Глава 6

Кейсер

- Это была ошибка, брать её сюда, - произносит Далла, моя правая рука и помощница, когда Алекс уходит. Точнее, выскакивает из моего кабинета, как разъяренная фурия.

- С ней будут проблемы, - продолжает увещевать Далла.

- Твоя задача - в мое отсутствие решать эти проблемы.

- Я знаю об этом. Но мне это не нравится.

- Это было необходимо, - я не должен объясняться, но почему-то делаю это. Обычно Далла действует на меня умиротворяюще. У нас не только сугубо деловые отношения. Но и более близкие.

- Учителя уже начали жаловаться на нее. Алекс недисциплинированна, пропускает уроки… От неё всего можно ожидать, даже какое-нибудь восстание в школе. В прошлой она разрушила все до основания… Я не настаиваю, Кейсер. Тебе решать. Но ты уезжаешь, и я должна тебя предупредить… Я лишь советую тебе ещё раз обдумать всё хорошенько, по пунктам, и принять решение.

Говоря все это Далла стоит позади и делает мне массаж. Ее прикосновения приятны. Затекшие плечи начинают расслабляться. Вот только перед глазами – Алекс. Ее танец. Не могу выкинуть его из головы. Как изящно она двигается. В этой девчонке нет женского кокетства, но она – невероятно хороша. Красивая, гибкая, изящная. Вспоминаю ее дерзко вздернутый подбородок, когда Алекс обращалась ко мне. Лицо блестит от пота, разгоряченное танцем. Идеальный овал лица. Капли, блестящие на бледной коже, подчеркивающие веснушки на носике. Васильковые глаза в которых блестит обвинение. Алекс умудряется выглядеть одновременно сексуальной и уязвимой. Меня вдруг пронзает острое сильное чувство, похожее на нежность. Поначалу. А потом – еще более неуместное, но столь же сильное… Вожделение.

Так трудно не опустить глаза на грудь Алекс с натянувшейся на ней влажной блузкой. Да, тело бунтарки в самом деле бесподобно. Нелегко сохранить благоразумие, глядя на нее. У Алекс тонкая талия, а попка упругая и тугая. Длинноногая, подтянутая, спортивная.

И очень, очень сексуальная.

Вот только мне совершенно ни к чему подобные мысли. Непостижимо, что я вообще позволил им проникнуть в свою голову… Мне предстоит решить куда более важные задачи. Поднимаю руки и кладу на ладони Даллы, останавливая их.

- Обещаю, я подумаю над тем что ты сказала. Но пока я уверен, что Алекс здесь приживется. Она обладает всеми нужными качествами. Немного обучения, дисциплины, и она сможет стать лучшей в нашем деле. То, что девочка хочет найти убийц и заказчиков своей семьи – абсолютно нормально. Я хочу того же…

- Ты прав, - вздыхает Далла. – Прости, что давила на тебя.

Да, эта женщина идеальна во всем. В меру строга, умеет отстаивать свои позиции. Но и отступать красиво умеет в совершенстве.

Далла во многом права. Алекс является для меня риском во всём. Но она единственная оставшаяся в живых из моего клана. Не могу я выбросить девчонку, каким бы скверным и бунтарским характером она не обладала. Слишком многие мечтают стереть с лица земли остатки нашего клана. Если Алекс останется одна – скорее всего погибнет. Я не могу этого допустить.

- Обещаю, после того как вернусь, я займусь Алекс вплотную. Жди меня у себя.

Далла уходит, а я, записав на диктофон еще несколько распоряжений для своих сотрудников, отправляюсь в комнату любовницы.

- Тебе бы выспаться перед дорогой, - томным голосом произносит Далла. При этом на ней настолько развратный пеньюар, что она явно лукавит, и о моем сне думает меньше всего. На постели блюдо с виноградом, Далла отрывает ягоду, водит медленно ею по губам. Эта женщина мне идеально подходит. Она нетребовательна, понимает меня с полуслова. Нравится ее возраст, и опыт.

- Я страшно расстроена предстоящей разлукой, - произносит, надув пухлые губы, приманивая меня пальцем. - Я уже скучаю по тебе. Возьми меня с собой.

- А школой кто управлять будет? Поверь, этот отъезд не доставляет мне ни грамма удовольствия. Но я, увы, обязан отчитаться перед советом. Да и другие дела есть. Личные.

