Глава 28

Настя

Разбудило меня сопение в ухо и чьи-то шаловливые ручонки, которые нежно пробирались под мое обмундирование, старательно осваивая неизведанную раннее территорию.

— Просыпайся соня, пора вставать, — затем последовал смачный чмок в ухо, от которого я подлетела на добрый метр над постелью и молодой козочкой соскочила с нее.

— Ты блин совсем офигел? Какое такое доброе, когда так коварно поступают? — Надулась, как ежик, стою грозно взираю на этого возмутителя спокойствия.

— Лапа, на сегодня у тебя куча дел. Осваиваться дома, найти новый сад для Майкла, раз старый говно, по вашему мнению, озаботиться новым гардеробом, я пришлю тебе стилиста. Так, что же еще? — Задумчиво чешет свою репу возведи свои наглые шары к потолку. Гад.

— Что еще? Этого списка на неделю хватит с меня пожалуй хватит. А тебе задание решить в какой должности я буду работать у тебя, раз ты так коварно присвоил себе мой рабочий договор. Вот.

— Договорились.

Нацепив на себя халатик и посмотрев на часы, ни капли не удивилась, что всего лишь полседьмого. Почему бы и нет, поднять меня в такую несусветную рань, если никуда не нужно. Миша был потный, видимо, только из зала. Как я поняла ранее, на улице он бегает только в хорошую погоду, какой сейчас за окном не наблюдалось, там только нависали свинцовые тучи над землей. Делать нечего, все равно уже не усну, пошла ваять завтрак для своего семейства. Я ж мать теперь, как никак. Прошлепала ногами до кухни, где была тишь да гладь, красота, ляпота. Что же мне такого приготовить, чтобы подошло всем. Решила, что молочный суп и бутерброды сойдут даже для самых привередливых товарищей и не очень муторно. Процесс пошел, поставила молоко, достала лапшу, порезала хлеб и составляющие для бутеров, выложила все на тарелки, тут и молоко подошло. Плитка атас, крутая. Махом все делает, ммм, я в восторге. Затупила только у супермодной кофейной машины, которая привела меня в ужас. Понатыкав что-то, получила экспрессо, ну, ладно, молоко понадобиться и так нальет, чай не барин средневековый. Быстро управившись, развернулась и уткнулась взглядом в Мишу, который стоял опиравшись о косяк у входа в кухонную зону.

— Что? Я замаралась? — Начала себя судорожно осматривать.

У меня все-таки план ему понравиться, а не наоборот, а видок у меня не комильфо видимо. Не подумала об этом раньше, могла бы и переодеться, а не в халате у плиты стоять, как последняя замарашка.

— Нет, все в порядке. Но что ты делаешь?

— Как что? Завтрак. Ты же на работу? Не голодный же ты пойдешь, правильно? Только вот с кофе машиной мы, кажется, не сошлись характерами. Есть инструкция к ней? А то тут без бутылки не разберешься, поэтому тебе только экспрессо получился. Ничего?

Михаил улыбался как-то загадочно. Вот и что он там себе думает с такой довольной рожей?

— Расслабься. Все нормально, просто не ожидал. Мы с тобой о таком не договаривались. Это не входит в твои обязанности.

Ну вот опять он о договоре. Настроение начало портиться и уже ничего не хотелось, кроме как вылить этот злополучный суп и кофе ему на голову.

— Знаешь, держи свой язык за зубами, когда молишь, ты такой лапочка сразу, прям глаз оторвать нельзя. Только начинаешь говорить, и из тебя начинает литься все говно. Не надо. Давай мирно жить, раз так вышло, как-то притираться. Теперь так будет всегда. Я имею в виду завтрак, исключению будут только, когда я буду при смерти. Договорились?

— Да ладно ты, не заводись. Я ничего такого не имел в виду. Мне приятно. Спасибо.

— Вот так то. Ешь давай и пей, а то остынет.

— Как скажешь командирша.

— Приятного аппетита, — сказала я и начала улепетывать в комнату, боясь услышать о чем еще мы с ним не договаривались.

