Глава 35

Очарованная

– У меня нет спортивного костюма.

Клим усмехнулся.

– Костюма? В спортзале все девушки ходят в леггинсах и спортивных лифчиках. Во всяком случае, обладательницы фигур, похожих на твою.

Я скривилась.

– Я не буду щеголять в лифчике.

– Зря. Я бы посмотрел.

– Ты видел уже больше.

– Мне все равно мало, – прошептал он мне на ухо, проходя мимо к комоду. Волоски на моей шее встали дыбом. – Можем заехать в ТЦ купить тебе одежду для спортзала.

Я развернулась лицом к Климу, а потом резко зажмурилась. Он сбросил с себя спортивные штаны, в которых ходил по квартире, и под ними не оказалось трусов. Я слышала, как он выдвигал и задвигал ящики комода, а потом прошел мимо меня с негромким смехом.

– Открывай глаза, Ника, я уже в трусах.

Я проследила за тем, как Клим вошел в гардеробную.

– Слушай, я хотела спросить тебя насчет Димы.

– Он уже на свободе. Еще со вчерашнего вечера.

– Правда? – медленно и тихо спросила я. Откровенно говоря, было неприятно осознавать, что Дима, выйдя из СИЗО, даже не позвонил и не написал мне. Как будто меня не существовало. А я тут, вообще-то, отрабатывала его освобождение. Не сказала бы, что не самым приятным образом, но тем не менее. Мог бы и дать знать, что с ним все хорошо.

– Расстроилась, – констатировал Клим, внимательно глядя на меня. Внезапно накатило такое горькое чувство обиды, и я почувствовала, как начала дрожать нижняя губа. Клим в пару шагов преодолел расстояние между нами и заключил мое лицо в ладони.

– Ты обещал не касаться, – пробубнила дрожащим голосом.

– Интимно.

– Ты сейчас очень интимно трогаешь меня.

– Оттолкни, – тихо сказал он, и атмосфера между нами кардинально изменилась. Воздух как будто начал потрескивать от напряжения. Мои внутренности натянулись и сжались. Интимно, да. Но меньше всего я хотела оттолкнуть Клима. Наоборот, мне хотелось, чтобы он притянул меня ближе. Прижал к своему телу, чтобы я услышала биение его сердца и почувствовала жар кожи. Это все было чертовски неправильно и наверняка во мне говорила обида на Диму. Но это иррациональное желание курсировало во мне, затапливая вены.

– Клим…

– Не говори ничего. И не думай много. Просто переключись. Мы сейчас поедем в ТЦ, потом в спортзал. Там ты выгонишь все напряжение, которое в тебе скопилось. А потом мы поедем покупать подарок Рите и платье тебе на торжество.

– У меня есть платье.

– А мы купим новое.

– Клим, мне не нужно новое платье.

– Каждой женщине оно нужно.

– У меня нет свободных денег.

– У меня они есть. И не спорь. Позволь сделать тебе приятно. Просто чтобы поднять настроение.

– Рита же хотела программу.

– Неужели ты думаешь, что она не будет ждать материальный подарок завтра?

Я грустно улыбнулась, а лицо Клима стало абсолютно серьезным.

– Если бы ты только знала, как сильно я прямо сейчас хочу поцеловать тебя, – хрипло произнес он.

– Тогда сделай это, – не задумываясь, прошептала я, а он легонько качнул головой.

– Ты еще не готова.

– Почему ты так считаешь?

– Потому что ты не почувствуешь мой поцелуй, Ника. Ты сейчас купаешься в своей обиде на парня. Вынырнешь – поговорим.

Он опустил руки и отошел от меня. Достал с полки спортивные шорты и надел их, оставив меня стоять и обнимать себя руками. Меня сейчас как будто лишили чего-то очень-очень важного. Чего-то теплого и такого нужного мне.

– Клим, я хотела бы отдать тебе деньги, потраченные на спасение Димы.

Он фыркнул.

