Глава 4
***
Долго грустить Бен не привык.
И начал думать.
А вот ежели Леон Штромберг тут жил, нельзя ли узнать о нем чего? Уж извините, но искать по горам, где там шахта и откуда путь начинался, это долго можно. А может, Леон где-то чего-то записал? Ведь попали же к начальнику его записи? Но может, и еще есть какие? И для начала лично Бен наведался в библиотеку.
Рена Ламарр ему понравилась. Во всех смыслах.
Тупая, жадная, похотливая… чего еще надо? Завязать с ней отношения, да и расспрашивать, сколько влезет? С отношениями получилось, с расспросами – нет, потому что рена сама ничего не знала. Мозгов у нее не хватало, увы. Бен сам, кое-как, проглядев картотеку, узнал, что есть дневники Штромберга. Ну а раз есть… Забрать их, да и вся недолга?
Вот и заберет, пока он Мелани отвлекать будет, кто-то из его людей, тот же Риан Пфистер и озаботится?
Только все пошло не по плану.
Отвлечение сработало, а вот Риан замешкался. Не сразу нашел тетради, да и Мелани какая-то виверна потянула куда не надо бы…
Но результат был хорош!
Бен даже махнул рукой на убитую идиотку! Зато они сразу, считай, пришли на нужное место. И можно искать уже под землей… это тоже сложно и трудно, но район поисков, считай, вчетверо уменьшился.
Надо бы еще поискать. Может, что-то есть в самом поместье Штромберга? Или еще где?
Должно быть! Обязано!
Под землей Бену еще несколько лет тоже лазить не хотелось, так что руки в ноги и ищем, ищем…
***
- Что значит – не знаю?!
Его величество изволил гневаться. Случалось это достаточно редко, но метко. Потому и побаивались его гнева. Так огребешь – не унесешь.
Библиотекарь стоял бледный.
- Ваше величество, я правда не знаю… мы, когда проводили инвентаризацию…
Риберто медленно разжал кулак. Положил уже мягкую и спокойную ладонь на подлокотник кресла.
- Вы мне сейчас хотите сказать, что из библиотеки пропала книга. Из картотеки пропала карточка. И если бы не случай – никто бы ничего не узнал?
Библиотекарь опустил глаза.
Ну, примерно так.
Совершенно случайно. И книга пропала, и карточка, а пропажа обнаружилась только сейчас, при инвентаризации. И то, только благодаря его предшественнику.
Тот, будучи от природы занудой, педантом и въедливым книжным червем, не доверял до конца даже картотекам. И потому вел для себя отдельный журнал. Вот, когда стали проводить опись, обнаружили, что старый журнал куда-то пропал, но не расстроились - с чего бы? Отправились к хорошему человеку, тот и выдал свой экземпляр… ладно! Копию выдал, со словами: А то и этот потеряете, разгильдяи, куда потом идти!
«Разгильдяи и бездельники», получив журнал, принялись за сверку книг по описи, и примерно на двести двадцать шестой странице…
- Личные дневники Леона Штромберга?
- Да, ваше величество.
- Но кому они нужны? Их же и печатали, и издавали… зачем?
Библиотекарь развел руками.
- Не могу знать, ваше величество.
- А предполагать?
- Разве что… когда дневники печатают, сначала дают на сверку автору, он вычеркивает кое-что. В рукописном варианте оно остается, а в печатном уже нет. Может, похитителю был нужен полный дневник?
- И зачем бы он нужен, спустя столько лет?
- Ваше величество, может, это коллекционер? Или маньяк какой, так тоже бывает? Собирает все, что относится к его кумиру?
Риберто тяжело вздохнул. Вот чем не приходится заниматься королю?
- Ладно. Начнем с начала. Вас пока не увольняю, пока не разберемся, когда произошла кража. Расследование провести, книгу вернуть, вора мне покажете. Интересно же… нашелся ж ловкач!
Библиотекарь понял, что пока ему голову не оторвут, и принялся кланяться. Риберто его разочаровал.
- Если книга не найдется в течение месяца, можете считать себя в отставке. Без пенсиона.