Несколько широких шагов, и я оказываюсь на постели, нависая над любовницей. Закрываю протест, готовый сорваться с ее губ, поцелуем. Далла обхватывает мою шею руками. Мне нравится, что она не имеет склонность к нежности. Любит быстро и жёстко. Разворачиваю Даллу спиной к себе, задираю пеньюар. Как всегда, эта женщина покорно отдается мне, всю себя без остатка.

Алекс

Зеваю, прикрывая рот рукавом. Очередной нудный урок по истории в самом разгаре. Минул уже месяц с того момента, как учусь в этой школе и если все пойдёт так же медленно дальше, то я просто зачахну от скуки. Слишком много неинтересной информации и мало движения. Надо сказать, хотя учеба не дается мне с трудом, но и успехов особых я не достигла. Мне нравятся только занятия по борьбе, в ней я чувствую себя уверенно. А вот зубрежка названий кланов, их флаги и лозунги, характерные отличия - скука смертная.

Помимо борьбы приносят расслабление танцы по ночам. Меня правда не особо тянет ходить в «Огонь», но Блисс умеет быть настойчивой. Да я и не особенно сопротивляюсь - хоть какое-то разнообразие. Мне нравится танцевать, чувствовать свое тело, отдающееся без остатка музыке. Правда приходится отбиваться от желающих познакомиться поближе, потому что большинство парней приходит сюда именно за этим. Это не запрещено, на территории «Огня» ты можешь позволить себе все что угодно. И многие позволяют, Блисс в том числе. Ее бурный роман с Томом в самом разгаре. Но у меня близость ради близости, или расслабления, не вызывает никакого воодушевления.

Хотя, надо признать, нервы на пределе. На уроке истории я едва не сцепилась с Диной, которая совершенно определенно меня намеренно подначивала. Блисс уговорила меня не связываться и прямо-таки утащила из класса, благо урок был закончен. Но честное слово, не успокоюсь, пока не увижу на спарринге эту мерзкую бабу, перед собой. Почему она задирает нос и считает, что она тут лучше всех? Это выше моего понимания.

А еще я ждала Кейсера. Бессознательно, но это бесило меня. Я пыталась оправдать это тем, что он мне дал обещание насчет моих родителей, поэтому я заинтересована в его возвращении. Но меня все равно беспокоила странная тоска по нему. С какой это радости? Я ведь его ненавижу! И радоваться должна, что его нет в поле зрения.

А вдруг он меня обманул насчет того, что поможет найти убийцу?

Несколько раз я ходила к его заместителю, Далле. Спрашивала, сцепив зубы и наступив на горло собственной гордости, когда вернется ее начальник. На что Далла лишь пожимала плечами и говорила, что как только Кейсер пожелает видеть меня, я об этом узнаю. Почему-то у меня было стойкое ощущение, что Далла меня недолюбливает.

Поэтому я ужасно удивилась, когда Далла пришла за мной после занятий.

- У тебя будет индивидуальный урок, иди за мной.

Скорее всего это какой-то особенный спарринг, потому что только в этом предмете я делаю успехи, остальные уж точно не требуют индивидуального подхода. Заинтригованная, следую за Даллой. Она идет впереди, я за ней, сначала длинный узкий коридор, потом он становится извилистым, точно змея. Никогда не бывала тут прежде, хотя была почти уверена, что таких мест в школе не осталось – благодаря неутомимой Блисс. Она обожает в свободное время лазить по школе и меня часто тянет за собой на эти запретные приключения.

- Куда вы меня ведёте? – не выдерживаю и задаю вопрос. Но Далла вместо ответа лишь зыркает на меня со злостью и ничего не отвечает, остаётся лишь набраться терпения. Наконец, она останавливается перед дверью.

- Заходи.

- Одна?

Меня почему-то охватывают дрожь и трепет.

- Да, одна. Боишься? Я тебе не нянька, - кривится Далла. - Шагай давай.

Не понимаю, почему эта женщина с каждым днём все больше злится на меня. Честное слово, в школе есть гораздо более отвязные типы, заслуживающие ее порицания. Я же стараюсь притворяться невидимкой, и не считая вылазок с Блисс, веду себя тише воды, ниже травы. Но иногда возникает ощущение, что Даллу это бесит ещё больше!

Психанув, резко открываю дверь, заскакивая в просторное помещение, и замираю.

