Глава 20 · Суровая реальность

Выделенные ректором две недели пролетели как один неимоверно яркий в эмоциональном плане миг. Ребята за это время окончательно пришли в себя, вот только магией пользоваться пока побаивались, соблюдая требования целителя о магическом покое. Милания и Франц, оказавшиеся вновь вместе, не расставались практически ни на мгновение, да и Надия с Дорием после того, как очутились едва ли не на грани миров, также ни на шаг не отходили друг от друга. Мы с Адрианой искренне радовались за друзей, хотя нет-нет да бросали в их сторону завистливые взгляды. Что и немудрено, ведь даже Берта с Лонзом – и те светились от счастья, а мы…

В общем, в сердце некогда заброшенной Картенской империи сейчас воцарился этакий филиал рая. Несмотря на позднюю осень, жарковато, словно лето все еще было в разгаре, плодоносили поздние фруктовые деревья, а теплая, как парное молоко, вода в зачарованном озере, снимающем не только усталость, но и все негативные эмоции, так и манила к себе. Вокруг слышались пение птиц и беззаботный смех.

Пришло время расставания, пусть ненадолго, ведь в следующую субботу я вновь окажусь здесь, но этот промежуток времени казался таким огромным! Бросить бы все, ан нет, нельзя. У меня под рукой имеется немалых размеров библиотека, да Франц с Дорием и Надией со временем могли бы помочь мне в освоении магии, но разве сравнится это с теми знаниями, что могут дать в университете? Будь мои силы обычными, может, и обошлась бы помощью друзей, но как укротить то, что даровала мне семейная реликвия? Да и не только она, ведь и оракул умудрился сделать так, что часть сил от принесенных в жертву магов также переходила ко мне.

Ласковое касание солнечных лучиков сменилось порывом пронизывающе холодного ветра. Вот я и в Элансии. Передо мной, зябко кутаясь в одежды, толпятся желающие попасть в родную альма-матер студенты. Низко нависшее над столицей хмурое пасмурное небо, как ничто иное, гармонировало с моим настроением.

– Селена! – окликнула меня одна из стоящих в очереди девушек и приглашающе махнула рукой.

Я не без труда узнала в ней одну из членов нашего женского общества. Стоит сказать, внешний облик девушки изменился в лучшую сторону. Вот только расточать похвалы не было никакого желания.

– Привет, – как можно естественнее улыбнулась я в ответ, радуясь, что удастся поскорее проникнуть на территорию вуза.

– Мы все так ждали твоего возвращения, – тем временем щебетала девица. – Мы организовали дежурства в библиотеке, и по вечерам два раза в неделю кто-то из нас помогает в городской больнице. А где ты так долго была? Мы так боялись, что все это из-за того спора с принцем…

Умолкать она явно не собиралась, хотя мне было уже все равно, я умудрилась настолько промерзнуть под пронизывающим холодным ветром, что не вслушивалась, мысленно моля лишь об одном: чтобы очередь двигалась побыстрее. И вот наконец-то мы проникли за ворота, где я помахала девушке ручкой и помчалась в укрытие теплого, как я надеялась, общежития.

Внутри действительно не было холодно: в расположенном в холле камине пламенел, развеивая по округе тепло, огнекамень.

– Явилась, – буркнула всевидящая фаам комендантша.

– Я тоже рада вас видеть, – протягивая руки к источнику вожделенного тепла, улыбнулась я.

Настроение, как ни странно, было чудесным. Как оказалось, я успела привыкнуть к этим стенам, давшим мне приют в безвыходной, казалось бы, ситуации. Да и вся эта суета: в учебных аудиториях, столовой… И еще, еще нет-нет да вспоминался маэстро Феофан. Наши с ним посиделки в каморке запечатлелись в памяти как этакие светлые пятнышки, разбавлявшие мрачные картины прошлого. Жаль только, что рядом не будет девчонок, но с ними увижусь на выходных.

– …мало нам того, что Его Высочество в очередной раз сбежал, – выдернула меня из задумчивости фраза что-то ворчащей комендантши.

– Сбежал? – переспросила я, хоть и понимала, что ее слова не предназначались для моих ушей.

– А тебе-то что? Самой вон почитай полтора месяца не было, – фыркнула старушенция. – Думает, если графиня, так ей все можно… И куда руководство смотрит? – с этими словами она скрылась в своей каморке под лестницей.