Ответом королю был глубокий поклон. Его величество кивнул секретарю, записать для памяти, и напомнить через месяц, и еще раз задумался.
Ну, глупо же?
Зачем ВОТ ЭТО воровать? Если можно пойти в лавку и за три медяка купить печатную копию? Паршивенькую, конечно, и может, она подороже будет стоить, но все равно! Копия же!
Воровать только ради оригинала?
Так продать-то ты и не сможешь, там на каждой книге стоит печать! Магическая! Ты ее не выведешь!
Разве что уж вовсе маньяку-коллекционеру, но таких единицы!
Овчинка явно не стоила выделки. И секретного там тоже наверняка ничего нет, секреты – они в других местах хранятся, не в общественной библиотеке на пыльной полке.
А кто там в дверь стучится? Базиль?
- Что случилось, сынок?
Надо отдать Риберто должное. До безумия он любил только Дамиана, но это же не повод плохо относиться к другим детям? Риберто искренне старался, чтобы никто не чувствовал разницы. Леденец одному – леденец второму. Поцеловать одного – поцеловать второго.
Только так!
С возрастом, конечно, дети ощутили разницу, но претензий предъявить не смогли. Кем-то отец меньше занимался? Нет? Вот, то-то и оно! Он старался, а сердцу все равно не прикажешь. Так что Базиль шел к отцу спокойно. Он отлично знал, что Риберто строг, но справедлив.
- Пап, тут такое дело…
Рассказать про странного типа было недолго. Риберто сдвинул брови.
- Странно как-то… прощупывали тебя?
- Даже не сомневаюсь.
- Но почему так топорно?
- Может, рассчитывали, что я буду недоволен браком? И соглашусь?
- А ты настолько недоволен браком?
– Нуууу… - отвел глаза Базиль.
В некоторые вещи он все же отца не посвящал, а то бы ему так за розыгрыш влетело! Свадьба бы счастьем показалась! Риберто вздохнул.
- Слушай, если уж так все плохо… я поговорю с Зиппом. Конечно, мне это дорого будет стоить, но ты мой сын… я постараюсь все отменить так, чтобы не было урона ни им, ни нам. Найдем мы Валентине подходящего мужчину, а ты у нас побудешь страдающим брошенным и одиноким? Только маму в это пока посвящать не надо, хорошо?
Базиль вздохнул.
Вот… на Дамиана он злился, а на отца не мог. Вот это вот чувство… ты – мой сын. И я понимаю, что мне это будет невыгодно, но я все равно встану за тебя горой, что бы ты ни натворил. И получишь ты по шее лично от меня, но не от других. Я – за спиной, я тебя прикрыл.
И у Дамиана это было… нравится, не нравится, но было!
- Пап, давай мы пока с Валентиной сами попробуем, а через полгода об этом поговорим?
- Хорошо. А я дам задание охранке. Пусть разберутся. Что это за наглость? То книги воруют, то к тебе лезут…
- Ну, я-то важнее книги!
Риберто улыбнулся, встал из-за стола, и притянул к себе сына.
- Ишь, вырос! То тебя на шее катали, а то на голову выше меня стал… колокольня. Конечно, важнее, сынок.
Базиль уткнулся лицом в отцовское плечо.
Да… папа.
И как тут предать? Любит ведь. Может, не так, или не с той силой, но любит. И Базиль его любит. И маму. И сестер. А Дамиан… ну, пусть и он живет себе, должен же кто-то страной править? Даже если Базиль его не любит! Вот!
***
К ребятам Элисон попала только на следующий день. Рассказала, что случилось, предъявила клочок бумаги, поведала о своих выводах.
Мужчины задумались.
Робин погладил ее по плечу.
- Страшно было?
- Было. Очень страшно, выглядело это отвратительно, - Элисон вздрогнула, и Робин воспользовался случаем, чуточку приобнял ее. Девушка сначала напряглась, но потом явно расслабилась в его руках, откинулась на его грудь и смогла выдохнуть наконец. Тяжело постоянно быть сильной, очень тяжело.