Тут никого нет, а обстановка ничем не напоминает спортзал, в котором проходят спарринги. Наоборот, здесь все дышит покоем и красотой. Играет ненавязчивая музыка. В центре стоит вешалка с красивыми вечерними платьями.

Кручу головой с любопытством. Зачем меня сюда привели? Я и красота - понятия диаметральные. Я даже на каблуках ходить не умею. Пробовала пару раз ради смеха, вместе с сестрами… От воспоминания о семье сжимается сердце.

- Эй! – восклицаю громко спустя минут пятнадцать, устав ждать, когда же все разъяснится. – Тут есть кто-нибудь?

- Добрый вечер, Алекс, - раздается у меня за спиной мелодичный женский голос. Он звучит мягко и приветливо, но настолько неожиданно, что я резко дергаюсь. Оборачиваюсь. Передо мной стоит женщина, очень красивая, высокая, стройная. Идеальный макияж, строгая прическа – волосы убраны в пучок, в ушах крупные серьги. На женщине вечернее белое платье и это интригует еще больше – зачем она вырядилась так в этой школе? Тем более ее никто не видит.

- Надеюсь, добрый, - буркаю не слишком вежливо. – Могу я узнать зачем меня сюда привели? Наверное, это какая-то ошибка?

- Никакой ошибки. Тебя привели на индивидуальные занятия.

- Да, мне так и сказали. А что за предмет?

- Красота.

- Разве есть такой предмет?

- Ну конечно. Меня зовут Антония, и я твой преподаватель.

- Ничего не понимаю. Я боец. Мне не надо знание стилей, и моды, и всякое такое…

- Почему ты считаешь, что тебе это не надо? – в голосе Антонии звучит искреннее любопытство.

- Ну здесь же… ммм, вроде как школа с совсем другим уклоном. Зачем той которую учат убивать и шпионить – быть красивой.

- Твоя наивность очаровательна, - улыбается женщина. – Неужели ты никогда не задумывалась о том, что красота – это тоже оружие?

- Красота – оружие? Это звучит странно, - в голове у меня вертится более грубое слово – «бред», но я не хочу обижать эту милую женщину.

- Деточка, но это же истина. Красота может даже убить. Подчинить волю. Отвлечь, спровоцировать. Это оружие, и я буду учить тебя ему. Придется отбросить предубеждения и комплексы…

- У меня нет никаких комплексов!

- Тогда отлично. Начнем с макияжа.

Время шло. Наступила зима, в этом году особенно лютая. Все белеет за окном, снег идет почти каждый день. Мысли о побеге почти перестали посещать меня, как ни странно, новая знакомая, преподаватель «красоты» помогла мне адаптироваться и полюбить учебу. Я проводила с этой женщиной много времени, она мне очень нравилась. Чем-то напоминала маму. Внешне, голосом. Ее уроки всегда успокаивали меня. И все равно не понимала, зачем мне учиться ходить на высоких шпильках, накладывать макияж. Но все выполняла беспрекословно.

В технике боя я тоже преуспевала, этот предмет оставался любимым. Особенно меня радовало, что мне было разрешено заниматься дополнительно с отстающими учениками. В это число конечно же вошла Блисс, по сути я и затеяла это ради того, чтобы помочь подруге.

Я полюбила читать, стала частым гостем библиотеки. Незаметно месяц уходил за месяцем.

С Диной у нас было что-то вроде пакта о ненападении. Она большую часть времени проводила в «Огне», соблазняла парней, сталкивала лбами. Этим видимо отвлекалась.

У меня часто появлялись мысли, что я была бы не прочь остаться в этом месте навсегда. Я привыкла, освоилась. На воле никто меня не ждал. Кроме мести. Она все еще горела в крови, но теперь верх брал разум и понимание, что одна не справлюсь.

Так что жалкие мысли о том, чтобы позабыть обо всем, отдав себя школе навсегда, я каждый раз гнала прочь. Как и мысли о Кейсере. Его так долго не было, что он начал казаться мне несуществующим призраком. Мне конечно же было интересно, почему его так долго нет… Но гордость мешала спросить об этом, например, Антонию. Которая наверняка обладала хоть какой-то информацией. И никогда не оставляла мои вопросы без ответов. Антония была искренна и добра, поэтому я любила ее так же искренне.