Ну надо такое сказануть, я даже не задумываясь приготовила этот злополучный завтрак, а все вышло так, как будто я к нему подлизывалась. Неужели я не могу просто так что-то делать в э том доме, чтобы никто ничего лишнего не подумал. Собака- подозревака муж мой.

Приняла душ, одела джинсы и легкую блузку с коротким рукавом, скрутила волосы в тугой кудрявый хвост, нарисовала лицо, потому что хотелось быть во все оружии, так как день обещает быть насыщенным. Когда спустилась в гостиную, на столике обнаружила записку.

«Спасибо за завтрак. Приглашаю тебя на ужин. Будь готова к семи. М.»

Ну сама лаконичность, а не М. Что он имел в виду своим М? Муж, Михаил, Мудак? Последнее ему бы подошло больше всего. Ух, как же он меня взбесил. Невыносимый тип. Протопали маленькие пятки, так, понятно в комнате не нашел побежал сюда.

— Настя, ты здесь. Фух, а тоя уже испугался.

— Чего ты испугался Милый? — присаживаясь, обнимаю хрупкое мальчишеское тельце, вдыхая сладкий запах волос.

— Ну как чего? Вдруг тебя нет.

— Не дождешься. Беги переодевайся и чисти зубы. Завтрак на столе.

— Пять сек.

Весь в дядьку, лаконичный мой. Тут и теть Тоня подошла уже на марафете, да так и застыла у входа в кухню.

— Настенька, я что-то не поняла, — указывая пальцем на накрытый стол.

— Да что не так то? Приготовила завтрак, так делают нормальные жены и матери. Присаживайтесь и угощайтесь, — подвела ее к стулу и усадила сама. — Я просто не понимаю, почему вы так удивились этому? Михаилу это не понравилось. Сейчас еще Майкл для полного комплекта выскажет мне свои претензии.

— Ну что ты деточка. Я же ничего плохого не имела в виду, да и завтракать с нанимателями не принято.

— Сидите и не злите меня. День не задался с самого начала, так что не обижайте меня и хотя бы попробуйте.

— С удовольствием. Спасибо.

День пролетел незаметно. Я занималась поисками подходящего детского сада, советуясь с няней, приготовила обед для всех, потом был очень неординарный стилист, который входил в касту сексуальных меньшинств. Раньше я не особо общалась с такими людьми и очень предвзято относилась к ним, считая, что с головой у них проблемы, а оказался черт не так страшен, как его малюют. Вполне себе общительный и нормально уравновешенный тип, который очень неплохо разбирается в своем деле. На его чудо-планшете подобрали мне полный гардероб, ну а чего стесняться, раз контора платит, у нас же договор с моим М. так что разошлась я опять по полной и теперь ему придется пододвинуть свои галстуки и костюмы, уступая место моим нарядом, а их будет, ох, как не мало. Потирала руки, предчувствую, как он будет в шоке от такого количества вещей в ЕГО гардеробной. Хотя нет, пардон, уже в нашей, а скорее всего уже скоро в моей. Дьявольский смех разбирал меня от такой детской забавы.

День прошел продуктивно, вещи завтра доставят. Нашла два сада, обсужу за ужином с Мишей какой нам подходит, по фото Майклу понравились оба, завтра видно будет. Собираюсь вырваться туда на разведку. Незаметно подкрался вечер и пора было переодеваться к ужину. Спасибо манерному стилисту за стрижку и укладку и профессиональный макияж, который я в будущем должна буду научиться наносить. Засада. Это вам не хухры-мухры, туш и тоналка, там только тон мазать надо несколькими средствами, короче атас. Мда, что же одеть то? Одолевал меня вечный женский вопрос.

Решение было принято сообща по поводу моего наряда на этот вечер. Легкой рукой Майкл выудил черное коктейльное платье, которое выгодно подчеркивало мои выпуклости, к нему сапоги на умопромочительных шпильках и я готова. Выпорхнула маленькой птичкой из подъезда, да прямо в лапы тигра.