- Если что – ты всегда найдешь здесь помощь и поддержку. Любую.
- Спасибо.
- Слушай, кому нужны эти дневники, когда тут целая усадьба – музей Штромбергов? – пожал плечами Матео.
- А я знаю? Я говорю то, что увидела, что нашла… как там наши опыты, кстати?
- Мы тут снимали показания и считали. Пока все подтверждает твои выводы, - кивнул Робин. – Матео, а может, съездить в усадьбу? Там Штромберги живут?
- Нет, - махнул рукой Матео. – У Леона Штромберга было шестеро детей, первый брак закончился плохо, он овдовел, второй брак был, кажется, тоже несчастливым. Потом все шесть линий отслеживались… поместье, которое он купил, досталось старшему сыну, но его потомки давно живут в столице. А тут решили сделать музей имени предка.
- Понятно, - кивнула Элисон. – Может, и правда съездить? Вот поймала себя на мысли, что прогуливала историю магии…
- Я могу пока рассказать. А Хью попросим прогреть рамбиль, и с собой чего вкусного собрать, - предложил Робин.
- Я попрошу, - Матео выскользнул из комнаты. Уж очень хорошо его друг и Элисон сидели чуть ли не в обнимку… может, у них все и сложится?
Лисси, конечно, не красотка, так с лица же воду не пить! Вон, Сара какая была… гадина!
- Расскажи? – Элисон не пыталась выбраться из теплых рук Робина. Здесь и сейчас она наслаждалась ощущением безопасности и защищенности. Тепло, хорошо…
- Леон Штромберг, работал на шахте, учетчиком…
- Че-го? – извернулась Элисон.
- Ну… да. Вроде как отца у него не было, он помогал матери, чтобы поднять детей.
Лисси сдвинула брови.
- Штромберг – маг воды. Сильнейший.
- Да, двенадцатый уровень…
- И просто учетчик? Маги воды достаточно легко осваивают свою силу, считай, все внутри нас, все рядом с нами… ладно. Допустим.
- Он влюбился в дочь хозяина шахты, признался ей в любви, девица его отвергла и даже посмеялась над ним вместе с дружками, в результате он напился и отправился в шахту. Заблудился, плутал где-то почти полтора месяца…
Элисон покачала головой.
- Робин, ну это нереально!
- Нереально?
- Ты – маг. Что ты скажешь про алкоголь?
- Я уже не маг.
- Был. Неважно. Так что? Напивался в дымину? Сознавайся?
Робин мимоходом удивился, что у него не появляется никаких эмоций на этот счет. Элисон говорила как-то так, что злиться на нее не хотелось. Она не пыталась задеть, оскорбить, она искренне считала, что Робин на что-то способен и без магической силы. И это было чудесно!
- Никогда. Ни за какие плюшки, ни под какими насмешками. Даже в студенчестве изворачивался, а уж когда перстень получил, и вообще алкоголь не трогал!
- Во-от! А почему?
- Контроль же… у меня-то сил было немеряно!
Элисон довольно кивнула.
- А тут маг, обиженный, нажрался вусмерть – и обидчики выжили?
Робин озадаченно открыл рот. Почесал голову.
- Эммм… а правда – почему?
- Вот и мне хотелось бы это знать. У меня бы они точно не выжили, я бы головы всем поотрывала. Несмотря на уровень… но это и с первым уровнем и бутылкой арценте столько наворотить можно!
- Ты права, - Матео стоял в дверях, лицо его было задумчивым. – И… полтора месяца. Я ведь тоже это читал! И не подумал – как он выжил?
- Ну, маг воды же… тут и подземные реки, и рыба, и… и какого хвоста вивернова он не вышел наружу?
Мужчины еще более озадаченно переглянулись.
- А правда? Почему? – озвучил Робин.
Тут такое дело, маги воздуха, воды и земли заблудиться не могут. Они в любой момент могут спросить свою стихию - и та их выведет! Вода все знает, земля, воздух… с огнем сложнее, его везде нет, но маг огня может преспокойно проплавить свод, может устроить разведку… да кто тут и кого дурит?
