21. Булат

– Какая огромная кухня! – восхитилась Земфира, когда я привёл её туда. Она открыла холодильник и по-хозяйски оглядела содержимое. – Не волнуйся, Булат, я сейчас что-нибудь приготовлю для нас обоих, – с готовностью откликнулась она. Я и не волновался. Стрёмно было, что за моё недостойное поведение мне платят добротой. Я этого не заслуживал. – Я проверю охрану и вернусь, – вместо спасибо ответил я и ушёл. Убежал. Опять. Пообещал Земфире горы до небес, а ей приходится снова возиться с кастрюлями. Долбанная Елена! Вот что бывает, когда упускаешь из виду мелочи. Они превращаются потом чёрте во что. За всем нужно следить, всех нужно контролировать. Я нашёл Наиля и вышел с ним на улицу, чтобы покурить. Меня всё ещё потряхивало от Земфиры. Набросился на неё, как одержимый, напугал. Ничего удивительного, что она мне не дала. Я ничем не отличался от Марата в своём порыве. Что же меня так прёт от неё, господи? Я поймал себя на мысли, что впервые в жизни пошёл на уступки женщине, пойдя против самого себя. Разрезал себя по живому не щадя. Хотел Земфиру до чёртиков, но сдержался, решив подождать до свадьбы. Одному Аллаху известно, чего мне стоило с неё слезть. Я подумал о том, каково ей в ту минуту, и эти мысли усмирили моих демонов. Мне было не всё равно, что почувствует Земфира, когда у нас с ней будет первый раз. Может, это и есть любовь? Это прежде всего её первый раз. Каждая девушка мечтает, чтобы он был прекрасен, а я чуть было не лишил Земфиру этого чуда. Хочет красивую свадьбу? Ради бога, пусть будет. Я такой праздник закачу, что все охуеют. Опять же нужных людей можно пригласить. Чем не повод? У меня такая невеста красивая, что грех её прятать. К тому же девчонка кроме метлы и овечьих какашек ничего и не видела. Сиротка, лишённая родительской ласки и опеки, ишачившая большую часть жизни на хитрого Зинура. Пусть тратит мои деньги вдоволь. Зачем-то же я их заработал? Моя жена заслуживает самого лучшего. Мне ни к чему несчастная баба, день и ночь льющая слёзы. Слова Земфиры о том, что она может возненавидеть наших детей, оставили неприятный осадок в моей душе. Как бы мне ни было с ней тяжело, я должен справиться. Я заметил, что она ко мне неравнодушна, хоть и говорит о том, что любит Марата. Было бы ей на меня насрать, не заманивала бы в ловушку. Если бы просто хотела потрахаться, могла бы прокрасться тайком в мою комнату и скакать на моём хую, хоть каждую ночь. Нет, здесь не в похоти дело, она реально хочет замуж за меня на всю жизнь, хоть и отпирается. Защищала меня опять же перед Данияром. Я всё это тонко подмечал. Каждый её взгляд, каждый неровный вздох, каждый отклик на моё прикосновение. Где терпения набраться, кто бы подсказал? Теперь жизнь Земфиры в моих руках, я полностью несу ответственность за неё и нашу будущую семью. Почему бы не сделать, что-то нормальное и стоящее из нашей пары? – Куда ты её отвёз? – спросил я начбеза про Елену, затягиваясь сигаретным дымом. – В отель. – Узнал, с кем она встречалась в тот день, когда с Матвеем тёрки были? – С подругами. Шлюхи какие-то элитные. – Ладно. Ещё один косяк, и я тебя выгоню нахуй, Наиль! В твоей работе осечки недопустимы. – Простите, хозяин. Я всё понял. – Свободен. Я достал мобильник и набрал Данияра. Хотел узнать, как там Зинур. Сильно ли злится? Его Земфира захочет пригласить в первую очередь, так что надо было как-то налаживать контакт со стариком, хоть не очень-то и хотелось. Данияр сообщил, что дед грозится меня застрелить, чему я в общем-то не удивился, и пообещал привезти послезавтра вещи Земфиры и побазарить за калым. Калым захотели? Я мог ни хуя им не платить, но портить отношения было себе дороже. Данияр мечтает о мире, он его получит. Земфира накормила меня вкусным ужином, и мы обсудили некоторые бытовые вопросы. Я обещал помочь ей нанять новую повариху, немного успокоил и сообщил, что завтра мы отправляемся на шопинг. Нужно было приодеть мою малышку, чтобы она выглядела на миллион, нет, на сто миллионов, чтобы София ногти сгрызла от зависти, глядя на подругу. Свадьбу мы договорились обсудить