Глава 44

Глава 44

Мысли улетучиваются, прощально помахивая крылышками… Руки же, действуя сами по себе, сдирают то лишнее, что ещё на мужчине… Зря думала, что Михаил сразу приступит к слиянию наших разгорячённых тел, он мстительно медленно раздевал, хотя что там было снимать-то, уделяя внимание каждому обнажающемуся кусочку моего тела. Невыносимо!.. Кажется, я начну орать от нетерпения, но сил хватает лишь на всхлипы, вздохи и стоны…

Когда он добрался до моих ног, нагло игнорируя моё желание, я думала что потеряю сознание от непередаваемых ощущений. Губы заскользили вверх, и всё прежнее померкло перед этим…

- Сейчас…

- Нет.

Нет? То есть, как нет? Почему нет? Убить его мало… Я же живая… Это пытка какая-то…

Я уже собралась послать мужчину куда подальше с его играми, но его губы погасили малейшее желание возражать и я сдалась…

- Только чувствуй…

Каждой клеточкой, каждым нервом я чувствовала то, что нельзя назвать примитивным словом желание, это был завораживающий полёт к звёздам, где не хватает кислорода от нежности, где страсть становится чем-то совсем иным.

Моё тело жило какой-то своей жизнью, подчиняясь и подчиняя, оно стремилось к мужскому началу и ускользало – извечный танец, где ведущий и ведомый постоянно меняются местами, желая отдать и принять самый большой дар – себя.

Казалось, ещё мгновение и я рассыплюсь на миллиард осколков-звёздочек, теряющихся в такой же пыли вселенной.

Я больше не выдержу! И я…я…кончила… распадаясь и возрождаясь вновь…

Немного придя в себя, я заметила, что мужчина только теперь добрался до моих трусиков… Как? Как он смог довести меня до оргазма одними поцелуями и невесомыми касаниями, обходя сосредоточие моей страсти?

Вот как можно столько времени возиться с этим предметом женского туалета? Казалось, что уже целую вечность эта маленькая тряпочка скользит вниз, я хотела помочь, но сильные руки меня удержали на месте. Наконец-то… И всё?

Как и лифчик ещё на мне? Если он и с ним будет возиться столько же времени, то я … я не выдержу и …наброшусь на него, как дикая кошка…

Ну, пожалуйста…

- Тссс…

Это я тссс? Ррррр!..

Пальцы судорожно мяли покрывало… А моя грудь нагло поднялась, бесстыдно предлагая соски для ласки. О, Боже! Только лизнул и подул, а они превратились в камушки, что жаждут новых прикосновений. Я хочу… Да! Чуть поигрывая с одним соском, мой мучитель, втянул другой, нанося резкие удары языком. Я снова балансирую на грани…взрыва. А он вернулся к моим губам, зализывая дерзкие поцелуи, наши языки сплелись, споря в том, кто сейчас объят желанием больше… Я!!! Я хочу этого мужчину до ума помрачения… Сейчас, немедленно!

Рука скользнула туда, где её давно ждали. Я раскинула ноги, чтобы ощутить его прикосновение, но Михаил только провёл немного шершавыми пальцами и убрал их. Это за гранью моих сил! Тело само устремилось вслед за его рукой. Губки давно набухли и малейшее движение, касание требовало разрешения, выхода…

- Не торопись…

Да я сейчас сдохну! Если он немедленно не возьмёт меня… Пальцы задели, как бы случайно, клитор и я снова взорвалась, в который раз! Но оргазм следовал за оргазмом, потому что его пальцы затеяли новую игру, кружа, едва касаясь… Теперь я понимала, почему оргазм называют маленькой смертью – я умирала вновь и вновьКогда же пальцы заменили его губы и язык!.. Всё превратилось в бесконечное парение и кружение в звёздном дожде.

- Назови меня по имени…

Имя? Какое имя?..

Но губы уже выдохнули Михаил…

С последним звуком он вошёл в меня… . А я… я обхватила его ногами, боясь, что он снова по каким-то своим неведомым мне правилам любовной игры ускользнёт от меня…

Мы стремились друг к другу…

- Женькааа…

Естество мужчины словно разрасталось, становилось больше, заполняя меня. Я вбирала его, раскрываясь и одновременно сжимая.

- Сейчас! Сейчас!

И он мне подчинился! Мы кончили одновременно, ловя губами торжествующие крики друг друга.

Едва я пришла в себя, как он снова шевельнулся во мне… Это был не оргазм – это было что-то такое, названия чему человечество, наверное, до сих пор не придумало… Мы кончали одновременно, но прежде, чем я успевала окончательно прийти в себя, Михаил как-то ухитрялся восстановиться и начать всё сначала… Так не бывает!

- Бывает, когда до безумия любишь и хочешь единственного на всём свете человека…

Боже, как он смог выговорить такую длинную фразу…