Этот вопрос читался на всех трех лицах.
Почему так… нелогично?
Когда начинаешь над этим задумываться, многое становится понятно. *
*- Подобных примеров нелогичного поведения хватает в нашей истории. Просто мы над ними не задумываемся, принимаем, как факт, а они есть. Прим. авт.
- Тео, ты дневников Штромберга не читал? – сощурился Робин.
- Обижаешь, все я читал, - отмахнулся Матео. – Из первых изданий…
- Не подлинники? – быстро спросила Элисон.
- Нет. Печатные. Это важно?
- Не знаю. Но запомню, - пробормотала девушка.
Парни обменялись понимающим взглядом. Явно же в голове у Элисон зацепились и пошли крутиться какие-то загадочные колесики, винтики… всегда она так. Сначала для себя все переварит, а потом как выдаст выводы – и хоть ты в обморок пади!
- Итак, у нас есть явно неадекватное поведения для мага, - подвел итог Матео. – то он заблудился, то он напился, то он… да вивернов хвост! Он же никого не убил! Над ним смеялись, его считай, по полу размазали, а он просто напился и ушел! Ну ладно, девицу, но тех парней, которые смеялись вместе с ней-то… да обязан был хоть водой окатить! Чтобы стояли и обтекали, а он – ничего!
- Вот, - подняла палец Элисон. – Я едва…
И осеклась.
Парни переглянулись, и сделали вид, что не заметили оговорки. Что уж там, у самих рыло в пуху, нет мага, который хотя бы раз в жизни не поддался искушению поквитаться с обидчиками.
- Я бы Сару убил, - сообщил Робин. – Ей просто повезло, что я без магии остался.
- Дура она и стерва. И теперь локти кусает, - буркнула Элисон. – Тебя потерять – это не трагедия, это намного хуже.
- Ты правда так думаешь?
- Конечно. И дура, и стерва.
Робин спрашивал не совсем о том, но… ладно! Тут главное не спугнуть!
- Рамбиль готов, - заглянул в дверь Хью.
Увидел Робина и Элисон рядом – и тут же прикусил щеку изнутри, давя неуместную улыбку.
Не-не-не.
Молчит он! И дальше помолчит, сколько понадобится! Только бы у ребят все сложилось, девочка-то золото!
***
Ехали хорошо, ехали весело, шутили, пересмеивались, и от корзины так вкусно пахло, просто ум отъешь. А вот когда подъезжать начали…
- Это – дым? – напряглась Элисон.
- Дым, - подтвердил Робин. И утопил в пол педаль газа.
Все оказалось не так, как они думали, все было еще хуже. От фамильной усадьбы Штромбергов остались одни головешки.
Люди?
Никого из людей рядом не было.
Робин подвел рамбиль поближе, и вылез, помог выбраться Элисон.
- Не подходи ближе, туфли испачкаешь…
- Велика беда, - отмахнулась Элисон.
Прошлась вдоль пепелища… прислушалась к чему-то, сдвинула амулет так, чтобы он не прилегал к коже, прислушалась…
- Магией работали, - подвела она итог. – Людей там не было.
- Да и сторожка уцелела, - Матео кивнул головой в ту сторону. И не зря, оттуда уже бежал какой-то парень.
- Стоять! Вы кто такие?!
Элисон посмотрела на него, как на идиота.
Кто они такие? Тьфу, дурак!
- Это ты кто такой? – Матео выглядел достаточно опасно. – Сторож?
- Д-да, - притормозил бедолага. – Я это… Атти Менер.
- И как же ты, Атти Менер, такое допустил? Градоправитель в курсе?
Атти опустил глаза.
Высокий и широкоплечий, парень выглядел на редкость ничтожным и грустным.
- Ну, я… это…
- И то самое? Кто все это отстраивать будет? Памятник архитектуры! Дом выдающегося человека!
Элисон особо и не прислушивалась.
Виной от Атти фонило на километр, но сам он точно ничего не делал, а если так – нечего и время на него тратить.
