Глава 64

До вечера я провела время как на иголках, все из рук сыпалось. Вроде бы и линзы начала чистить, а толково это сделать не смогла. Переложила в десятый раз зажимы и ключи, переставила верстаки, почистила щупы. В голове вертелся важный вопрос — сразу ночную рубашку надевать или потом? И как это «потом» происходить будет? И что это за «потом» будет? И вообще, может, Геспер не имел в виду ничего такого? А я как дурочка натяну на себя тонкую ткань, а потом замерзну? Хотя у стража температура тела чуть выше, чем у обычного человека, так что согреет.

И это «согреет» вызвало в голове еще одну пачку ассоциаций, от которых я просто вспыхнула румянцем и прошла очередной круг по комнате. Этих кругов я уже с десяток навертела, все никак успокоиться не могла. Бабушка говорила, что мужчина должен нравиться, привлекать. Но меня тогда привлекала схема простейшего светильника. Вот разве это не чудо — простая металлическая основа, заряженный камень, линзы, которые усиливают свет?! Раз — и луч света разгоняет тьму!

А Геспер меня привлекал?

Кажется, да. Ответ был ожидаемый, но немного все-таки ошарашил. Я села на пол у стены и, сложив руки на груди, всерьез решила разложить в очередной раз все мысли по полочкам.

Мне понравилось Геспера слушать и видеть, как он слушает и слышит меня. Молчал он очень уютно. Нравились поцелуи, взгляды и осторожное внимание — не было странного неприятного ощущения, как бывало от прищуренных взглядов друзей Наума или от того механикоса, который у дедушки гостил и как-то вечером попытался схватить меня ниже талии. Геспер не говорил гадостей, но так забавно смущался. И я верила, что рядом с ним в безопасности, хотя на самом деле оказалась не в самом безопасном месте. Вот только пугало ли это меня? Твари, Сумрак, долг стража… Нет и еще раз нет.

Вот так, сидящей на полу, меня Геспер и нашел. Удивленно поднял бровь и протянул руку, чтобы помочь подняться. Не стал навязчиво спрашивать, а чего это я на полу сижу. Ведь правда, захотела и села. Наверное, если бы я рыдала, он так же не спросил причину, не стал бы лезть в болезненное, но попытался бы утешить. К некоторым границам лучше подходить вплотную, но не пересекать их.

Мы так же молча вышли из моей лаборатории, к моему удивлению, не повернули к спальне, Геспер вел нас куда-то в сторону, где жила Эльпи, но не совсем. Дверь в помещение открылась без скрипа, в воздухе еще слабо пахло смазкой — видимо, ее недавно привели в порядок.

Геспер улыбнулся и жестом предложил войти. А я сделала шаг и растерялась — забыла в тот же момент все свои беспокойства.

— Нравится? — услышала я вопрос, но слов не нашла, только быстро кивнула.

Это была странная комната — небольшая, почти круглая, но с высоким выпуклым потолком. Над головой висела какое-то украшение из тонких прутьев и цветного стекла. Узкие окна сверкали коваными решетками из светлого металла. У одной стены полыхал жаром огромный камин: сладко пахло фруктовым деревом, и трещали в огне поленья. Перед камином были разложены толстой стопкой одеяла, так чтобы не было холодно лежать, а вокруг на низких столиках стояли подносы с закусками и графины с напитками. Но пахло почему-то цветами.

— Смотри, — Геспер указал мне на стену, до которой свет камина не доходил. Я подошла ближе и увидела, что она полностью оплетена каким-то растением, именно его мелкие, светлые цветочки так сильно и головокружительно пахли — и сладостью, и свежестью, и чем-то будто острым.

Геспер оказался за моей спиной и крепко обнял, уткнулся носом в волосы. Я на мгновение вспомнила, что так и не расчесалась толком, и не переоделась в красивое… Но мысль быстро улетучилась с горячим шепотом:

— Пойдем, Клио.

