Глава 20
Карина
— Пройти дай, — произношу сквозь зубы, стараясь не смотреть на того, кто загородил своей фигурой весь проход.
— Пожалуйста, — повторяю просьбу, и он делает пару шагов, отступая в сторону.
Но только стоит мне пройти один метр, как он хватается за мою руку и начинает тащить на себя. Я тут же спотыкаюсь, а затем падаю назад, в его объятия. Он обхватывает моё тело своими клещами, вгоняя пальцы, подобно шурупам. Пытаюсь освободиться, но тщетно. Меня просто-напросто берут в плен, лишая личного пространства. Кричать не получается. В зале настолько шумно, что мой голос, кроме меня самой, никто не услышит. Да и никто и не увидит, потому что этот гад специально подкараулил меня в тёмном коридоре, которым пользуются только работники.
— Отпусти, — я сопротивляюсь изо всех сил. Царапаюсь, брыкаюсь, даже умудряюсь укусить за запястье.
— Да успокойся. Хватит, — он хорошенько меня встряхивает, цепляясь за плечи. — Я поговорить хочу.
— Нам не о чем говорить.
— Что за детский сад, Карина? Разве трудно просто поговорить? — Отрицательно киваю головой, и он продолжает свою мысль. — Пожалуйста, выслушай меня.
— Я на работе, если ты не заметил. Мне некогда говорить.
— Три минуты ничего не решат.
Я соглашаюсь. Даю ему ровно три минуты, засекая время на наручных часах.
— Я очень виноват перед тобой, — он начинает свои слова с тяжёлым вздохом, но я не намереваюсь слушать запоздалые раскаяния. Как он говорил? Поздно пить боржоми? Вот и я о том же.
— Это мы в курсе. Что-то ещё, Максим?
Мужчина криво ухмыляется, бросая в мою сторону не взгляды, а точно молнии.
— Не перебивай, когда говорю я. У меня ещё две с половиной минуты. Я знаю, что вёл себя неправильно. Предложил тебе содержание, потом пытался угрожать, даже насильно… — он мнётся на полуслове, тщательно обдумывая, что сказать.
— Насильно трахнул, — говорю вместо него и Макс недовольно вздыхает.
— Зачем ты так?
— Я называю вещи своими именами. Вот и всё. Макс, что-то ещё? У тебя осталось меньше двух минут.
— Ладно. Пусть будет «насильно трахнул», но ничего не сработало и теперь мне остаётся только просить. Будь со мной. Пожалуйста.
Я округляю глаза, погружаясь в замешательство. Просить? Не ослышалась? Я медлю с ответом. Мой мозг просто «взорвался» от неожиданных признаний. Значит, вот какой он, этот зеленоглазый дьявол. То прогоняет, то догоняет. То предлагает, то угрожает, а теперь просит?!
— Ты не ответишь? — Макс делает один шаг в мою сторону и останавливается на расстоянии нескольких сантиметров. Долго не решается, что-либо предпринять, ожидая моей реакции.
— Мне нужно работать, извини, — произношу слишком быстро, но уверенно. Даже успеваю пройти мимо мужчины, но в последний момент, уже по привычке, его пальцы обвивают мою талию.
Он прижимается своим торсом к моей спине. Опускает подбородок мне на плечо и так тяжело дышит, что я не знаю, чего ожидать дальше. А дальше его рука тянется к моим волосам. Его пальцы заправляют за ухо выбившуюся прядь, а затем эти же пальцы нежно исследует изгиб моей шеи, опускаясь всё ниже и ниже.
— Я схожу с ума, девочка моя, — он покрывает губами каждый миллиметр кожи, оставляя после своих прикосновений обжигающее послевкусие.
— Карина, Карина, — сквозь шум в ушах пробивается голос напарницы, и я сразу же прихожу в себя.
Этот дьявол, Максим, снова сбил меня с толку. Моё тело — мой предатель. Оно всегда поднимает белый флаг перед этим говнюком. Слишком много трепета, слишком много чувственности, слишком много огня…
— Мне нужно идти, — выдыхаю с хриплыми нотами, пытаясь взять себя в руки.
— Иди, — Максим нехотя разжимает кольцо на моей талии, и я ухожу, не оборачиваясь.
Дикая дрожь бежит по позвоночнику, пока я плетусь на кухню, чтобы взять заказ клиентов. Я заставлю себя не думать о нём, не вспоминать тепло его губ, вызывающие мурашки на моей коже. Но, как бы не старалась, мне не удается выкинуть из головы эти отчётливые картинки, в которых его руки оплетают мою талию, а дыхание колышет волосы на затылке. Чёрт… Как же трудно его ненавидеть!
Я беру в руки поднос и, надев на лицо приветливую улыбку, прохожу в главный зал. Подхожу к нужному столику, становясь лицом к клиенту, и открытым жестом ставлю на стол белый фарфор с горячим блюдом. Возвращаюсь на кухню. С точностью проделываю тоже самое, пока очередь не доходит до заказа Кима. Стоит только подойти к его столику, как у меня начинают трястись поджилки. Невозможно оставаться равнодушной и сохранять самообладание, когда на тебя смотрят таким взглядом, от которого нарушается привычный сердечный ритм и сбивается дыхание. Чёрные глаза просто приклеиваются к моему телу. Они исследуют миллиметр за миллиметром, пока я ставлю на стол тарелки.
— Присядешь? — Ким поднимает взгляд, задерживаясь на моих губах и я тут же краснею.
— Не могу, извини, — виновато пожимаю плечами, а сама не свожу глаз с другого человека, который сидит за барной стойкой.
— Пять минут.
— Ничего не решат? — Криво улыбаюсь, продолжая смотреть на Макса. Проклятое дежавю. Ровно час назад меня просили о трёх минутах.
— Не решат, — соглашается Ким.
— Боюсь, что моё руководство не погладит по шёрстке за эти пять минут.
— Я решу эту проблему, — настаивает Назаров, но я сопротивляюсь до по последнего.
На самом деле, пронзительный взгляд дьявола, который он устремляет на нас с Кимом, гораздо страшнее хозяина ресторана. Я не понаслышке знаю, на что способен Максим. Ни раз видела, как он ровняет с асфальтом других мужчин. Это по истине устрашающе зрелище.
— Извини, в другой раз. Мне правда нужно бежать, — мило улыбаюсь и, не дожидаясь ответа, сбегаю от Кима.
Сердце колотиться, как сумасшедшее, а в висках появляется настоящий гул. Я должна уйти до окончания смены любой ценой, иначе даже страшно подумать, что может произойти. То, что мужчины заметили друг друга — не сомневаюсь, то, что каждый из них питает к моей особе интерес — тоже. Но только, что теперь мне со всем этим делать?