Матео тем временем выяснил, что во всем виновато арценте, бутылка которого коварно обнаружилась на столе в сторожке. И она напала на несчастного парня, буквально заставила себя выпить, сбила с ног, уложила в кровать… какой – поджог? Да мимо него можно было роту солдат провести! И парад с гвардией! Ничего бы не услышал… баран!
Только вот…
Сам Атти арценте не покупал. Вывод?
Подсунули. Может, даже и подлили чего, только бы не помешался под ногами.
О чем это говорит?
Ну… они-то парню поверили, но нет никакой гарантии, что ему поверит хозяин дома. Даже наоборот. Повесят на беднягу все, что можно и что нельзя, и искать никого не будут. Маги? Да какие тут маги, в захолустье, тут и дом Штромберга-то посещали раз в три года, какие-нибудь заезжие. Обычно такие места пользуются популярностью, но… а почему – не это?
Почему сюда не ездят экскурсии?
Почему не возят студентов? Вообще… не привлекают внимания? Это нарочно? Или как?
Элисон еще раз провела руками над пожарищем. Вот не сойти ей с этого места - недобрые мысли оставляют свой след. Каждый такое о себе вспомнит, ведь бывает с вами? Идешь по улице, остановился на минуту, скажем, сигаретку прикурить, и вдруг тебя словно морозом пробирает. Холодом ледяным тянет? Это или мимо кто-то прошел с такими мыслями, что чувствительного человека аж затрясло, или даже просто – стоял кто-то на этом месте.
Бывают места, в которых даже солнечным днем холодно. И дома такие бывают. Вот, тут были именно такие люди
Да, несколько человек.
Только вот беда – Элисон как свидетеля не примут. Она же… ладно, не о том сейчас речь.
Может она найти этих людей?
Нет, вряд ли. Разве что случайно столкнутся, тогда она их сможет опознать. Так что запомнить отзвук, и идти себе восвояси.
Атти?
С одной стороны, сам виноват, чего он это арценте пил? С другой… не выпил бы, точно бы до утра не дожил. Убили бы. Те, кто тут был, к сантиментам были не склонны. Элисон их вообще чувствовала, как змей каких-то, рассудочных и хладнокровных. Как удавы…
Гадкое чувство.
- Робин, можно тебя на минутку?
Робина было можно. И на минутку, и на подольше, и хоть на всю жизнь. Только вот как ей это скажешь?
- Что случилось, Лисси?
- Здесь были люди. Я это чувствую.
- Ты же огневик?
- Вот, и пепел шепчет, - махнула рукой Элисон, которая, конечно же, считывала следы, как ментальный маг. Но сознаваться в этом не собиралась.
- Сколько? – посерьезнел Робин.
- Трое. И такие… убийцы. Если бы сторож не напился, его бы убили.
- Понял. Хорошо, что ты мне это сказала. Я ему оставлю свой адрес, если что – пусть приходит. Придумаем что-нибудь. Если он не виноват.
- Ну, так-то виноват. Но лучше быть живым и виноватым, чем мертвым. И тоже, думаю, виноватым, придумали бы, как все это на него повесить.
- Я с ним поговорю. Но если это поджог – зачем?
- Не знаю, - Элисон в задумчивости грызла ноготь. Спохватилась и вытащила палец изо рта. – Извини.
- Все в порядке.
- Я думаю. Убили библиотекаршу. Украли какие-то бумаги, которые имеют отношение к Штромбергу. Сожгли поместье. Вывод?
- В украденных бумагах было что-то ценное. И в поместье можно было найти след.
- След – чего? Жилу, которую нашел Штромберг, давно прочесали, и вдоль, и поперек, мемуары сорок раз изданы… так чего людям спокойно не живется?
- Не знаю. Но это явно неспроста.
Элисон только вздохнула.
Хоть предположить бы… чего, с чего…
- Где можно поблизости найти жизнеописание Леона Штромберга?
- Так это, - подошел Атти. – Тут же неподалеку поместье его первой жены. Там, наверное, есть?
Элисон подняла брови.
- Робин, Матео? Вы не против еще покататься?
