Глава 56

Не знаю как, но Дмитрий без труда сдерживает своё обещание. Без кровавого мордобоя, через три недели на пресс-конференции посвященной третьему сезону нашего популярного сериала, Ромка сидит рядом и официально заявляет в ответ на вопрос журналистов, что мы с ним только хорошие друзья. И играем так натурально только потому, что очень много работали вместе раньше в театральных постановках. Я же добавляю от себя, что в скором времени выйду замуж за любимого человека, под поздравления и аплодисменты всех присутствующих. Происшествия, что приключились с нами в конце второго сезона, из-за которых продюсерам даже пришлось отменить две заключительные серии и немного переделать финал, принесли сериалу ещё больше шума. За нас болели и переживали многие.

— Эх, Власова, ты разбила мне сердце, — подшучивает Ромка после конференции, но всё-таки смотрит немного тоскливо.

— Ты и раньше знал, что я выхожу замуж.

— Да не об этом я… Раньше я хотя бы думал, что мне наваляли из-за нашего с тобой поцелуя. А знать, что мне наваляли бы в любом случае — как-то не круто…

— Ну, если тебе будет легче, Разумов, наваляли тебе всё-таки из-за меня.

Он начинает смеяться, вызывая мою улыбку.

— Легче, а как же! Даже предположить не мог, что за тобой охотиться какой-то ненормальный. Всё-таки должен признать, твой брюнет не такой уж и засранец. С ним ты действительно будешь счастлива. А для меня это главное.

— Спасибо, Ром.

Не сдерживаюсь, обнимая его. Он теряется лишь мгновение, затем отвечает на объятие. Тепло и нежно.

А несколькими днями позже, я случайно узнаю от Владимира, что Света уезжает заграницу на стажировку к известному модельеру. Мы не виделись с ней с того злополучного дня, который чуть не перевернул наши жизни в необратимый ужас. После первого суда, сложившегося для Гордеева неудачей, он внезапно вспоминает про наш с ним договор и ссылаясь на него, объявляет Дмитрию мир. Уж согласился ли последний и на каких условиях, мне неизвестно. Но я очень надеюсь, что больше они воевать не станут. Упросила Владимира выяснить, когда у Светы самолёт, и несусь теперь на всех парах в аэропорт, сама не знаю для чего. Наверное, хочу поблагодарить за то, что она для меня сделала. Наверняка с трудом и скрепя сердце, но всё-таки Света смогла доказать, что как человек она в тысячу раз лучше меня, и ни капли не изменилась, не смотря на моё предательство.

Останавливаюсь в толпе и с волнением ищу на табло нужный рейс. Посадку ещё не объявили, значит, смогу найти Свету в зале ожидания бизнес класса. Спешу наверх, перескакивая ступени по две за шаг, и хочу пройти за закрытую дверь. Меня останавливает симпатичная молодая девушка, судя по форме — сотрудница аэропорта.

— Извините, можно посмотреть ваш билет?

— Я никуда не улетаю, у меня знакомая должна быть в зале ожидания, она улетает в Италию, и просила срочно передать ей одну вещь. Гордеева Светлана Сергеевна…

Девушка смотрит на монитор, сверяя мою информацию, и отрицательно качает головой.

— Гордеева Светлана ещё не регистрировала билеты на посадку. К тому же здесь зал ожидания для пассажиров внутренних рейсов. Зал ожидания заграничных рейсов находится в чистой зоне, мне жаль.

Я несусь назад к стойкам регистрации. Мне не попасть в нейтральную зону. Почему я не пришла к ней раньше и не поблагодарила? И почему только сейчас я понимаю, насколько мне важно это сделать? Вижу её. Сдаёт багаж за отдельной стойкой, без очереди. Рядом отец и мать.

— Света! — спешу к ней, чувствуя невероятное волнение.