– Твой парень уже рассчитался со мной. Ну, почти. Еще несколько дней.

Он многозначительно посмотрел на меня.

– Тогда я могу вернуть деньги тем людям, у которых заняла их.

Клим повернулся ко мне лицом, натягивая футболку.

– Ты не захочешь этого слышать, а я не произнесу вслух. Скажу только, что ты вообще ничего не должна была занимать. – Я приоткрыла рот, чтобы поспорить, но Клим поднял ладонь, давая понять, чтобы я молчала. – Собирайся, нам пора ехать.

Я никогда не задумывалась о том, что в спортзале царила особая атмосфера. Здесь словно распыляли в воздухе серотонин. Все, кто приходил сюда, как будто сбрасывали за порогом спортзала свои заботы и проблемы. Даже те, кто направлялся сюда с напряженным лицом, входя в это царство спорта, начинали улыбаться и здороваться даже с незнакомыми людьми. Мне было сложно объяснить этот феномен, но даже меня накрыло легкое чувство эйфории.

Я прошлась по беговой дорожке, пока Клим бежал на такой же рядом. Когда он сказал остановиться, я нажала на кнопку «Стоп» и у меня закружилась голова. Я с тревогой посмотрела на Романова.

– Клим, у меня кружится голова.

Он улыбнулся.

– Это нормально для первого раза. Твой мозг в замешательстве. Ты вроде как двигалась, но не сошла с этого места. Дай себе немного привыкнуть.

Он взял меня за руку и провел с тренажера на свободное пространство, где мы размялись и приступили к тренировкам. Под чутким руководством Клима я попробовала в этот день столько всего нового. Никогда не думала, что смогу работать с гантелями или штангой. Я была настолько далека от спорта, что вообще не представляла себе, что можно делать со своим телом. А еще я в который раз убедилась в силе Клима. Он предложил поприседать со мной на плечах, чтобы я не скучала, когда закончила свою тренировку. И это был… головокружительный опыт. В прямом смысле слова. Мне было страшно упасть с его плеч, а потому я ухватилась за его подбородок и буквально вцепилась пальцами в бороду. Клим рассмеялся и сказал, что так я вырву ему все волоски. Потом он взял меня за руки и начал приседать. Мои внутренности как будто подскакивали вверх, а потом резко опускались вниз с каждым разом, как Клим приседал. Его крепкие ладони держали мои, ногами я обвивала его торс, зацепившись стопами за спину. На нас бросали восхищенные взгляды, кто-то даже порывался сфотографировать. А я… ощущала абсолютное счастье.

Приняв душ и переодевшись, я вышла из зала. На парковке меня уже ждал Клим. Он как раз доставал из багажника мотоцикла запасной шлем. Тот самый, который дал мне, когда я впервые усаживалась на его мотоцикл. Воспоминания пронзили мое сознание, и сердце пропустило удар. Тогда все было так просто. Мне нужно было всего лишь выполнить рабочую задачу и дождаться Диму из очередной командировки. И насколько все усложнилось сейчас. Дима, к которому я пока не знала, как относиться, и Клим, которым я очаровывалась каждую минуту. Я все гнала от себя мысли о своем парне, боялась думать о нем и наших отношениях, потому что здравый рассудок настойчиво вколачивал мне в мозг мысль о том, что этот мужчина не достойный. А все потому что теперь мне было с кем сравнить.

– Готова? – спросил Клим. Он снова был серьезным и собранным, а мне захотелось схватить его за бороду и затащить назад в зал, чтобы услышать его смех и вновь насладиться беззаботной версией этого мужчины.

– Готова, – ответила я.

– Тогда поехали поедим, а потом в офис.

– В офис?

– Чему ты так удивляешься? Или ты думаешь, что мне достаток с неба падает?

– Я думала на тебя армия миньонов работает.

Клим усмехнулся, но эта усмешка так и не переросла в полноценную улыбку.

– За миньонами тоже нужно следить.