Наконец-то отогревшись, я поспешила на второй этаж. Надо было одеться потеплее, забежать в учебную часть за расписанием, затем собрать необходимые книги и тетради для занятий и…

Получив расписание, я чуть не взвыла – эта неделя отличалась укороченными учебными днями. Назначалось всего по две пары. Зато какие! Первые две лекции у того самого, невзлюбившего меня с первой же встречи, педагога, а потом еще две у Лейрона! Зато завтра будут занятия у магистра Валейна Тоширского и фаам Марчеллы. А в среду, четверг и пятницу опять те же занятия, что и сегодня, но плюс не стоит забывать о собрании общества Лемборнских дев. В субботу с утра практика у Валейна. То есть вторник и суббота – это прямо-таки ложка меда в бочке с дегтем.

Вздохнув, вышла из учебной части. Ветер к этому времени приутих, хотя и нельзя сказать, что на улице потеплело. Чудно как-то, вроде то же место, а все как-то иначе, сколько раз находясь там – на Картене, я мечтала о возвращении в ставший уже родным вуз. И вот я здесь. Однако все какое-то чужое, холодное, будто лишенное какой-то едва уловимой эмоциональной составляющей. Может, сказывается желтеющая листва на деревьях или погода и нависшие над головой свинцовые тучи? Или то, что рядом нет подруг? Не знаю.

Только я собралась шагнуть в сторону общежития, как оттуда выскользнула стайка студенток, вслед которым неслась ругань, явно исходящая из уст фаам комендантши. Девушки, сутулясь и втягивая головы в плечи, жались друг к другу и торопились убраться подальше. Старая фурия не заставила себя долго ждать и, выйдя на улицу, погрозила невесть в чем провинившимся кулаком.

Глядя на эту картину, желание возвращаться в общежитие прямо сейчас как рукой сняло. Недолго думая, я прошмыгнула следом за беглянками в двери столовой. А вот здесь все было по-прежнему! Та же непередаваемая атмосфера, позволяющая одновременно быть на виду у всех и в то же время уединиться. Вокруг словно пчелиный рой гудит, но слов не разобрать. Неспешно прошлась до линии раздачи, уловила ароматы успевшей некогда поднадоесть, но сейчас показавшейся неимоверно аппетитной еды. Пока ждала своей очереди, нет-нет да бросала взгляд на тот столик, за которым любил завтракать Редерик. Как ни странно, но то ли я и вправду по нему успела соскучиться, то ли более близкое знакомство с его братом давало о себе знать, но я ловила себя на мысли, что мне грустно из-за его отсутствия.

– А ты слышала, говорят, принц-то совсем сбежал! – донеслось откуда-то сзади.

– Ой, да ладно тебе! – усмехнулся какой-то парень. – Все знают, что он часто в загулы ударяется.

– Да много ты знаешь! – фыркнула в ответ девица.

Сбежал. Да, об этом мне уже было известно от комендантши, но тогда я в полной мере не ощутила того чувства, которое охватило меня сейчас: одиночество. Никого из близких здесь нет, ни Милании, ни Адрианы, ни Надии, и вот за неимением лучшего я рада была бы пободаться, как раньше, с принцем, но и его здесь нет, надо будет после занятий в библиотеку наведаться, иначе завою от тоски и сбегу, так же, как и Редерик.

Ну что тут скажешь? Первый учебный день показался мне самым ужасным днем в жизни. Да-да! И это с учетом всего того, что мне пришлось пережить в прошлом. Педагоги просто-напросто словно сговорились и попытались в полной мере отыграться на пропустившей большую часть учебной программы ученице. Казалось, что сегодня их не интересовал никто, кроме меня и моих знаний. Как только требовался ответ, сразу же их взгляды обращались ко мне. За каких-то две пары я шесть раз очутилась возле доски! А количество требований ответить с места вообще исчислению не поддавалось.

В общем, добились они своего: весь поток хихикал и шушукался у меня за спиной, да что уж там, многие и в глаза не стеснялись прокатиться по теме моей успеваемости и скорого отчисления, не забывая при этом напоминать, что менталистика – это не для девчонок. Ну и да, я не то что двоек, я колов успела наполучать, примерно столько же, сколько и заданий на послезавтра! А заданий было… у-у-у… И особенно перепало от ректора.

В тот момент, когда все рванули в столовую, я в надежде затеряться в толпе тоже направилась к выходу, но… была остановлена властным голосом преподавателя.

– Вам же был дан материал, – отчитывал меня Лейрон. – Неужели за полтора месяца сложно было подготовиться?

Я что-то пыталась лепетать в свое оправдание о том, что именно обсуждаемой сегодня темы в тех книгах не было, но меня просто-напросто не слышали. Некогда такие родные глаза сейчас обжигали холодом. Меня отчитывали, как нашкодившую малявку, и да, в чем-то я действительно ощущала свою вину, но по большей части – это было несправедливо!

В итоге в столовую попала уже после занятий. Один плюс – в это время все были на занятиях, а мои сокурсники разбрелись по своим делам, и никто не приставал, не косился и не перешептывался за моей спиной. Хотя всех этих прелестей жизни я сполна хлебнула и в аудиториях во время занятий.