Возможно, я не блистала умом, как всегда про себя думала, но и идиоткой не была точно. Раз столько сил в меня вложено – это не может быть просто так, наверняка для меня есть миссия. Мои навыки должны быть полезны. Правительству, или корпорации, спонсирующей школу, да какая, впрочем, разница. Из нас растили наемников, чтобы потом мы отдали долг верной службой.

- Готова к спаррингу? – удивляет меня сегодня вопросом учитель.

- Конечно.

Но повернув голову, немею от удивления. Он сегодня поставил Блисс против Дины.

- Что?? Что вы делаете? – восклицаю с яростью. – Так нельзя!

- Я не понимаю, Алекс. Что ты хочешь мне сказать?

- Нельзя… Блисс слишком слаба против Дины!

- Ты вмешиваешься в решение учителя?

- Позвольте мне встать вместо Блисс!

- Убирайся. Я удаляю тебя с урока.

- Нет! Простите меня. Я волнуюсь за подругу!

- Твоя подруга валяла дурака целый год. Прогуливала мои занятия.

- Она слаба в схватке… Ее сила в другом.

- Ей не нужно демонстрировать свою силу, не нужно победить. Просто хоть немного понять, что такое схватка.

- Это не поможет! Нет, это все испортит.

- Понятия не имею, зачем вожусь с тобой и что-то объясняю, - кривится учитель. – Парни, сюда. Немедленно выведите ее…

Двое парней, я даже имен их не помню хватают меня подмышки, и тащат к выходу. Я успею заметить бледное как мел лицо Тома. Он испуган, как и я.

- Боже, Том! Сделай что-нибудь! – ору на весь зал.

- Тащите девчонку к декану, - рявкает учитель. – Совсем зарвалась. Думает, если начальство взяло над ней шефство, то она может нам диктовать… Пара дней в карцере ее успокоят.

Меня тащат к Далле, и на лице той вижу почти триумф. Она рада, что я наконец что-то сделала, достойное наказания. Все что происходит очень похоже на заговор. Но я могу думать только о бедняжке Блисс. Потому что знаю тайну, которая не известна больше никому. Моя подруга на третьем месяце беременности. Ей ни в коем случае нельзя драться. Ни с кем. Даже постановочная драка, которую мы провели на предыдущем занятии, чтобы Блисс могла получить хоть какую-то оценку, вызывала страхи и опасения. Может та драка и спровоцировала гнев учителя? Он столько времени закрывал глаза… Так почему вдруг как белены объелся?

Столько страхов, столько мыслей. Я не замечаю холода карцера. Мне важно одно – чтобы подруга не пострадала. Я слишком часто теряла близких… Блисс стала мне бесконечно близка за эти месяцы. Как сестра…

Меня выпускают спустя три дня. От голода все плывет перед глазами. Такая слабость, что иду пошатываясь. В свою комнату. Тут никого. Может Блисс на занятиях? Хотя какие занятия в это время. Отправляюсь в комнату Тома. И там тоже пусто. За спиной покашливание – стоит сосед Тома по комнате, Питер.

- Где они? Не знаешь?

- В медпункте…

- Что произошло?

- Сама знаешь.

- Помоги добраться туда…

Питер поддерживает меня, ведя по извилистым коридорам. Через каждые десять шагов мне трудно дышать. Но я упрямо стремлюсь к подруге.

Вот только не узнаю тельце, лежащее на кровати в медпункте. Никого нет рядом. Где чертов Том? Разве он не должен держать ее за руку?!

- Милая моя…

Приседаю на стул возле кровати. Осторожно беру Блисс за руку. Она ледяная. Ее глаза закрыты. На лице, синем от кровоподтеков, нет живого места.

- Дорогая… прости. Прости что не смогла защитить…

Потрескавшиеся губы кривятся, но я знаю, что это попытка улыбнуться. Из под подрагивающих ресниц появляются дорожки влаги. Она слышит меня. Но не может даже слова в ответ произнести. Она такая маленькая, едва заметная под одеялом. И такая холодная.

- Мне жаль, Алекс.

Кто-то сжимает мое плечо. Рука, трогающая меня кажется обжигающе горячей.

Антония. Но даже ее тепло сейчас меня не согревает.

- Она выкарабкается? – задаю вопрос не оборачиваясь.

В ответ полное молчание. Лишь тихий вздох. Еще полчаса я сижу и бессильно наблюдаю, как жизнь по капле покидает мою дорогую подругу. У меня нет слез. Лишь ледяной ком внутри, растет с каждой секундой.