Клим по привычке надел на меня шлем и помог забраться на мотоцикл. В этот раз я с особым удовольствием прижалась к его телу, и мы помчали по улицам города, лавируя между машинами. На каждом из светофоров Клим снимал руку с ручки газа и рассеянно поглаживал мое колено, запуская мурашки по коже.

Мы припарковались у небольшого ресторанчика и вошли внутрь. Ничего пафосного, никаких расфуфыренных гостей. Очень уютное и милое место. Расположившись за столом, мы довольно быстро сделали заказ. Оказывается, я так сильно проголодалась, что при виде фотографий блюд едва сдерживала слюну.

– Ты всех своих подруг знакомишь с семьей? – спросила я, как только официант отошел от нашего столика.

– С чего ты взяла?

– Рита знакома с Аланой.

– Это случайно вышло. Зараза сбежала из дома и примчалась ко мне.

– Сбежала? – я в шоке уставилась на Клима, и он кивнул.

– Да. Поссорилась с отцом и решила, что отомстит ему, не переночевав дома. Только не учла, что с наступлением темноты на улице уже не так весело. Ну и примчалась ко мне как раз тогда, когда Алана была дома.

– А ты?

– А я в это время разыскивал идиотку по всему городу вместе с родителями.

– О, поволновались, наверное.

– Еще бы.

– И кем она считает Алану для тебя?

– Моей девушкой.

Почему-то в районе груди неприятно потянуло, хотя фактически для всех окружающих Алана и была девушкой Клима. Для всех, кто не в Теме.

– А я, значит, подруга? – зачем-то спросила я.

Клим склонил голову набок и прищурился.

– Спроси то, о чем на самом деле хочешь.

Я опустила взгляд на скатерть на столе.

– Не о чем спрашивать.

– Когда будет о чем, не стесняйся, я отвечу на любой вопрос.

– Завтра мне нужно выйти на работу.

– Я же сказал взять отпуск.

– Не могу. Я отпросилась только на сегодня. К тому же, у меня там проект для одной сети секс-шопов, надо начинать съемки.

Клим криво усмехнулся.

– Ну, если для секс-шопов, тогда, конечно, поедешь на работу. Я отвезу тебя и заберу в пять.

– Я работаю до шести.

– В шесть мы уже должны быть на дне рождения Риты.

– Мне нужно отпроситься у Иветты.

– Ты хочешь, чтобы это сделал я?

Я энергично замотала головой.

– Нет, ни в коем случае. Я сама способна решать свои вопросы. Ты на съемке будешь?

– Не знаю. Завтра много работы.

Мне так сильно хотелось, чтобы он пришел на эту съемку. Возможно, подсказал бы что-то. Какие-то позы, взгляды, выражения лиц. Чтобы модели полностью передали неповторимую атмосферу Темы. Кто, как не он, мог сделать это?

Клим внимательно рассматривал меня, словно читал мои мысли.

– Ты хочешь, чтобы я приехал, – утвердительно произнес он.

– Ты мог бы подсказать там. Поправить, если что-то не так. Ну, знаешь, как человек из Темы.

Я мямлила. Мне самой было противно от того, как сбивчиво и нечетко я выговаривала каждое слово, но я никак не могла взять себя в руки и отчетливо произнести, что хотела бы присутствия Клима.

– Во сколько начинаются съемки?

– В одиннадцать, – внутри меня заискрилась надежда.

– Я буду. Не в одиннадцать, но приеду.

– Точно? – с надеждой спросила я, а потом осадила себя. Нельзя такому хищнику, как Клим, показывать свое истинное отношение. Он мог с легкостью откусить мне голову и даже не поперхнуться.

– Точно, Ника, – медленно произнес он, продолжая сверлить меня своим пронзительным взглядом.

Я почувствовала, как мои щеки покрывались легким румянцем от испытываемой неловкости. И это был, по сути, только первый день из двух недель. Мне было даже страшно представить, какие чувства я буду испытывать на четырнадцатый.