Глава тридцать девятая

Я никогда не могла назвать себя сильной, просто бывают моменты, когда нельзя отступать. Жизнь в спокойствии, казалось, избавила меня от диких повадок, и я должна была испугаться грубости и возможных картин того, что Захар со мной сделает. Но время научило меня и планированию. Не все можно преодолеть по наитию. Иногда стоило подождать.

Захар почти что упал на меня, вдавил в продавленную старую кровать. Заскрипело рассохшееся дерево, взвизгнули ножки, едва выдержав двойной вес.

— Ты мой особенный подарок, — прошептал он, касаясь губами моего виска. — Мало того, что я закончу эту войну победой, так еще и тебя получу. Приятный бонус.

— Ты действительно думаешь, что королевские стражи не в курсе о том, что происходит? — фыркнула я, но не слишком самоуверенно, так, будто сомневалась.

— Кому ты сейчас служишь, Даннике? Жандармы? Не нашла лучшего места? — издевательски хохотнул Захар. Я не стала его переубеждать, так будет безопаснее для Гейса. Его уж точно не стоило вмешивать в ту грязь, которая тянулась за мной, за моим прошлым.

— Чем плохо работать на власть? Ты же работаешь! — пожала я плечами.

— Хочешь вернуться? — он понял по своему и прижал меня к кровати сильнее, так что в груди заболело от желания нормально вдохнуть. — В качестве кого, Даннике? Станешь моей верной тенью, тогда, возможно, господин тебя простит? Я на хорошем счету. Тебе, конечно, придется родить пару раз. Это долг каждой магнеры. От меня. Хочешь от меня детей?..

Все, о чем я могла думать, что Лапка все еще жив и где-то далеко от меня. Он не чувствует моего отвращения. А еще я думала, что жаль, что Захар — не менталист, тогда бы ему пришлось продираться сквозь пелену моих эмоций. Чуть ли не насиловать самого себя. А еще, что мне жаль тех, кто остался на моей родине, и что надо было бы узнать больше о том, какие планы были у Захара и подобных ему. А для этого нужно потерпеть… Но как же тут терпеть?!

Я резко потянулась вперед и впилась зубами Захару в губу. Укусила, дернула по-звериному, не обращая внимания, что кровь брызнула мне в рот и на щеки. В короткое мгновение между тем, как он заорал от боли и решил меня ударить, я собрала все силы и толкнула энергию от себя. Пахнуло жаром. Огонь получился слабый, но он опалил Захару одежду кожу и волосы, заставил его вскочить, сбить пламя и зашипеть от боли мелких ожогов.

Я же попыталась скатиться на пол. Тело было вялым и не слушалось, но встать у меня почти вышло… Вот только сильный пинок в бок отбросил меня к стене. Что-то хрустнуло внутри, наверное, ребра, я застонала, но тут же закусила губу, чтобы не показывать, что мне больно.

— Да как ты посмела?!

— А ты думал, что ты мне сказку предложил? — глухо рассмеялась я.

— Ты соображаешь, что говоришь и кому? — шипел он. — Мне пообещали статус, ты своим умишком это представляешь?! Да тебе завидовать будут! Потому что я не знаю неудач!

— А как же та самая засада?

— А об этом ты будешь молчать, Даннике, ради своего же будущего. Тогда никто не выжил, кроме меня, поняла? — он навис надо мной. — А если нет, то умирать ты будешь долго. Я умею мстить.

— Значит, об этом никто не знает? Не сказал, что я сбежала?

— Какая разница? — отмахнулся Захар. — Эта ошибка ничего не значит. Главное, боевики из отряда Мартена постарались на славу. Я видел следы побоища, на телах живого места не осталось.

У меня внутри все переворачивалось от злости и жалости к тем жертвам, мое сердце больше не было из камня, и понять ужас потери любимого я могла как никогда. Поэтому король и не женится. Слишком мало времени прошло. И хватит ли этого времени, чтобы забыть дорогого человека, чтобы попробовать еще раз?

— Ладно, — согласилась я. — Согласна никому не говорить.

— А ты всерьез думала, что я позволю кому-то сказать? — оскалился Захар.

— У вас все равно ничего не выйдет. Если не королевские стражи, то Институция безопасности тебя достанет!

— Какая же ты наивная, — хохотнул Захар, но в следующий миг насторожился, изменился в лице и вышел за дверь, ничего не сказав. Звякнул замок, я осталась одна. Что-то его встревожило. Какой-то предупреждающий артефакт сработал? Или я за стуком сердца не услышала каких-то звуков?

Пока моего мучителя не было, я быстро осмотрелась. Вокруг полупустая комната с одним узким окном. Скорее всего, здесь толком не жили, Захар просто бросил меня в самом удобном для его целей помещении. Мебель была старой, но даже старый стул пригодиться, когда нужно выбить окно. Если у меня получится его поднять, конечно. И оставалось дело за малым — встать.

«Давай-давай, Никке!» — подбадривала я себя. Сначала ползком до окна, потом вцепиться в подоконник, поднять себя на колени, которые так некстати заныли, и попытаться нащупать, как открываются створки. Постепенно мои пальцы добрались до ручки, и я — на свой страх и риск, а вдруг оборвется — повисла на ней, дернула себя вверх. В деревянной раме хрустнуло, но крепления выдержали, и я шатко встала на ноги. Уже лучше. Ребра болели, но не возмущались.