Если честно, безумно хотелось плюнуть на все и, активировав свиток, данный Францем, перенестись к друзьям, забыв раз и навсегда обо всем, что здесь происходило. Теперь даже странным казалось – как это я умудрялась скучать по университету? Не была тут полтора месяца и лучше б и не возвращалась! Далась мне эта Элансия… Если бы не необходимость обуздать свою силу, наверное, я бы и поддалась слабости, но, увы, пришлось скрипеть зубами и терпеть.

Сразу после столовой направилась в библиотеку. Все же именно она ассоциировалась у меня в памяти с чем-то добрым и светлым, к тому же я успела соскучиться по нашим с маэстро посиделкам. Однако сейчас это была лишь ностальгия, ибо времени на то, чтобы расслабиться у меня не было. Надо взять необходимую литературу и зубрить, зубрить, зубрить.

Распахнув дверь в библиотеку и ощутив до боли знакомый запах бумажной пыли, я с содроганием замерла на пороге, ожидая услышать мелодичный перезвон. Вдруг местная защита за это время перестала считать меня своей? Ан нет! Я даже улыбнулась. Хоть где-то все было по-прежнему. И даже маэстро за библиотекарской стойкой…

– Долго же ты пропадала, – неожиданно ворчливо произнес он. – Чего надобно?

– Э-э-э… Я тоже рада вас видеть, – сама того не ожидая, произношу я. – Мне бы вот. – Я протянула старику список литературы.

– Не маленькая, сама найти сможешь, – махнув в сторону книжных стеллажей, буркнул он и погрузился в изучение какого-то журнала.

Мгновение назад поднявшееся настроение вмиг испарилось без следа, оставив лишь усталость и опустошение. И… грусть. Не знаю уж, что произошло за время моего отсутствия, вот только одно я ощущала точно: теперь мне здесь не рады. Понять бы почему. Хотя что это изменит? Хорошо хоть не отлучили от свободного доступа к библиотечному фонду и позволили, как и прежде, самостоятельно подбирать себе книги. Может, у маэстро просто-напросто плохое настроение? Ведь он и раньше, пусть и не часто, бывал очень занят, например. И вообще, с чего это я решила, что мое появление станет для старика праздником? Мало ли тут таких, как я, может быть?

В таких вот невеселых мыслях я и побрела вдоль рядов в поисках нужных мне книг. И как на грех, мой путь пролегал мимо стеллажей с историей Картена. Когда-то мне казалось, что я успела перечитать все книги на эту тему. Ан нет. Вот эти три довольно объемистых корешка я явно видела впервые. И стояли они словно специально рядышком – будто кто-то осознанно старался привлечь к ним внимание. Стоит ли говорить, что я не удержалась и взяла их в руки?

«Теория и практика магии тьмы. Этап первый», – гласило название первой книги, вторая была посвящена той же теме, но этап был вторым, и если их наличие меня неимоверно порадовало, то третья совсем удивила: «Основы взаимодействия с фрагментарно изъятой магической энергией инородной силы». Я даже в задумчивость впала от такого витиеватого названия. Открыла. Полистала. Да так чуть и не села на пол, осознав, что именно очутилось у меня в руках! Это же своего рода учебник на тему: как приручить полученную после обрядов чужую силу! Ох и Феофан! Ох и удружил! И как только догадался? Наверняка же специально их сюда выложил! Хотя нет, он же не мог знать, что я именно сейчас вернусь. Или мог? Ректор же знал…

Все так же держа в руках три увесистых талмуда, кошусь в сторону библиотекарской стойки, раздумывая, даст ли он мне эти книги навынос? Маэстро, словно почувствовав мой взгляд, незаметно для окружающих стойку студентов полуобернулся и кустистыми бровями как-то странно повел. Боясь, что неправильно поняла, я словно невзначай поправила свою весьма внушительных размеров сумку, перекинув ее ближе к животу. И маэстро на это движение ответил едва заметным кивком и прикрытыми глазами, мол – «Бери, я этого не видел», и тут же как ни в чем не бывало продолжил обслуживать студентов.

Прошмыгнув в проход между стеллажами, я засунула талмуды в сумку и направилась на поиски необходимых для учебы книг, гадая, что значит столь странное поведение маэстро? Он явно по-прежнему вполне хорошо ко мне относится, коль случайно или специально раздобыл такие книги и позволил их забрать, но почему-то он внешне демонстрирует холодность и отчужденность. Увы, внутри отчетливо ощущалась уверенность в том, что в ближайшее время ответ мне будет не найти.

Покинув библиотеку, я засела за учебники и чуть не пропустила время ужина, настолько увлеклась чтением.