- Тео, я сейчас поговорю с рентом Менером. А ты, наверное, заводи рамбиль? Тут и ехать-то не слишком далеко?
- Нет, - качнул головой Матео. – Я против. Завтра – пожалуйста, а сегодня никаких поездок. Пока мы туда, пока оттуда, а еще там сколько задержаться придется?
Лисси подумала, и кивнула.
- Тео, ты прав.
- Знаю. Если туда ехать, то завтра, на рассвете, а то и пораньше.
- Поедем? Как вообще звали первую жену Штромберга?
- Анна Ланн.
- А я и не знала.
- Да много кто не знал. И не знает…
Элисон развела руками.
- Честно скажу, мне историю ставили автоматом, а вот специальные дисциплины я учила как следует.
Мужчины кивнули. И так понятно, Элисон бы поставили автоматом любую трепологию за ее способности к вычислениям.
- Дело житейское. Робину тоже много чего ставили просто так, за способности, да и мне. Просто я с детства много читал.
- Хоть кто-то среди нас, - вздохнула Элисон. – Завтра с утра съездим?
- Конечно.
- Все равно не понимаю, кому это надо? Кому, зачем, что здесь вообще происходит – я не вижу причины! И убивать безобидную дуру… да она бы не заметила, вынеси ее любовники половину библиотеки! Так во имя чего?!
- Разберемся, - махнул рукой Матео. – Я в тебя верю, чтобы ты чего-то не сообразила?
- Мне бы в себя так верить.
Матео улыбнулся.
- Ничего, я за троих справлюсь. Поехали?
- Поехали.
***
Пикник решили устроить в горах.
Почему нельзя доехать домой и покушать там? Потому что на свежем воздухе все намного вкуснее. Закон такой. Мироздания.
Так что устроились поудобнее, постелили скатерть, на нее выставили все, что наготовил Хью…
За еду приняться не успели. Элисон увидела старых знакомых. Замахала рукой, Матео и Робин проследили ее взгляд, и Робин невольно потянулся к корзине, в которой лежал столовый нож. Понятно, не поможет, но и ничего другого под рукой просто нет.
А кошаки есть.
Мама-кошка, внушительная в любой ситуации, и ее котенок.
Подросток, конечно, но лапка там – с человеческую ладонь. И коготки соответствующие.
- Охххх, - высказался Матео.
Поздно.
Кошки были уже рядом, причем кошка-мама поглядывала на рыбку, а вот ее сынок смотрел на колбасу. Таким, серьезным и вдумчивым взглядом.
Элисон рассмеялась, протянула кошакам то, что их заинтересовало – и даже охнула. Котенок, слопав колбаску, решил, что можно и на ручках у девушки посидеть. Ну так, немного, минут пять.
А весит он знаете сколько?
Там не котенок, там лосенок. Взрослый и массивный!
Элисон сама не намного больше весит!
Но не спихивать же? Конечно, нет, такую красоту можно только чесать и гладить. Робин едва за Матео не схватился – так, дополнительно. Их в это время разглядывала мама-кошка. Она их обоих помнила, поняла, что это люди связаны с Элисон, вреда не причинят, а чтобы лишнего не мяукнули – пусть с ними уже ее человек разбирается.
Да, ее человек.
Лично окотяченный и прирученный. Вон как хорошо еду приносит, и понимает, что от нее надо… жаль, остальные люди туповаты.
Кошка дождалась, пока с Элисон слезет сынок, и сама улеглась рядом, подставила голову.
Чеши!
Элисон послушно принялась обчесывать острые ушки с кисточками. Кошка замурлыкала. Потом обнюхала Элисон, уловила запах пожарища, и сморщила нос.
Элисон отчетливо уловила ее эмоции.
Пожар, плохо… в горах это всегда плохо.
У людей – не страшно. Но коты сходили, проверили. Там люди были…
- Киса, а где мне их найти? – Элисон не говорила вслух. Она просто максимально четко представляла – вот, трое людей уходят, коты смотрят, куда они пошли… наверняка смотрят!
