‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍20 Глава

Маша

— Ты ведешь опасную игру, Макс. — Я кладу руки на покатые мужские плечи, стараясь как можно меньше прикасаться.

— А кто сказал, что я играю? — Брюнет криво ухмыляется, смотря за моей спиной.

— Зачем ты меня поцеловал? — Я стараюсь говорить тихо, сдерживая внутри себя вулкан.

Там в комнате, когда я зарядила Максу пощечину, парень зажал меня в самый угол. А потом неожиданно обхватил мое лицо большими ладонями и нагло втолкнул в рот свой горячий язык. Он вбивал в мои губы поцелуй за поцелуем до тех пор, пока я не укусила его за губу.

— Захотел и поцеловал. Запрещено законом?

— Я тебе запрещаю. Больше так не делай. Никогда. Отец тебе шею свернет, если узнает.

— Думаю, Зверь будет только счастлив, — Макс касается моего лба, отводя в сторону одинокую прядь. Я вздрагиваю от его прикосновений. Они чужды мне и моему телу.

— Я имела в виду твоего отца.

— А-а-а, — протягивает брюнет, закатывая глаза вверх. — Значит, папочку. Не бойся за мою шею, я умею договариваться.

— Где-то я уже это слышала. — На меня накатывает дежавю. Кажется, я совсем недавно говорила Соколу, что Зверь оторвет ему мужское достоинство, если он посмеет сунуться ко мне.

— Мелкая, почему Олег? Тебе не хватает ровесников?

— Я не собираюсь говорить на эту тему. — Макс наигранно смеется, привлекая к нам внимание танцующих рядом пар.

— Теперь я говорю, что где-то это слышал. Машка, а если я психану и расскажу обо всем Зверю, не боишься?

— Ты не расскажешь.

— Уверена? — Я утвердительно киваю головой.

— Ладно. Сама напросилась, — Макс резко останавливается, прерывая танец. Тянется к моей руке, обхватывая длинными пальцами запястье и тащит за собой.

— Куда ты меня тащишь? — Я пытаюсь сопротивляться и упираться, как могу. Но мои попытки проваливаются. Шаг за шагом мы приближаемся к столику Зверя.

— Макс, остановись. Прошу тебя, пожалуйста, — брюнет, услышав протяжную мольбу, останавливается. Я падаю на него по инерции.

Парень раскрывает свои объятия, и я оказываюсь в настоящем плену его рук. Мы тяжело дышим, смотря друг на друга. Из моих глаз сыплются точно искры. Я злюсь на Макса, злюсь на его выходку и, кажется, на Олега. Почему Олег не отрезал язык этому засранцу? Почему я должна терпеть издевательства его сына?

— Ты правда этого не хочешь? — Его лицо находится в нескольких сантиметрах от моего. Я прерывисто дышу, замечая боковыми зрением знакомый силуэт.

— Чего не хочет моя мышка? — Отец равняется с нами, цепляясь острым взглядом за дурацкую позу, в которой мы застыли с Максом.

— Вы язык проглотили? Оба? — Зверь засовывает руки в карманы и остается стоять рядом, слегка перекатываясь с пятки на носок.

— Ну, говори. Ты же у нас смелый, Максимка. — Я отталкиваю от себя брюнета и отхожу в сторону. Одергиваю платье, и сжимаю от злости кулаки.

Он не расскажет. Не посмеет. Духу не хватит выплюнуть Зверю в лицо чистую правду. Правду, которая способна разрушить многое.

— Маша встречается, — Макс нагло улыбается, задерживая интригу. — Со мной.

— Что? — Одновременно произносим мы с отцом, пялясь друг на друга.

— Она не хотела говорить Вам, Константин Владимирович. Боялась. Вот я решился сказать правду.

— Он врет, отец. Это неправда. — Я хватаюсь за руку отца и пытаюсь заглянуть в его глаза.

— Что неправда? — За моей спиной раздается низкий хриплый голос.

Я медленно сползаю вниз, но знакомые руки не позволяют упасть. Олег подхватывает меня за талию, слегка притягивая к себе. У меня дрожат колени и мандражирует сердце. Я задыхаюсь от переизбытка эмоций.

— Что у вас здесь происходит? — Олег выпускает меня из своих объятий и тогда мне становиться еще невыносимей.

Я не выдержу. Не смогу. Эта ловушка, подстроенная Максом. Я загнана в настоящий угол. Если не буду отрицать, что встречаюсь с Максом, то Олег снесет башку собственному сыну. А если стану отрицать, то Макс все расскажет моему отцу и тогда Зверь точно лишит мужского достоинства Сокола.

— А хер поймёшь их, Сокол. — Отец обращается к Олегу, бросая в мою сторону обеспокоенный взгляд. — Я, конечно, не против породниться с тобой, дружище. Но у Машки, вроде бы, уже есть столичный бойфренд. Похоже, тут без сто грамм не разберёшься. Идём, накатим по сотке.

Олег, молча, соглашается, и они вместе со Зверем уходят. Я остаюсь рядом с Максом. Моё сердце продолжает мандражировать, когда брюнет пытается взять меня за руку.

— Не трогай меня, придурок. — Я отталкиваю от себя парня и направляюсь к выходу.

— Мелкая, стой, — Макс догоняет меня в считанные секунды. Тянет на себя и тогда меня накрывает волной.

— Пусти. Пусти меня. — Я бью кулаками по груди Макса, в надежде вырваться из плена его клещей.

— Я хочу тебе кое-что сказать. Успокойся. Просто успокойся. — Макс обхватывает овал моего лица ладонями и несильно сжимает, заставляя меня поднять взгляд на него.

— Ты чуть нас не погубил. Ты понимаешь это? — Мой голос понижается до шепота.

— Не погубил, Маша. Не погубил, а спас.

— То есть, как это? Спас? От кого? — Я ничегошеньки не понимаю.

— Я слышал краем уха разговор по телефону твоего отца. В твоем доме сейчас устанавливают прослушку и видеонаблюдение. Зверь что-то задумал. Он будет следить за всеми, в том числе, и за тобой, мелкая.

— Ты снова врешь?

— Снова говорю правду, Маша. Если хочешь быть с Соколом, то я — твой единственный выход. Для всех мы должны встречаться, чтобы ты могла спокойно видеться в моем доме с Олегом. Других вариантов нет.