37. Богдан

Я лег на кровать, предусмотрительно сунул под подушку пачку презервативов, принял соблазнительную, мужественную позу и принялся ждать Лену. Она, как обычно перед сном, втирала в себя какие-то чудодейственные кремы.

Представил, как сейчас она войдет в своей ночнушке кружевной, вся гладенькая и вкусно пахнущая, и у меня уже встал. Да так четко, что хоть сейчас гондон натягивай.

Господи, да где она там запропастилась?

Это все было так странно. Какое-то время назад меня ужасала мысль о сексе с Овечкиной, а теперь я жду не дождусь, когда получу ее аудиенцию.

Когда существуешь, бок обок, с человеком, невольно сближаешься с ним. А я хочу еще ближе. Прямо в нее хочу! По самые яйца! Я этот секс заслужил! Выстрадал! Вон сколько я от Бульдозера натерпелся!

А хахали ее? Они еще ничего не сделали для Лены, чтобы она им давала. А может, и не сделают. Пока они водят вокруг нее хороводы, трахать ее буду я. Сытой ей будет легче сделать выбор, удержаться от необдуманных и импульсивных поступков. Кому, как не мне судить о ее спонтанности? Я благодаря женскому сумасбродству Овечкиной лежу голый в ее койке. Кто знает, на какое безумие она способна еще?

Так я утешал себя и оправдывал свое непреодолимое желание переспать с Булочкой. Мой поступок как раз логичен. К тому же я с Москвы не трахался. Я так не могу. А Лена возьмет в скором времени, да передумает. Хотела меня, хотела, да перехотела — такое тоже случается. Переключится на качка этого. Как такому не дать? Максимка же мечта всех женщин. Эталон красоты.

А я? Что я?

Мне Булочке предложить нечего, кроме члена своего и советов бесплатных. Но все ради нее! Я не только о себе думаю!

Булочка пришла через минуту, погасила верхний свет, зажгла ночник, бросила мне чуть улыбающийся взгляд и присела на кровать.

— Лена, сними ночнушку, — попросил я.

Она резко обернулась, удивленно вскинув на меня глаза.

— Зачем?

— Хочу на тебя посмотреть, — начал я издалека.

— А я не хочу, чтобы ты смотрел! — отрезала она. — Я еще не сильно похудела. Мы же договаривались?

— Да к черту договор этот дурацкий! — завелся я. — Я еще раз повторяю, я был зол, сказал не подумав!

— Придется потерпеть! Я стесняюсь, Богдан!

— Да не могу я уже терпеть! Сколько можно? Кого ты стесняешься? Меня? Я же сказал, что ты красивая? Говорил же? — Лена опустила глаза и замялась. — Тебя сегодня склеил качок! Тренер! Уж он-то в женских фигурах разбирается! Какое тебе еще нужно доказательство, что ты просто конфетка?

— Булочка, ты хотел сказать? — съязвила Лена.

— Ты меня слушаться обещала! — напомнил я. — По-хорошему снимай, а не то я порву твой балахон к чертям собачьим!

— Только попробуй! — пригрозила Лена. Она легла на свою подушку и укрылась одеялом.

И что дальше? Черт! Чувствовал себя девственником каким-то! Боялся лишнее или неосторожное движение сделать.

— Поцеловать-то тебя хотя бы можно? — на всякий случай спросил я.

С роду разрешения ни у кого не спрашивал, а тут...

У нее попробуй не спроси. Тут не разрешение нужно, а кадастровый ордер, с подписями и печатями!

Куда делась моя смелость, наглость и борзость? Принудить ее опять, заставить? Не могу. Я хочу, чтобы все было по обоюдному согласию.

Булочка повернулась ко мне, загадочно улыбаясь, а потом придвинулась ближе и сама меня поцеловала. Прижалась ко мне всем своим вкусным телом, всеми килограммами.

Дальше меня было не остановить. У меня как будто шторки опустились.

Я отбросил одеяло в сторону, повалил ее обратно на подушку. Схватил двумя руками за вырез сорочки и рванул ее в стороны. Лена ахнула, когда ткань с треском разошлась, обнажая ее формы. Пока она пребывала в шоке, я, не будь дураком, уничтожил таким же способом и ее трусики.

Все! Ни один сантиметр ее тела больше не скрывался под одеждой. Я жадно впился глазами в ее загорелое, почти во всех местах, тело, наслаждаясь увиденным. Как будто дорвался, наконец, до запретного, но такого интересного и желанного!

Лена лежала, прерывисто дыша, прикусив губу. Ее грудь тяжело вздымалась перед моим лицом, как бы намекая, что начать мне следует именно с нее.