Михаил

Весь день провел в ожидании вечера. Я чувствовал себя немного виноватым за неосторожную фразу утром, которой все испортил. Это сейчас я предполагаю, что Рыжуля ничего такого не имела в виду и уж точно не хотела элементарно подлизаться этим несчастным завтраком, она просто так привыкла и считает это нормальным, дать капельку тепла каждому члену семьи, в отличие от меня. Я просто не привык к такому вниманию, за каждым действием ищу выгоду для человека и совсем забыл, что такое делают некоторые люди на автомате, совершенно не задумываясь. Блять, у меня паранойя развивается. Нельзя же так. Вот больше чем уверен, что она не играет. Так просто играть роль невозможно, ее поведение ни на йоту не изменилось с тех пор, как я познакомился с ней. Она также легка и непосредственна в общении, ничуть не собирается подстраиваться под меня, собственно этого и не хочется совсем, она мне нравится самой собой. Обвинения отца теперь выглядят очень глупо, вполне возможно, что он это специально сказал, преследую свои собственные цели, ни капли не задумываясь, что мне может быть дорога эта женщина. Я видел семью Насти, обычная такая, работяги, но держащиеся друг за друга, никогда и никого не дадут в обиду. Стоило только случиться беде, быстро скооперировались и примчались при первой же возможности, да, они со своими тараканами, но мне больше по душе такие люди. Правда, так в лоб и горькая, и по херу им кто ты такой, если обидишь их девочку. Надо бы смотаться к ним и познакомиться поближе. Думаю, такая идея понравится всем и даже Майклу.

В офисе накопилось не мало бумажной работы, хоть я и был всегда на связи, это не одно и то же, когда я непосредственно на месте. Порой складывается такое ощущение, что у всех разом мозги отказывают, стоит мне ненадолго исчезнуть из поля зрения моих работников главного офиса. Вот и сейчас директора с ума посходили, в приемной столпились все кому не лень, как будто сейчас их место под угрозой, гомон стоит как на стадионе во время решающего матча. Да идут все в жопу, что хочу то и делаю. Напротив меня сидели мои новые компаньоны, с которыми мы полюбовно договорились на выгодных условиях для обеих сторон.

— Рад, что мы достигли договоренностей. Завтра познакомлю с моей женой, с которой вы непосредственно будете вести дела.

— О Боги, нет. Еще одну я не вытерплю, — начал стенать Тарас, который уже знал, о ком я говорю.

На него уставились две пары ничего не понимающих глаз.

— Живчик, не темни. О ком вы говорите? — До сих пор непонимающе смотрел Тимур, один из новых компаньонов.

— Ты себе даже представить не можешь, — расхохотался этот клоун.

Живому очень нравилось вводить своих друзей, которые одновременно являлись еще и коллегами в ступор. Раз Рыжая хотела не сидеть дома, пожалуйста, что будет угодно моей принцессе. Она справиться, ее стиль работы я уже понял и уверен в ней на все сто. В кабинет, как к себе домой вошла моя своячница, чтоб ее черти драли, у меня зубы сводит от ее ненавидящего взгляда на меня. Вот кто мне вполне может устроить райскую жизнь и до сих пор зубы скалить на меня за недостойное, по ее мнению, поведение с ее любимой сестрой. Знаю, если нужно будет она ее и прикрывать будет до второго пришествия, но эта дамочка рубит правду матку, не стесняясь вообще никого.

— О, зятек. Приветствую.

— Стучаться не учили? — Флегматично поинтересовался я.

— Не заслужил еще моего уважительного отношения с твоими закидонами, так что терпи.

— Язва.

— Али, да угомонись ты. Погоди, ты сказала «ЗЯТЕК»? — Воскликнул Егор.

— Да, — кивнула она другу. — Я кстати все сделала и хочу увидеться с сестрой, — на меня посмотрели два хищных глаза, которые явно намекали, что не видать мне своих яиц, если только вякну. — Богдан в приемной развлекает твою секретаршу, которая не очень успешно пытается разогнать народ и скоро поседеет с моим деятельным малым, так что говори, где она и мы едем к вам в гости, — обрадовала меня эта мегера.

