14

Приходится всю волю приложить, чтобы глухо выдать:

— Нет, не слышала.

— Сейчас расскажу, — выдает она оживленно. — Вот ты знаешь, на него бы никогда не подумала. Ну что он вдруг так…

Кровь стучит по вискам настолько сильно, что я не уверена, смогу ли различить ее слова. Фразы звучат будто через вату. Издалека.

— В общем, парень оформил академический отпуск. А теперь готовиться ехать волонтером. В Африку. Представляешь?

— Что?

Невольно оседаю на диван. Мотаю головой, стараясь собраться.

— Ну он не сразу поедет. Так сразу их не отправляют. Там сначала несколько месяцев в подготовительном лагере. Тренинги разные. Инструкторы ребят готовят.

— Волонтером?

— Да. Ты понимаешь, я даже раньше не слышала, что у нас такие организации есть. А уж от кого-кого, так от Аверина точно не ждала, что он туда отправится. Настолько серьезная подготовка же идет не спроста. Условия очень тяжелые. Закрытый лагерь. Они выезжают помощь раздавать, но там высокий уровень угрозы. Боевые действия. Все строго по часам.

Слушаю остальные подробности молча.

— В общем, удивил Аверин. Очень. По виду так обычный мажор. На уме ничего нет кроме вечеринок. А на деле — вон как. Волонтером поедет. Почти герой.

Точно. Герой.

Мои губы нервно дергаются.

— Ален, ты тут?

— Тут, — роняю глухо и стараюсь свернуть разговор. — Извини, я сейчас занята. Давай позже наберу.

— Хорошо, конечно.

Отключаюсь. Откладываю телефон на диван.

Значит, вот как получается.

Интересный метод Аверин нашел для… перевоспитания? Не представляю, его сына за волонтерской работой. И вообще, гуманитарную помощь оказывают самым уязвимым слоям населения.

Как бы он дальше не пошел. В своей манере.

Надеюсь, Аверин и за этим проследит. Кого-то приставит наблюдать. Тяжело поверить, будто он отправит единственного сына одного в Африку.

Больше об этом стараюсь не размышлять.

Затылок уже тяжестью наливается. Непрошенные воспоминания мелькают перед глазами. Их нельзя сравнить с тем синяком, который сошел с моей щеки. Они не меркнут.

Рано утром выезжаю к родителям. Вечером уже на месте.

Помню, как раньше мне хотелось поскорее выбраться из деревни. Ближе быть к большому городу. Там, где бурлит жизнь.

А сейчас восприятие меняется.

Спокойно здесь. Дышится иначе. И про кошмар ничего не напоминает. Особенно когда обнимаю родителей.

— Ален, ты чего, — возмущается папа, увидев сколько всего я с собой привезла. — Вот зачем ты это накупила?

Но я знаю, что им приятно. Просто не хотят, чтобы я много тратила.

Накрываем стол, усаживаемся.

— А у нас новости есть, — радостно говорит мама.

— Новости? — невольно переспрашиваю.

Выглядит она счастливой, но у меня все равно сердце не на месте. Будто уже какое-то дурное предчувствие. На ровном месте.