– Селена! – Не успела я выйти из общежития, ко мне тут же подлетела стайка девиц из общества.

Стоит заметить, их внешность существенно изменилась. Не знаю, был ли нынешний цвет волос у девушек натуральным, но по крайней мере среди них теперь были и шатенки, и жгучие брюнетки, и блондинки, и рыженькие. Фасоны платьев и прически также обрели некую индивидуальность, что весьма порадовало, ведь я искренне боялась увидеть скопище похожих на себя девиц. Оставалось лишь надеяться, что нездоровое подражание главе общества осталось позади.

Девчонки оживленно ворковали, рассказывая о событиях, произошедших в мое отсутствие, я даже честно пыталась вникнуть в хитросплетения местных интриг, но вскоре сдалась: трудно что-то понять и сделать выводы, если называемые имена ни о чем тебе не говорят. В итоге пришлось сослаться на завал с учебой, что в принципе соответствовало действительности и укрыться от их внимания в своей комнате.

А в тот момент, когда глаза начали предательски слипаться и я, отложив недочитанную книгу, собиралась выключить свет, раздался тихий стук в дверь.

Будучи уверенной в том, что это кто-то из общества «Лемборнских дев», я, стараясь не шуметь, погасила свет в комнате и затихла в надежде, что незваный гость уйдет. И в какой-то момент стук действительно прекратился, чему я наивно успела порадоваться. Не тут-то было! В следующий миг защелка на двери самым предательским образом открылась, заставив меня в страхе затаить дыхание. Послышался скрип открываемой двери. Шаги.

– Не притворяйся, – донесся тихий бархатистый голос Лейрона, и я, едва не застонав от смеси облегчения, смущения и злости, натянула одеяло на голову, словно от этого незваный визитер мог исчезнуть.

Скрипнула кровать. Мужчина сел на ее край и потянул на себя закрывавшее меня одеяло.

– Ты считаешь, что можешь исчезнуть на полтора месяца и ничего мне не рассказать? – поинтересовался он.

Я лишь вздохнула. Ну вот и что рассказывать? Раньше, до того, как он меня предал, я не задумываясь выложила бы ему все на блюдечке с золотой каемочкой, но не сейчас.

– Злишься, – по-своему истолковал затянувшееся молчание мужчина. – Я уже просил прощения. Да, признаю, я идиот и поступил отвратительно, но пойми и ты меня! Я не мог иначе, тогда…

– Тогда? – переспросила я, гадая – что же изменилось с тех пор?

Он молчал, а вот мне припомнился один не самый приятный момент. Тот самый, когда Редерик шантажировал Лейрона, требуя прекратить наши отношения. Собственно, я до сих пор не понимала, что произошло между нами на самом деле и за что именно я больше всего злилась на Лейрона. Из-за того, что он пошел на поводу у принца, поддавшись шантажу, или же я поверила в то, что ничего никогда и не значила для сидящего сейчас рядом мужчины? Все же неприятно быть всего лишь еще одной из бесконечной вереницы поклонниц, облагодетельствованной непродолжительной связью с объектом воздыхания.

Меня аж передернуло от этой мысли. До чего же гадко. Захотелось тут же забраться в ванную и жесткой губкой оттереть воспоминания о прикосновениях к моему телу.

– Я пытался тебе объяснить, но ты осталась глуха, – вздохнул мой ночной визитер и, выудив мою руку из-под одеяла, сжал ее в своих ладонях. – Моя жена… мы только для общества вместе, но давно не живем друг с другом как супруги…

– Ага, и дети у вас сами собой появляются, – не удержалась я.

– Ну… бывает порой, находит что-то, – не стал совсем уж противиться Лейрон. – Все-таки мы с ней прожили не так и мало вместе. Переспать с ней… это… это почти как с самим собой, – усмехнулся он. – Я знаю каждый миллиметр ее тела, каждую последующую за моей лаской реакцию. Ничего нового или волнующего. Думаю, она относится ко мне так же. Просто порой организму требуется разрядка, ну и…

– А во мне ты нашел что-то новое, а изучив…

Резкий рывок едва не вывихнул мне руку, и я очутилась в объятиях. Хотела ли я этого? Ну что тут спорить – да. Но для приличия попыталась показать, что якобы сопротивляюсь. Хотя надолго меня не хватило. Его хрипловатый шепот и горячие губы быстро заставили забыть обо всем напускном, и вот уже мои руки ласкают его спину…

Утром я еле-еле разлепила глаза. Минувшие события показались сном. Чудесным, волнующим… Вот только моя разорванная ночная рубашка, валяющаяся сейчас на полу, красноречивее любых слов говорила о том, что все это не грезы, а самая настоящая реальность – я опять… попала…