— Здесь уже все решили, предлагаю отметить, — не успел я закончить, как меня прервала резко распахнувшаяся дверь и пулей ворвавшийся озорной мальчуган, а за ним и мой дорогой отец.

Вечер не обещает быть томным. Лицо моего родителя пылало праведным гневом, видимо малой что-то натворил, он быстро сориентировавшись вскочил мне на колени, подмигнув своей мамаше.

— Привет. На рыбалку едем? Ты обещал.

Сама непосредственность, которая мастерски отвлекает внимание. Афанасьевна только сделала жест рука-лицо и качала головой, а отец уже набирал полную грудь воздуха, чтобы разразиться нецензурной бранью, но в следующий миг прекратил, потому что внимательнее разглядел моих посетителей. Эти люди были довольно известны в узких кругах, потому что мужчинам еще не было и сорока, а они уже успели подмять под себя огромный кусок в разных отраслях, а уж о моей своячнице в мире бизнеса ходили легенды, как о цербере, который вершить правосудие. Мне стало смешно от комичности происходящего. Отец был далеко не дурак и захлопнул варежку.

— Сын, рад тебя видеть. Уделишь мне несколько минут наедине?

— Конечно, — перевел внимание на сидящих людей, которые мигом смекнули, что намечается семейные разборки, при которых им не место, а вот Малой вообще себя комфортно чувствовал на моих коленях и ни капли не смущался, уже успел забраться в мой компьютер и нарыть себе игрушки. Шустрый.

— Бо, за мной.

— Мам, пять сек.

— Богдан, — сказала уже ледяным голосом Алина так, что проняло даже меня.

Все поднялись и вышли, только Тимур глянул на меня с пониманием, видимо, не я один должен постоянно выслушивать разный бред своих родителей.

— Ты щенок чего удумал? — Завел свою шарманку Батенька, а я лишь откинулся в кресле. — Башка тебе для чего дана? Что вчера такое случилось, что Григорич благим матом вчера орал на меня весь вечер и возмущался, что я не могу приструнить своего сына? Сын, мы же договаривались. Для меня это очень важно, — распалялся все громче отец.

— Я тебя услышал, но это ничего не меняет. У меня появилась полноценная семья, возможно, не такая, какую ты ожидал, но теперь тебе остается только смириться с этим, — стоял на своем я.

— Ты много на себя берешь и все, что у тебя есть, этим ты обязан мне, — моего родителя начало трясти от бешенства. — Скажи спасибо, что забрал тебя у твоей непутевой мамаши и сделал из тебя человека, а не то ее семейка привила бы тебе свой аристократический вкус, и получилось бы из тебя черти что.

— Что?

— То что слышал. Я говорю, что всегда все происходит так, как я хочу, и ничего не поменялось со временем. Если я захотел, чтобы ты жил отдельно от своей придурковатой мамаши и никогда о ней даже не узнал, то так и получилось. Если я хочу, чтобы ты верил, что твоя очередная игрушка, гуляющая и врущая тебе на каждом шагу, а уж подтасовать факты это дело пяти минут. У тебя даже и мысли не возникло в подлоге, и как я и предполагал ты начал рубить с плеча. Олух.

— Ты бредишь, — только и смог вымолвить я, потому что в горле образовался ком, который мешал говорить. Оказался преданным собственным родителем, а Рыжая то, оказывается, была честна, а я и вправду олух, не поверил, даже не дал объясниться ей, когда еще можно было бы что-то исправить.

— И сейчас я уже не просто хочу, а требую, если ты мне сын и хочешь и дальше, чтобы я оставался твоим отцом бросить свою вертихвостку, которая спутала мне все планы. Да не смотри ты так на меня, да я соврал, но это уже не важно. На кону огромные бабки, которые тебе и не снились.

— Да ладно, — смысла что-то дополнять не видел, все и так ясно. Просто в очередной раз я стал разменной монетой, да еще и ничего не подозревая втянул во всю эту гадость Рыжую. Пиздец.

— Звони и извиняйся перед Машкой сейчас же, а не то ты мне больше не сын.

— Договорились.