— Богдан, — простонала Лена, но мои губы и язык уже опустились на ее холмики. — Черт! — дернулась она и запрокинула голову, выгибаясь мне навстречу.

Не помню, как долго я игрался с ее грудью. Все не мог оторваться от нее, но мой стояк напомнил мне, что пора бы идти дальше.

Я жалел, что две руки у меня, а не четыре, допустим. Хотелось трогать Лену одновременно везде и всюду. Ласкать эту гладкую, атласную кожу не переставая.

Мои губы опустились ниже, на загорелый животик женщины, прочертили дорожку от пупка до белоснежной полоски от купальных трусиков.

Когда я медленно развел ноги Булочки в стороны, моему взору открылась ее нежная, сочная девочка. Лена уже текла. От осознания того, что я желанен для нее, что я ее возбуждаю, а не какой-то там сопливый пацан или умопомрачительный качок, мое мужское эго взлетело до небес. Мне нестерпимо захотелось попробовать эту девочку, которая течет по мне, на вкус.

Я повел языком по бедру Булочки вниз, к самому вкусному и сочному.

— Не надо, пожалуйста! — взмолилась Лена и стыдливо свела ноги вместе.

Я вздохнул и придвинулся ближе к ее лицу. Лена зажмурилась, все еще кусая губу.

— Леночка, малышка моя, — ласково позвал я ее, касаясь губами щеки. — Посмотри на меня. — Она открыла глаза, и они испуганно забегали по моему лицу. — Можно я один раз поцелую твою девочку? Пожалуйста! Она такая красивая! Мне очень хочется. Только один разок, — повторил я для убедительности.

Лена судорожно выдохнула и мелко закивала, а потом снова закрыла глаза.

Это было удивительным, думал я, снова разводя ее бедра в стороны. Булочка была почти, как девственница. Я лишил ее ротик невинности, а теперь она позволяет мне трогать языком ее складочки. Я был уверен, что в вопросе куни я тоже первопроходец.

Вылижу ее в другой раз. Не до того. У меня сейчас яйца полопаются, а Булочка, тем временем, со стыда сгорит.

Когда я коснулся языком ее клитора, а потом лизнул ее дырочку, Лена протяжно вскрикнула, и все же попыталась снова свести бедра вместе.

Но она все же позволила мне поцеловать ее там. Я был удовлетворен!

Я сунул руку под подушку и достал презики. Сегодня я побил все рекорды по скорости надевания защиты.

Лена задрожала, но уже от нетерпения, а не от неловкости или страха когда я приставил головку члена к ее входу и поводил ею по складочкам, увлажняя ее сладким женским соком.

С силой сжав ее бедра руками, я толкнулся в Булочку.

Боже, когда я услышал громкий стон Лены, то чуть сам не заорал от наслаждения. Внутри ее девочки было так мокро, горячо и тесно, что я боялся кончить раньше времени.

Черт, я не должен облажаться, я должен довести Булочку до оргазма. Не ударить в грязь лицом в такой-то момент!

Я навис над Леной, уткнулся губами в ее шею, позволяя ей опоясать себя ногами, схватиться за плечи, и начал двигаться внутри нее, глубоко и размашисто.

Это было сущее безумие. Я целовал ее везде, куда смог дотянуться, входил в нее так глубоко, как только мог, но мне все было мало. Как будто я хотел сожрать Булочку, протаранить ее своим членом насквозь.

Лена стонала в голос, кусалась и царапалась, как дикая кошка. Потом выкрикнула мое имя и затряслась подо мной в экстазе. Я больше не мог сдерживаться тоже. Кончил так, что позвоночник током прострелило.

Я смог! Я довел Булочку до оргазма!

Осторожно вышел из нее, отвалился на свою подушку и притянул обмякшее, податливое тело женщины к себе.

Она спрятала лицо на моей влажной от пота груди, поерзала, устраиваясь удобнее, и затихла.

Лена уснула сразу же. А я не мог. Осторожно вылез из постели, сходил в душ, попил чая. Потом вернулся в спальню. Долго смотрел на спящую женщину, которая стала моей любовницей по-настоящему. Ее волосы разметались по подушке. Я осторожно убрал локоны с ее лица, пропуская шелковистые пряди сквозь пальцы. Провел тыльной стороной руки по пухлой щечке.

Потом одернул руку, как будто испугавшись. Трогаю не свое. Чужое! Почему меня это волнует? Сколько раз я трахал замужних? Даже всех не упомню. А у Лены нет никого пока что. Только я.

Выебал я Лену, как и хотел. И что дальше? Почему вместо удовлетворения от достигнутой цели, я чувствую только тоску и пустоту? Откуда во мне это?