Я не могла оценить, было ли это красиво, как нужно или как правильно. О свиданиях я слышала со слов других, бабушка рассказывала, как она познакомилась с дедом, как ухаживал за мамой мой отец, и иногда я представляла, как мне дарят цветы или, не дай Эос, читают стихи. Тогда мне было смешно, но не сейчас. Казалось, что воздух вокруг нас звенел. Все как-то было слишком серьезно — темный взгляд Геспера, его ладонь, крепко сжимающая мою и сжатые в жесткую линию губы.

Геспер первый опустился на одеяло, потянул меня к себе, устраивая на подушках, и взял в руки большую чашу с вином.

— Я должен кое-что исправить, — сказал он, отпил из чаши глоток и протянул в мою сторону. — Клио, ты станешь мне супругой? Позволишь быть с тобой? Останешься рядом со мной?.. Сколько бы ни отмерила нам Эос дней.

У меня дрожали руки, но я даже и не подумала отказаться. Было легко взять чашу и отпить из нее. Просто потому что я дала нам шанс еще там, в Аполисе, и не пожалела ни разу. И мне уже не страшно было узнать, что нас ждет в будущем, ведь я буду там не одна.

— Да, — ответила я. Это было иначе, не так, как когда мы соединили руки над семейным камнем Аполиса. Эта крошечная церемония была важнее и весомее.

— Спасибо, — Геспер серьезно кивнул, взял из моих рук чашу и отставил ее в сторону. Ведь нужно было поцеловать жену, то есть меня. И я с восторгом ждала этого.

Мы целовались так долго, что у меня заболели губы, но мне хотелось чего-то большего, и судя по телу Геспера, не только мне. Но когда я стянула с него тунику и с силой провела по коже ногтями, он вдруг простонал и замер.

— Что не так? — я тоже напряглась.

— Мгм, — мотнул головой Геспер, на миг мне даже показалось, что его силуэт стал нечетким, как будто он собирался поменять форму на чудище. Но ничего не произошло.

— У нас… — это «нас» было уютным, я даже улыбнулась, когда его произносила. — У нас проблема?

— Нет. Да. Немного, — хрипло выдохнул Геспер, утыкаясь губами мне в шею. Он весил немало, но я не боялась, что меня раздавят. — Теряю контроль. Слишком мало времени после ранения.

— Ты не до конца вылечился? — я взволновалась не на шутку. А ведь я и не знала! Эос, как же сложно быть стражем! Он еще не до конца оправился, а уже в патруль улетел!

— Вылечился, — снова мотнул он головой и чуть приподнялся, чтобы удобнее было смотреть мне в лицо. — Только на сильные чувства тело реагирует как на опасность. Меняюсь.

— Сильные чувства?.. — переспросила я и получила в ответ такой взгляд, что в одно мгновение мне показалось, что я сгорю от смущения. Но взять себя в руки получилось. — Тогда что будем делать?

— Тебя развлекать, — улыбнулся Геспер, отстранился, сел, потянул меня в свои объятия и жестом предложил выбрать из расставленных закусок.

— И как долго?.. А то я ночную рубашку симпатичную купила…

Я почувствовала, как Геспер окаменел — напряглись мышцы рук и груди — и рвано выдохнул.

— Прозрачную?

— Знаешь, наверное, да, — я на мгновение задумалась, потому что как-то упустила этот момент. А ведь ткань и правда была даже слишком тонкой. Но Эльпи очень настаивала, что это именно то, что нужно, и цвет изящных кружев мне идет. — Тебе показать?

— Покажешь. Обязательно. Скоро, — с каждым словом мне доставался щекотный поцелуй, и, судя по частому дыханию, еще немного — и контроль снова падет.

— Вот и договорились, — я медленно выдохнула и чуть отстранилась, подставила под ласковые губы ладони. Ничего, все успеется. — А пока можно помолчать или поговорить… И недаром же все это богатство ты сюда принес!

Геспер пришел в себя достаточно быстро, улыбнулся и взял с низкого столика один из деревянных подносов — на этом лежали маленькие прозрачные конвертики с какой-то начинкой.

— Попробуй. Отгадай, что внутри.

И сам же первый взял конвертик и положил его в рот. Выглядел он при этом взъерошенным, до сих пор слегка сбитым с толка, но настолько родным, что я не смогла сдержать улыбки. А потом последовала примеру и принялась за еду.