Мы явно не поняли друг друга, потому что отец уставился на меня в недоумении, и до него никак не могло дойти, почему я еще не хватаю телефон и не делаю так, как он сказал. А мне было, откровенно говоря, все равно, что хочет от меня уже посторонний мне человек. Отцом года он никогда не был и им не станет никогда, у него на первом месте всегда были лишь собственные интересы и планы, а мы с сестрой фигурировали постольку поскольку, я так вообще порой ощущал себя не нужным балластом или ошибкой молодости. Только сейчас до меня дошло, что бы я не сделал для него и ради него, не будет ничего такого, что я ждал от него с самого детства, а именно любви. Не время сожалеть, самое время задуматься о том как не упустить ту, которая не даст никогда мне стать скрягой, каким предстал передо мной сейчас отец.

— Не смотри на меня так. Я тебя уже все, что хотел — сказал. Ты тоже. Далее не вижу смысла продолжать этот пустой треп.

— Михаил, — взревел бешенным зверем мой родитель, а у меня даже бровь не дрогнула.

В очередной раз распахнулась дверь и в нее фурией влетела моя своячница. Не кабинет начальника, а проходной двор какой-то. Совести нет ни у кого.

— Так так так. Значит, это Вам я могу сказать спасибо за испорченные нервы моей сестры и жены Вашего сына? — Алина начала наступать на немного съежившегося в один момент отца, который как-то сразу постарел. Видимо, тоже наслышан, что с такими людьми лучше дружить. — Значит так дяденька, исчезаешь с горизонта с молниеносной скоростью, только прежде не забудешь рассказать его жене, — женский пальчик указал на меня, — как так получилось, что неподтвержденная информация дошла до ушей Вашего сына.

— Мала еще, чтобы со мной тягаться.

— Проверим? Мужчины со стальными яйцами не лезут на рожон, а тут какой-то аферист средней руки, который на свободе то, благодаря деньгам сына, возомнивший себя Богом. Серьезно? Да я тебя раздавлю на раз-два, даже если после этого мой зять не будет со мной общаться в принципе. Он не дурак, просто очень хотел быть любимым сыном когда-то, но сейчас у него, наконец, открылись глаза и очень надеюсь, что он сделает правильные выводы.

— Я тебя уничтожу девка. Ты еще не знаешь, с кем связалась.

— Ха, да что там знать то? Говорю же аферист, который имеет некоторые подвязки с криминалом. Не стесняясь, доил своего сына через зятя, строил скользкие схемы, обкрадывая людей. Апофеозом всего стала якобы наркотическая зависимость дочери, которую вы вместе с ее горе мужем подсадили сначала на таблетки, а потом и на тяжелые наркотики, дабы она была не в себе и не смогла раньше открыть глаза на ваши деяния брату. Подло, но такое тоже имеет место быть, но и это еще не все.

С каждым словом Алины, мои глаза все больше округлялись, глядя на нее, я ни капли не сомневался, что она говорит правду. Ее слова очень больно резали, оставляя на будущее раны, которые еще не скоро смогут затянуться. Как, ну, как можно быть таким слепым идиотом? Я же постоянно закрывал глаза и не хотел видеть очевидного, все ждал, когда же меня хотя бы похвалят, а дождался только лишь того, что отец меня целенаправленно обворовывал, довел сестру. Я идиот. Схватился за голову от таких новостей.

— Я всегда все делал ради блага своей семьи и меня не в чем упрекнуть, если взял немного у сына, так это не преступление, а девка сама дура подсела, меры не знает.

— Все то у тебя крайние, один ты блять Д’Артаньян. Отец это правда?

— Что правда? Да, да щенок. Это все правда. Ты смог то, что у меня когда-то не получилось. Да, ты сам себя сделал, но мне долгое время удавалась играть на твоих чувствах, и ты наизнанку выворачивался лишь бы меня порадовать. Придурок. Ты просто недоразумение, которое случилось со мной в молодости, но которое я смог сделать своим достижением и поиметь дохера бабла, а своей свадьбой с Марией ты бы вообще мне устроил мне безбедную старость, хотя сам бы остался нищим. Рыжая овца спутала мне все карты.