Кошки любопытны, а это еще и не слишком хорошие люди. Еще в горах чего подожгут… проще их загрызть ДО плохого дела, а не после.
Кошка муркнула.
Ладно, она расспросит котов. Так и быть. Да, наверняка смотрели, и друг другу передавали, у каждого кота ведь свои охотничьи угодья. А колбаса еще будет?
И форель?
Элисон едва удержалась от поцелуя в здоровущий розовый нос.
Лакомки.
Пушистые, любимые лакомки, и плевать, что кошка одним движением лапы ей голову оторвать может. Все равно она – прелесть!
Кошка почувствовала это восхищение, и душевно боднула Элисон головой в бок. Муррр…
Потом встала, с достоинством расправила пушистый хвост, и удалилась. Вместе с котенком, который еще и головку сыра утащил. Интересно стало, сыр он пока еще не ел, а молоком же он пахнет, только каким-то не совсем таким…
Надо попробовать.
Мужчины перевели дух.
- Я думал – сожрут, - выдохнул Матео.
Элисон уставилась на него с искренним возмущением.
- Да ты что! Они же разумные, не хуже нас с тобой… просто им города не нужны, и вот это все, что у нас есть.
- Так разумные же, - пошутил Робин. – Чего им города строить и одежду шить, с такой-то шубой и хорошим климатом? Кушай – не хочу.
Элисон задумчиво кивнула.
- Надо еще будет завтра сюда приехать.
- Зачем?
- В горах нельзя спрятаться от кошек. Я уверена, они знают, куда делись поджигатели.
- А нам покажут?
- Может, частично… не знаю. Посмотрим, кто придет завтра.
Робин поежился.
- И чем им платить?
- Они рыбку уважают.
- И колбасу, - вздохнул Матео, понимая, что на столе остались практически только овощи и хлеб. – И сыр. И…
- Ничего, я куплю, - махнула рукой Элисон.
- Я не могу допустить такого позора! – театрально возмутился Матео. – Мы сами все купим твоим кошкам, пусть показывают, кто и что поджег. А что потом?
- Суп. С котом, - в рифму ответила Элисон. – В смысле мы с котом его варить будем.
- Из кого?
- Из поджигателей. Поймаем и посмотрим, что они нам расскажут, - пожала плечами девушка, – как-то все это нелогично, понимаешь?
Матео понимал.
Действительно, по нашей жизни, все взаимосвязано и достаточно спокойно. Заработать денег – выгодно жениться – вырастить детей – сделать карьеру… в эти рамки укладывается многое, но люди обычно стараются не делать напрасных телодвижений. Человек – существо ленивое.
Если ему надо выгодно жениться, он не станет для этого прыгать со скалы. Разве что невесту впечатлять? Но ее проще впечатлить бриллиантами…
Ладно!
Это его уже куда-то не туда унесло. Главное, в чем Матео был согласен с Элисон – все это было крайне затратно и с первого взгляда никому не нужно. А значит, речь точно шла о больших деньгах.
Или еще о чем-то полезном в хозяйстве. Им это точно пригодится.
- Поехали, - Робин откусил кусок огурца, и поднялся с земли. Со специальной подстилки, на которой сидел, не на голом же камне тылы морозить! - Собираем все, и поехали. Сейчас отвезем Лисси домой, а потом в коптильню.
- В хорошую, - подсказала Элисон.
- Я их когти помню. Только в хорошую, - согласился Робин. – Рыба, колбаса, может, и от копченых ребрышек не откажутся?
- И сыра, немного, - согласился Матео, – если Лисси, ты считаешь, что польза будет?
- Уверена. Уже есть… и вас они нашли, и Фабиана…
- Вот. Я только за себя с ними никогда не расплачусь. А Лернер уж пусть сам.
- Его отец пробивает запрет охоты на Горных котов, - кивнула Элисон. – Он мне сам рассказал.
- Отлично. Действительно, нельзя охотиться на разумных.
Можно. И делают так люди. И на других людей охотятся. Всякое бывает… только вот не хочется сейчас об этом думать.