Она оборачивается сразу, а вместе с ней и родители. Сергей Гордеев хмурится, но молчит, строгим взглядом наблюдая за моим торопливым шагом. Елена Дмитриевна сразу отворачивается и что-то строго выговаривает дочери. Она послушно кивает, но всё равно отходит от стойки ко мне.

— Как ты узнала? — спрашивает она, скрещивая руки на груди.

— Твой отец проболтался Владимиру, а там сама понимаешь…

Неловко молчим. Большие серые глаза Светы немного сужаются и начинают блестеть.

— Рада? — её голос дрогнул.

Ей больно. Понимаю, что мне больно не меньше. Поджимаю губы и отрицательно качаю головой. Чувствую, что начинаю часто моргать и опускаю взгляд. Господи, почему так разрывается сердце? Почему всё случилось именно так, и нам было суждено полюбить одного мужчину? Почему чтобы остаться с ним, я должна была в одночасье лишиться её?

— Когда свадьба? — тихо спрашивает она.

— Двадцать пятого декабря…

— Пригласишь?

— А ты придёшь?

Теперь уже она начинает часто моргать. Большие красивые глаза увлажняются. Отрицательно мотает головой и закрывает их.

— Эта свадьба состоится только благодаря тебе. Спасибо, я никогда не забуду того, что ты сделала.

Она лишь кивнула.

— Дима рассказал?

— Я тебя видела в тот вечер у крыльца и всё поняла.

— Я больше не звоню ему, — дрожащим голосом говорит она. — Хочу, чтобы ты знала.

Из-под опущенных век выскальзывает слезинка. Чувствую, как по моей щеке бежит такая же. Мы больше не говорим, лишь изредка шмыгаем носами. Несмело подхожу к ней. Даже если она оттолкнёт, я всё равно обниму… Не оттолкнула, но и не обняла в ответ.

— Отец рассказал… после того, как я надавила. Наверное, у нас всё равно ничего бы не вышло. Я хотела быть любимой, а не навязанной.

— Мне жаль…

— Это ничего для нас не меняет, — сквозь слёзы говорит она.

— Я знаю… Хоть и хочу…

— Эгоистка ты, Власова, — шепчет Света, стирая слёзы, и в следующее мгновение я чувствую, как она слегка обнимает меня в ответ.

От этого слёзы начинают бежать по щекам лишь быстрее. Света отстраняется, чуть отталкивая.

— Можешь не плакать, Катя… В этот раз точно с собой не возьму.

Улыбаюсь сквозь слёзы.

— Я надеюсь, ты станешь отличным модельером. И когда-нибудь… простишь меня.

— Если всё же прощу, приглашу на свой первый показ мод.

— Я буду ждать…

Она молча смотрит на меня с минуту, затем отворачивается и уходит. Продолжаю тихо всхлипывать, глядя ей в след.

Перед глазами всплывает юная, жизнерадостная красавица с длинными каштановыми волосами. Она вихрем приземляется ко мне за парту и бросает на стол учебники.

— Теперь я буду сидеть с тобой, Катя! Ты ведь у нас самая умная! — весело улыбается она, её светлые живые глаза искрятся.

И вот она уже несётся по коридору, вытягивая меня за собой. Пышный каскад её волос развивается он стремительного бега. Она хохочет во всё горло и кричит:

— Катя, быстрее-быстрее! Если химик нас застукает, мне папа голову оторвёт!

— Давай я скажу, что сама случайно разбила прибор?

— Вот ещё! Я своих подруг не подставляю, запомни!

— Но ведь мне ничего не будет…

— Разве это важно?

Она затягивает меня под лестницу, и мы замираем в ожидании — ничего! Бедный Валерий Михайлович даже не заметил пока разгрома в его лаборатории. Эх, Света! Кто же танцует рядом с колбами!

Маленькая фигурка реальной Светы исчезает с моих глаз, но я всё так же стою, глядя на место где она только что была. А живые воспоминания продолжают всплывать в памяти и рвать мне душу на части.