Не удержался и врезал прямо промеж глаз человеку, которого я так долго считал отцом и ждал от него одобрения. На меня посыпались маты и угрозы, а я чувствовал себя раздавленным, полностью. Как же так? Но мои глаза и уши не могут врать. Это все правда. Камнем свалился в свое кресло, отрешенно смотря в окно.

— И это еще не все, — опять взяла слово Алина. — Раз у нас вечер откровений, то будьте так добры поведать нам правду о маме Михаила.

— Шляется где-то в свое удовольствие, как и всегда. Что с нее взять-то еще?

— Не о той. О настоящей пожалуйста, — невозмутимо добавила эта питбульша.

Теперь я понял, на чем основываются все слухи. Она вгрызается в горло и размазывает своего противника по стенке ровным слоем с невозмутимой маской на лице. Она знала больше про меня и мою семью, чем я сам и какой козырный туз припрятала в своем рукаве, видимо я скоро узнаю. После ее последних слов отец натурально посерел, глаза его еще больше округлились, а я почувствовал горечь во рту. Что бы это значило?

— Это не твое дело, пигалица. Не лезь не в свое дело. Мы сами разберемся.

— Отец, о чем ты говоришь? Я не понимаю. Отвечай немедленно.

И он ответил. История как в плохом сериале. Моя родная мать была из хорошей семьи, которые постоянно проживали в Европе и были богаты, как Рокфеллер. Девчонкой мама поехала учиться в Россию, где и влюбилась в молодого и обаятельного отца, у которого всегда был хорошо подвешен язык, с которым ее познакомила его сестра. Бурный роман и как итог на руках младенец. Отец уже тогда был расчетливым интриганом и надеялся на неплохой куш от европейской семейки, но не выгорело. Мать после скандала, решила остаться в России и никак не зависеть от родных, чего новоявленный отец никак не ожидал, и был, мягко скажем, огорчен. Очередной скандал, драка и отец забрал меня, как маленькую надежду на будущий шантаж. Я больше был не намерен видеть этого старого хрыча и слышать о его подлых поступках, который целенаправленно портил мне всю жизнь, мстя за его провалившийся план.

— Только один вопрос. Как ее имя? — Цедя каждое слово сквозь зубы спросил я.

- Спроси у своей подружки, похоже, она знает все и даже больше.

— Знаю, — с ленивой улыбкой ответила Алина.

— Кто она? — С просительной интонацией посмотрел на нее.

— Твоя няня.

Последние слова были, как гром среди ясного неба. Это блять сюр какой-то не поддающийся никакому объяснению и пониманию. Я переводил взгляд с одного действующего лица на другое и прикидывал. Может все-таки розыгрыш? Ну, серьезно, что это за бред то?

— Охрана, — рявкнул так, что все вздрогнули. Последняя появилась незамедлительно. — Вывести, — указал на отца, — и никогда больше никуда не впускать. Никогда. Выполнять.

— Есть выполнять.

Сопротивляющегося старика поволокли прочь из кабинета, а он все изрыгал проклятья. Отключил слух. На мое плечо опустилась женская ручка, сжимая его.

— Миш, будь сильным. Я понимаю, новости так себе, но ты теперь не один. Ты муж моей Наськи, а значит ты моя семья и их тоже, — указала на дверь, где торчали три взрослых мужика и один малой с любопытной мордочкой. — Мы со всем справимся. Мы команда, которая всегда поддерживает друг друга в любой непонятной ситуации. А теперь самое время поговорить с женой, думаю, ты задолжал ей объяснения.

— Но как? — Только и успел я сказать, как меня опять перебила эта бестия.

— Не могла же я отдать в руки не понятно кого свою любимую сестренку. Вот и пришлось порыться в твоей подноготной, которая оказалась, — ненадолго замолчала, — ну, короче, какая есть, такая есть. Дерьмо по ходу разгребем.

Горько быть преданным самым родным человеком, которого считал самым близким на свете, но теперь уже ничего не исправить и это был не мой выбор. Меня просто поставили перед фактом, и рубанули всю правду-матку и придется как-то с этим жить.