‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍3 Глава

Маша

— И как тебе моя дочь? Похожа на меня? — Я прячусь за фасадом дома, нагло подслушивая разговор.

Олег какое-то время замирает на месте, медля с ответом, а я прошу всех святых угодников, чтобы они помиловали меня, и отец ни о чем не узнал.

— Нет, не похожа — коротко отвечает Олег и я облегченно вздыхаю. — Я не знал, что у тебя такая взрослая дочь.

— Только с виду взрослая, — ухмыляется отец, а я так и чувствую кривую улыбку на мужском лице.

Разговор обо мне не продолжается. Мужчины переключаются на работу, и я покидаю своё убежище. Поднимаюсь на второй этаж. Оказавшись в спальне, снимаю мокрый купальник. Промокаю влагу на коже мягким полотенцем и наспех надеваю лёгкий сарафан, едва прикрывающий ягодицы. Возвращаюсь к бассейну, чтобы забрать телефон, но так и не нахожу его.

— Мария Константиновна, — окликает Раиса, а я едва не вздрагиваю от неожиданности. — Константин Владимирович ожидает Вас в беседке.

— Спасибо, Раиса.

Подхожу к беседке, но долго не решаюсь зайти во внутрь. Встретиться лицом к лицу с Олегом после всего — такая себе перспектива. Собираюсь с духом, мысленно считаю до десяти и захожу в беседку. Мужчины сидят за столом напротив друг друга. Отец сразу замечает моё присутствие и улыбается, а Олег — оборачивается на мой голос и, кажется, задерживает дыхание, когда я направляюсь к их столику.

— Ну, привет, Мышка!

— Привет, папа, — отец поднимается на ноги, чтобы обнять, а я прикладываю палец к губам, призывая Олега ничего не говорить.

— Как добралась? Макс тебя встретил?

— Встретил, — вздыхаю я, вспоминая напыщенного придурка.

— Сейчас будем обедать. Оставайся с нами.

— Спасибо, но я не хочу вам мешать, — окидываю скучным взглядом кипу бумаг, лежащую на столе.

— Ну, что Вы, Машенька, оставайтесь. Вы нам абсолютно не мешаете, а наоборот. — Олег вмешивается в наш диалог и отодвигает рядом с собой плетеное кресло, приглашая присесть.

— Олег дело говорит, оставайся, Мышка. — Из-за угла появляется Раиса, неся в руках большой поднос с блюдами.

Под натиском взглядов двух мужчин, я вынуждена остаться. Правда сесть рядом с Олегом — не решаюсь. Гораздо безопаснее находиться от него на противоположном конце стала рядом с отцом.

Мы молча обедаем. Я с трудом накалываю на вилку мясо и подношу ко рту. Олег не спускает меня с глаз. Смотрит украдкой и бегло, цепляясь острым взглядом за губы и грудь. Вспыхиваю, когда на пол падает столовый прибор и мы одновременно с Олегом опускаемся на корточки, чтобы его поднять.

— Спасибо, — горло царапает изнутри, словно осколками стекла, поэтому мой голос звучит слишком фальшиво.

Перед тем, как подняться на ноги, Олег украдкой проводит по моей скуле пальцем, а затем останавливает его на нижней губе. Я смотрю на него туманным взглядом в то время, как он, щурит глаза. Олег первым поднимается и садиться на стул, будто ничего не произошло накануне. Я же не могу похвастаться отличной выдержкой. Меня просто разрывают изнутри нахлынувшие эмоции.

— Мышка, ты запуталась в платье? — Сарказм Зверя заставляет меня резко подскочить на ноги.

— Нет, — молча, опускаюсь на стул и продолжаю ковырять вилкой мясо.

— Олег, давай на этих выходных посидим по-домашнему? Ты притащишь своего оболтуса, и мы познакомим их с Машкой поближе. Глядишь, и дедами станем через пару тройку лет, — отец выжидающе смотрит на Олега, а я замечаю, как у последнего на лице трясутся желваки.

Олег с шумом бросает на стол приборы и тянется рукой к стакану с водой. Выпивает его залпом, а затем ослабляет ворот рубашки. Развязывает галстук и одним рывком стягивает с шеи.

— Это не очень хорошая идея, — наконец-то отвечает Олег.

— Почему? — Я наблюдаю за разговором двух взрослых мужчин, не успевая переводить взгляд от одного на другого. — Считаешь, Машка — слишком хороша для твоего отпрыска? Согласен. Она для любого слишком хороша.

Отец заливается раскатистым смехом, лукаво подмигивая мне, а Олег сжимает кулаки от злости, пытаясь не смотреть в мою сторону.

— А сколько Вам лет, Олег? — Я набираюсь смелости посмотреть на мрачное выражение лица Олега и выжидающе жду ответа.

— Тридцать семь. — Отвечает отец. — А, что это так тебя интересует, Мышка?

Я краснею до кончиков ушей. По телу проноситься дрожь и мне становиться трудно дышать, будто воздух стал каким-то ядовитым. Отец замечает мою красноречивую реакцию, поэтому дотрагивается до моего плеча, а я от неожиданности подскакиваю на месте.

— Маша? С тобой все хорошо? — Я одобрительно киваю головой, глотая ком в горле, но отца это не успокаивает. — Ты перегрелась, что ли?

Зверь прикладывает к моему лбу тыльную сторону ладони, а затем облегченно вздыхает. За столом появляется напряженная обстановка. Мы с Олегом стараемся не смотреть друг на друга, а отец — наоборот. Переводит удивленный взгляд с меня на друга, ничего не понимая.

— Я что-то пропустил? — Наконец-то произносит отец, прерывая затянувшееся молчание.

— Я пойду. Дела в городе. Извини, Костян, в другой раз договорим, — Олег срывается с места и, молча, уходит, а мы с отцом остаемся наедине.

Я кусаю губы и сжимаю пальцами подол сарафана, предчувствуя нечто нехорошее. Зверь наигранно выглядит спокойным, в то время, как в моей крови бушует адреналин.

— Маша, не хочешь мне что-то сказать?

— Что я должна тебе сказать, папа? — Протягиваю сиплым голосом, продолжая дрожать под строгим взглядом отца.

— Что здесь происходило сейчас? Ты знакома с Олегом?

— Нет!

— Да, Маша. Да! Черт возьми!!! — Зверь с размаху бьет кулаком по столу, задевая посуду, отчего та падает на пол и разбивается на мелкие осколки. — Ты же была тогда с ним в бассейне, когда я пришел? Да?

Я отрицательно киваю головой, но, видимо, не совсем убедительно. Отец хватает меня за руку, больно сжимая пальцы на моем бицепсе. Под натиском его взгляда я мысленно ровняюсь с землей.

— Если я узнаю, что между вами что-то было, то на хрен снесу башку тебе и Олегу. Поняла? Мышка, не вздумай играть во взрослые игры. Олег — мой партнер по бизнесу и хороший друг, а ты — зеленая совсем. Зубы обломаешь в этой игре, девочка моя.

— Папа, ты все неправильно понял, — я пытаюсь разжать тиски пальцев отца на своей руке, но это бесполезно. — Мне не интересен твой друг. Он же старый!

— Старый, — фыркает отец, отпуская мою руку. — Вот и помни об этом, Мышка. Не для этого я растил единственную дочь, чтобы какой-то хрен утверждался за твой счет.