Замки не сразу поддались, давно их не трогали, но рассохшееся дерево было на моей стороне. В итоге один крепеж просто выдернулся вместе с куском рамы и упал на пол, я едва успела отшатнуться. Конечно, звук был и достаточно громкий. Кажется, кто-то заметил, из-за двери послышался какой-то шум. Но я быстрее распахнула раму и — Небесная дева, благодарю — до земли было не так и высоко. Комната была на втором этаже, но почти сразу же под подоконником шел скат второй крыши, скорее всего, над крыльцом или задней террасой дома.

Черепица затрещала, когда я неуклюже вывалилась наружу. Ребра отозвались болью, от которой перед глазами вспыхнуло красным. Но я все-таки постепенно сползала вниз. Еще минуты три — и мои ноги коснулись земли.

Ночь еще не прошла, но первые признаки рассвета уже были заметны. Что это за дом и где я нахожусь, я не имела ни малейшего понятия, участок был явно заброшенный, в стороне виднелись строения, типичные небольшие особняки. Жилой район, но на окраине? Вряд ли за пределами Солетты, Захар бы не покинул столицу в самый разгар происходящего.

Забор был, но упрощенный, так сказать, деревянные планки покосились, перебраться не составит труда. Хотя вряд ли округу просматривали тщательно и со всех сторон, я все-таки опасалась охраны и сначала решила обойти дом по периметру… С одной стороны меня ждал темный и заброшенный сад — отличное место чтобы исчезнуть. А вот с другой — подъездная дорога и главный вход. Над дверью висела тусклая лампочка, все остальное оставалось в темноте и было закрыто кустами. Дом явно долго стоял запертым и заброшенным, и те, кто сейчас находились внутри, всячески поддерживали этот образ.

— Так кого ты там поймал? Жандарма? Ты в своем уме? — у крыльца стояли несколько человек. Но как собеседников можно было выделить только двоих, остальные, судя по всему, были охраной.

Я замерла, прижавшись к стене и земле, через ветки кустов мало что было видно, только силуэты. А эмоции расползались и путались, как это было обычно при большом скоплении людей. Голос говорившей был мне знаком, но я не могла понять откуда.

— Одного старого знакомого, — рассмеялся Захар. — Даже если и будут ее искать, и что? Она тебя тревожить не должна.

— Вердомме! — прорычала незнакомка и отступил на шаг в сторону — ее фигура выделилась сильнее — высокая, не особо грузная, скрытая плащом. Голос был чуть дребезжащий, женщина была вне себя от гнева. Небесная дева! Да это может быть кто угодно! — Так это еще и девка? Это из-за нее подрыв провалился?

— Все под контролем…

— Как с цветами?

— Тогда моей вины не было. Раньше нужно было подсовывать цветы!

— И что за глупое указание искать рыжего кота? Ты в своем уме?! Мы и так рискуем всем...

Я испуганно вздрогнула: Захар все-таки искал Лапку! К сожалению, кот придет и уже где-то рядом, но пока я не чувствовала его настолько, чтобы могла оттолкнуть, заставить не появляться. А вот разговор этих двоих меня все больше интересовал.

— А не слишком ли ты наглая, фрейзелийская плесень? Кем бы ты была без нас? — хмыкнул Захар. Фрейзелиец? Как я раньше не поняла?! Ведь была же разница в акцентах. Захар растягивал гласные и глушил звук «р», как и все наорцы, а вот его собеседница либо долго прожила на территории Фрейзелии, как я, либо была уроженцем этой страны.

— Кем я была или стану, — сипло прорычала ему в ответ неизвестная, — это я буду обсуждать с твоими хозяевами, а твое место — место собаки у их ног. Думаешь, о тебе не доложат? Бродишь по городу, вместо того чтобы уделить плану максимум внимания. Ещё одна ошибка — и я тебе лично горло перережу.

— Ты? А сил хватит? Не смей мне угрожать! — конечно же, Захар не удержался от ответа, и в его руке почти мгновенно засверкала собранная энергия. Это не было шаром огня или световой плетью, просто заготовка. Но даже она могла напугать, так что заговорщица выругалась, попыталась отмахнуться от слишком яркого света по сравнению с тусклой лампой.

— Я требую исполнения плана до последней мелочи, — она стояла на своем, не собираясь отступать. Вспышка энергии просвечивала ее лицо снизу, превращая его в гротескную маску, черты лица искажались, но даже так я узнала этого женщину.

И едва не вскрикнула от ошеломления.

Мефрау Вьит? Албердина? Как так? Она же работала в доме Гейса уже многие годы. Она уже была в этом доме, когда мы с Гейсом впервые приехали в Солетту…

Вердомме! Так вот почему Захар только рассмеялся после упоминания об Институции безопасности. Предатель был так близко и мог знать обо всем, что творилось в моем доме! И цветы… Небесная дева, а если бы я пришла чуть раньше домой?..

Но почему? Я никогда не ощущала от нее ничего похожего на ненависть… И тут я поняла, что никогда и не проверяла прислугу, сняв амулет. Идиотка!

Я закусила губу и судорожно пыталась решить, что делать. Нужно было выбираться и сразу же мчать домой, рядом с домом же королевские стражи. Это больше не было партией, которую я могла бы провести в одиночку. Сразу сообщить о происходящем Гейсу! Возможно, он поверит! Потому что если не он, то кто? Правда, я совершенно не представляла, как объяснить мужу, откуда мне все известно. Может, представить все так, что подслушала экономку в доме? Или видела ее с кем-то подозрительным разговаривающей?

И как насмешка надо мной и моими планами, раздался голос:

— Шеф, я поймал кошака, что с ним делать?..

В руке говорившего висел без движения манеер Лапка.