Глава 63

Около часа, завалившись на кровать, я размышляла, анализируя разговор с Олесей. Итак, связь Славы и Анвара с Молотовым прояснилась. Все, как обычно, банально и сводится к

деньгам. А Молотов у нас значит, торгует найденными на дне морском. редкостями. Что, между прочим, незаконно. И причина, по которой убрали двух друзей теперь тоже ясна. Хотели

выбить больший процент, а в результате лишились не только доходов, но и жизни. По крайней

мере, Слава лишился. У Анвара еще есть шанс выкарабкаться.

Сейчас я даже регулярные визиты в отель парня из «Дельфина» могла объяснить. Очень

возможно, что именно здесь проходят встречи с покупателями и незаконные сделки. Тас-кает же этот тип каждый раз объемную сумку. Наверняка в ней редкости и лежат. Сюда же

хорошо вписывается использование детей из лагеря, как наблюдателей. Эти ловкачи боялись, что во время сделок их накроет полиция. А значит, подкупили не всю. Что хоть немного

радует. Выбор места тоже вполне понятен. Если владелец отеля в родстве с Молотовым, то

скорее всего, в курсе происходящего. Получает свой процент и прикрывает родственника. Все

довольны. Кроме тех, кого они посчитали лишними и избавились.

Непонятными для меня во всей этой истории оставались три вопроса. Первый – роль в

ней Руслана. Неужели Анвар втянул младшего брата в криминал? К сожалению, это вполне

возможно. Тем более, Руслан и сам состоял в клубе аквалангистов. Возможно, даже совершал

вместе с братом поисковые погружения. И прятался сейчас, потому что понимал, что он следующий? От такого предположения по телу прошел озноб. Ведь Настя сейчас, скорее всего, с

Русланом. А значит, тоже под ударом.

И это как раз второй неясный вопрос: каким боком тут вообще девочка? Уж она-то точно

никакого отношения к бизнесу братьев не имеет. Почему тогда не возвращается домой. Зачем

Руслан ее удерживает? В этой части, основной для меня, я к сожалению, не продвинулась.

Вопросов меньше не стало. Ну а третья спорная тема – вещь, которую Слава забрал у Молотова.

Впрочем, словам последнего не стоит доверять. Возможно, никто ничего не забирал. А Молотов просто хочет получить что-то, что было у Славы. И мне почему-то кажется: это тоже ред-кость из найденных сокровищ. Много что может быть размером с ладонь: драгоценное колье, слиток золота и тому подобное.

Отвлекая от мыслей, на тумбочке завибрировал телефон. Взяла его в руки и мрачно уставилась на экран. Прохоров! Не тот человек, которого я хотела услышать. Впрочем, общаться с

Павлом сейчас тоже не тянуло. Точнее, тянуло, и сильно. Ночью меня корежило, так хотелось

к нему в объятия. Но обида не позволяла. Больно понимать, что всерьез он меня не рассматривал. Только для постельных игр. Хотя сам отмечал мой ум и наблюдательность, первое же

испытание показало, что ими легко можно пренебречь. До сих пор мысли об этом отзывались

колющей болью в груди.

– Слушаю, – все же приняла звонок. Но быть любезной с Глебом не собиралась. После

нашего последнего общения я стала звездой здешних новостей. Возможно, он именно такого

и добивался. Но мне эта сомнительная слава ни к чему.

– Привет! Похоже, ты не скучала, – отреагировал Прохоров на мой тон.

– А должна была? – уточнила насмешливо.

– Не должна. Но могла бы, – заковыристо ответил Глеб. – Доставила бы мне удовольствие.

– Ну извини. Я, например, удовольствие уже получила. Когда разглядывала наши с тобой

фотки в сети после того, как ты вытащил меня в ресторан.

– Тебе есть дело до того, что пишут в сети? – удивился Прохоров.

– Представь себе, есть. А ты еще оставил свою охрану присматривать за мной. Чтобы все

уж точно убедились, что грязные сплетни – правда.

132

– Ты поэтому злишься? – озаботился Глеб.

– Поэтому тоже. Я не в вакууме живу. Мне неприятно знать, что люди считают меня

твоей… – вот здесь я замолчала. Не хотела дальше развивать эту тему. Собеседник закончил

за меня:

– …любовницей? – осведомился холодно. И уточнил: – Тебе так неприятно это представлять? Между прочим, многие женщины с удовольствием…

– Избавь меня от подробностей твоей личной жизни, – теперь уже я прервала его. – Если

она у тебя такая насыщенная, чего ты хочешь от меня?

– Ты знаешь, – веско произнес он.

– Не знаю и знать не хочу, – отрезала жестко.

– Трусиха!

От такого заявления меня едва не подбросило на кровати. Но обиду я проглотила и ядовито поинтересовалась:

– Пусть так. Зачем ты звонишь?

– Узнать, как у тебя дела? – спокойно объяснил Глеб. – В отличии от того типа, чьего

ребенка ты ищешь, прекрасно понимаю: тебя так просто не остановить. Если уж закусила

удила, то и танка не испугаешься. Я уже говорил, что ты слишком упертая? – спросил насмешливо. – Наверняка говорил. Но ничего, повторю. Поганый у тебя характер, Алиса. Угораздило

же меня… – что там его угораздило, не договорил. А мне стало очень любопытно. Но уточнять

не стала. Встревать в разборки с этим типом себе дороже. Он все вывернет в свою пользу.

Чувствовать себя упрямой, неразумной девчонкой рядом с ним надоело.

– Нормально у меня все. Можешь не переживать.

– С тобой это вряд ли возможно, – отозвался Глеб. – Алиса, – сказал вдруг очень

серьезно: – ты же знаешь, что в любой момент можешь обратиться ко мне с просьбой? Я сделаю

все, что смогу. А могу я многое. Для тебя найду время в самый загруженный день. И прилечу

сразу, если понадобится.

Так вот чего Прохоров добивается, осенило меня. Ждет, чтобы я сама попросила? И

тогда сразу предъявит мне счет? Ну уж нет! Загадывать не буду, все может случиться. Но очень

постараюсь обойтись без так настойчиво предлагаемой помощи.

– Спасибо, – ответила сухо. – Пока я сама справляюсь.

– Ну смотри, – его тон тоже изменился, снова становясь отстраненным и равнодушным. –

Тогда не буду тебе мешать, – и Глеб отключился. А я успела лишь громко выругаться, как на

экране всплыло полученное сообщение.

133