позже, единственное – определились с датой. Я настаивал на том, чтобы мы поженились максимум через неделю, но Земфира выторговала себе две, обосновав это тем, что у неё как раз должны были закончиться женские дни, да и подготовка к торжеству не терпела спешки. Две недели! Ещё четырнадцать ёбаных дней я буду ночевать с ней под одной крышей и дрочить на её непорочный образ? Это было жестоко. Слава богу, девчонка больше не ныла, вроде бы смирившись с неизбежным. Я тоже успокоился, осознав, что теперь она в моей власти и никуда уже не денется. Поднявшись из-за стола, опустился перед ней на колени и взял её руки в свои. Земфира испуганно дёрнулась, и мне стало совестно. Зашуганная невеста – не самая приятная перспектива. Я прижался губами к её рукам и горячо их расцеловал. Увидел у кого-то в гостях, что так делал хозяин дома со своей женой, и мне запомнилось. Наконец-то я мог благодарить Земфиру за еду так, как считал нужным никого не стесняясь. Судя по её округлившимся глазам она была очень удивлена. – Спасибо, цветочек, за вкусный ужин! – произнёс я, потеревшись щекой о её маленькую ладонь. – Не бойся меня. Я больше не стану на тебя бросаться. Клянусь! Дом в твоём распоряжении, если что-то понадобится, зови. – Хорошо, – судорожно выдохнула она. Я заперся в кабинете, чтобы проверить электронную почту, заваленную письмами. Звонки делать было уже поздно, поэтому я не засиделся надолго. Проверил перед сном, как устроилась Земфира, комфортно ли ей, показал, как включить телевизор. Целовать на ночь не стал, чтобы не искушать себя снова, тупо пожелал спокойной ночи. Засыпая, думал, конечно же, о Земфире, но уже не только о том, как буду её трахать. Мне было радостно знать, что в моём доме появился человечек, о котором мне приятно думать, к которому я испытываю трепетные чувства. На следующий день мы поехали "одевать" её. Земфира вела себя в торговом центре как ребёнок. Она так радовалась каждой покупке, что я чувствовал себя Дедом Морозом. Никогда не тратил деньги с большим удовольствием. Пока охранники таскали нескончаемые покупки Земфиры в машину, мы с ней пытались общаться на отвлечённые от свадьбы темы и даже вместе выбрали ей нижнее бельё. Эта часть шопинга мне особенно понравилась. У Земфиры был неплохой вкус, она избегала всего вычурного, но в выборе белья явно скромничала. Я подыскал для неё кружевные комплекты, представляя её упругие грудки и гладкий персик между её ножек в этом белье, и слюни капали на пол. Это же я потом буду снимать с неё эти сексуальные тряпочки, вылизывать мокрые от возбуждения лепесточки и вгонять в розовую мякоть вздыбленный член. О, как дожить до этого мгновения и не сойти с ума от предвкушения? В конце мы пообедали в ресторане и поели мороженого. Смотрел, как Земфира облизывает пломбир, а сам думал о том, что впервые за долгое время я позволил себе отдохнуть, не парясь о работе. Я даже ненавистного Матвея ни разу не вспомнил, так мне было хорошо. Контакт с девушкой более менее наладился, потому что я чувствовал себя уверенно на своей территории, а не в селе, где, как выяснилось, даже у сарая есть глаза и уши. Позволил себе два раза поцеловать её в губы, чтобы привыкала к моей ласке и не дичилась меня. Земфира тоже вылезла из своего панциря, разговаривала со мной непринуждённо, а, главное, не грустила. У нас начался ускоренный конфетно-букетный период, которого ещё не было, но я понимал, что для Земфиры это важно, чтобы почувствовать себя значимой и особенной для меня. Ещё вчера я и не думал о женитьбе, а сегодня наслаждался обществом своей будущей жены. Такой юной и хрупкой, словно нежный, ещё нераспустившийся цветок. Злость за то, что меня заставили жениться, то и дело всплывала в моей душе, но я отметал эти мысли, понимая, что и Земфира в том же положении, что и я. У меня появилась надежда, что мы поладим и станем настоящей семьёй. Неведомое раньше понятие "любовь" больше не казалось мне чужеродным и неподходящим для меня. Я начал допускать мысли, что способен её испытывать и принимать. По крайней мере, пока всё хорошо, и настроение к этому располагало.