, но прямо перед моим носом эти два неандертальца закрыли дверь! Какого черта?! Я начала дергать ручку, но они делали вид, что не замечают, как я пыхчу с другой стороны двери и сыплю проклятиями. Я фыркнула. Ну и ладно, больно уж хотелось зад себе морозить на улице. Села обратно за стол, ко мне на руки запрыгнула Эффи. – Какие мужики все же козлы, – сказала я, а кошка согласно мяукнула. Илья с Тарасом были на «перекуре» уже больше двадцати минут. – Да о чем там можно разговаривать столько! – всплеснула руками, наматывая круги около балкона. Наконец-то они вышли. И года не прошло, блин. Илья сразу подошел ко мне и поцеловал в щеку. – Мне на работу надо срочно. – Тебя Тарас напугал? Ты поэтому сбегаешь? Я тебя еще увижу? – попыталась пошутить, но вышло как-то корявенько. – Просто так ты от меня не избавишься. Подождешь меня, чтобы сообщить новость, – Илья положил ладони мне на живот. – Нет… Ты сейчас уйдешь, и я ему все скажу. – Ты уверена? – Ой, иди ты… Уже, Грацианов, – опять со мной, как с ребенком. – О чем вы говорили? – задала интересующий вопрос. Илюша лишь улыбнулся, еще раз поцеловал меня и ушел. Мы с Тарасом остались одни. – Давай на диван сядем, – предложила я и удобненько плюхнулась на мягкую мебель. – Ты здесь останешься или в отель? – спросила. – В отель, не хочу вас стеснять. – Ты не будешь стеснять! – возмутилась я и зло посмотрела на Тараса. – Не дуйся, – улыбнулся он. – Но я уеду поздней ночью, а с самого утра опять приду. – Договорились, – легко согласилась. И попыталась разузнать все у Тараса. – Так о чем вы с Ильей говорили? – невинно поинтересовалась и ресницами похлопала для пущего эффекта. Тарас засмеялся и покачал головой. – Хорошая попытка, Алена. – Но мне же интересно! – Это наши с Ильей дела. – Какие у вас могут быть дела! Я же с ума сойду от любопытства. – Ты всегда была любопытной малышкой. Везде совала свой милый носик, – с любовью в голосе произнес Тарас. – А ты частенько щелкал меня по нему, как и сейчас, – наигранно надулась. Мы стали вспоминать истории из жизни. Смеялись до колик в животе. Между перерывами на смех я думала над тем, как сказать Тарасу о том, что беременна. Нельзя же взять и просто сказать. Надо же подготовить человека. Правильно? – Да, было время, – протянул Тарас. – А потом все изменилось, когда тебе четырнадцать исполнилось. Я так и не понял, когда упустил момент, и ты стала так отдаляться от меня. У меня сердце сжалось от боли. Боже мой, я только сейчас поняла, что все это время Тарас винил себя! В том, что я творила, вообще его вины не было. Но я смотрю в глаза отчима и вижу в них такую боль, что дышать невыносимо становится. Нужна ли ему правда? Сказать или не сказать… Прошло почти семь лет и, наверное, я готова поведать ему свою историю… Может, он перестанет себя винить. – Ты ничего не упускал, – сказала хрипло, нервно облизала губы. – Помнишь, летом мы отдыхали у твоего бизнес партнера Леонида Беркова? Вы тогда только-только получили тендер. – Помню, – нахмурился мужчина. Я обняла себя руками. Мне не хотелось это вспоминать. Об этой истории знает всего один человек… – Тогда вечеринка была, вы праздновали, пригласили столько народа. Ты мне разрешил не спать допоздна, – улыбнулась своим воспоминаниям, пока еще незапятнанным. Сделала глубокий вдох и медленный выдох… – Я когда пошла спать, ко мне в комнату следом зашел Леонид, – я тяжело вдохнула и закрыла глаза, отгоняя воспоминания… Меня начало трясти, а из глаз покатились слезы. – Алена, – я почувствовала, как Тарас придвинулся ближе. Открыла глаза и посмотрела на отчима. На его лице столько разных эмоций читалось: шок, неверие, злость. – Он… Он…? – Тарас не смог произнести полностью свой вопрос. Но я знала, что он хотел знать. Я утвердительно кивнула. Краска отхлынула с лица отчима. Я видела, как в глазах этого сильного и гордого мужчины стояли слезы. – Почему ты никому не сказала? Мне не сказала? – хрипло, с такой мукой в голосе спрашивает. – Сказала… Маме. – Что?! – Она все знала. Мне было так страшно. Он сказал, что если я расскажу кому-то, то пожалею… Мать сама пришла ко мне. Она все видела, догадалась, что произошло… Но запретила мне говорить об этом. Сказала, что у вас тендер, а он твой партнер… Ничего такого не случилось, Леонид просто перебрал со спиртным. Бывает… Я поэтому стала такой, это был мой способ справится с этой травмой. – Оля знала? – Тарас вскочил с дивана, он был в ярости. – Да если бы этот ганд*н не сдох, я бы его сейчас собственными руками убил. Тварь, сука! Да плевал я на тендер, на все. Он становится на колени возле меня. Берет мои ладони в свои, я чувствую, как его трясет. – Алена, ты же…, – голос отчима ломается. – Ты для меня все. Я люблю тебя безмерно. Если бы я только знал… Он не выдерживает, кладет голову мне на колени и его плечи начинают подрагивать от рыданий. Я сама не выдерживаю, пытаюсь его успокоить, но не получается. – Уже все хорошо… Я знаю, что ты любишь. И я люблю тебя… Папа, – добавляю и замираю. Никогда еще так его не называла. Столько раз хотела, но останавливала себя. Тарас поднимает голову и смотрит на меня. – Ты назвала меня «папа»? – Ты против? – спрашиваю, затаив дыхание. А если против… Что я наделала! – Нет! Боже, сколько лет я хотел услышать это слово! Алена… Дочка моя. Мы снова обнялись. Вроде я только что рассказала ему самый ужасный эпизод из своей жизни, но на душе так легко стало. Так правильно. – Прости меня, я должен был догадаться. – Нет! Не должен. Ты ни в чем не виноват, папа, – как же легко это слово слетает с губ. – И рассказала я тебя все, потому что я верю, что прошлое надо отпускать, как бы тяжело не было. Впереди только светлое будущее, без всего этого багажа. Он не нужен. – Но как ты можешь… – Могу. Я научилась и забыла. Все это сделало меня сильней. И тебе надо, тем более сейчас. – Что значит «сейчас»? Я улыбаюсь, на этот раз искренне. Кладу руку на живот. – Ты скоро станешь дедушкой.