Элисон сунула в рот маленький помидорчик, такой, на один укус, сгребла еще пяток в горсть. Вкусно…. И краюшку хлеба, которую густо посыпала солью. Под помидорчики – идеально! Остальное помогла сложить в корзину.
- Едем.
Глава 3
- Отец!
Дамиан улыбался совершенно искренне. И обнимал отца – тоже.
- Сынок!
Риберто сморгнул слезинку, которая откуда-то выползла, и улыбнулся. Это просто ресница в глаз попала, правда?
Правда.
- Пап, у меня столько всего произошло! Столько рассказать хочется!
И все равно, что поздний вечер, что есть еще какие-то дела, что заботы… сидят двое мужчин у камина. Риберто, как привык, в кресле, Дамиан рядом, на ковре, привалившись наполовину к подлокотнику, а наполовину к ноге отца.
- Просто невероятно!
Риберто привык выражаться осторожно, и даже с сыном до конца не расслаблялся. Хотел бы, но что тут сделаешь – за столько лет оно в кровь въелось.
- Конечно, надо организовать защищенный центр, надо там проводить эти исследования… и ведь столько лет! Зачем я все эти университеты содержу вообще, если маги, лишенные силы, вдруг находят оригинальный подход к вопросу? А все остальные сидят и ушами хлопают!
- Я тоже так думаю. Поеду в Левенсберг, поговорю как следует с Робином, Матео… хватит! Поиграли в самостоятельность – теперь пусть работают на Корону. И надо поискать все же Ларисию Эрдвейн.
- Да, досталось девчонке. Как бы в воду не кинулась.
- Судя по тому, что я о ней слышал – не кинется. Но натворить что-то может. И Карла, кстати, ждет твоего решения.
- Я ей передам права на фабрики, пусть управляется с дедушкиным делом. Ты считаешь, она справится?
- Уверен. Я видел, сколько она работает… я даже сожалею, что у нас ничего не получится.
- Может, подумаешь? У нас с твоей матерью тоже любви нет, но семья-то хорошая? Есть понимание, уважение, замечательные дети…
- Я подумаю, пап. Но Карла слишком любит свое дело, чтобы заниматься всей страной. Так нельзя.
Риберто задумчиво кивнул. Что ж, это аргумент.
- Не успеваешь ты приехать, и опять уезжаешь.
- Судьба такая, пап. А у вас что интересного произошло?
- Да, глупости какие-то… представляешь, библиотеку обокрали!
- Библиотеку? Вот ведь… а что украли?
- Сейчас проводим инвентаризацию и устанавливаем.
- Сволочи, книги красть!
Риберто отношение Дамиана к книгам разделял полностью. Если бы украли золото или дракгоценности, он бы подумал о помиловании, но книгу? Непростительно!
- Поймаем – повесим.
Отец и сын засиделись глубоко заполночь. Они разговаривали, пили горячий глинтвейн, доставленный с кухни, и чувствовали себя на редкость спокойно и уютно. Хорошо, когда близкие. Когда рядом. Когда все хорошо.
А что будет дальше?
Не так важно. Если у тебя есть плечо, на которое можно опереться, ты выдержишь любой удар. И закроешь собой родных и любимых. Разве можно - иначе?
***
Конечно, Робин и Матео ожидали многое, но не трех здоровущих белых котов. И кошку с котенком, конечно. Элисон же обрадовалась одному из котов, как родному, полезла обниматься, при этом кот активно делал вид, что его вот прямо сейчас и стошнит, но шею для почесывания подставил.
Мужчины переглянулись.
- Мы сколько рыбы запасли?
- Ты сам взял побольше.
Чему Робин и порадовался. Десять здоровущих форелин, а еще копченые ребрышки, еще колбаса, сыр… Элисон уже смотрела требовательно, так что пришлось открывать запасы.
Поделено было по-братски, коты честно слопали свою долю, и принялись опять ластиться к Лисси. Мурчали, явно о чем-то рассказывали.
Матео сидел в рамбиле, и думал, что у него открывается аллергия на шерсть.
Так-то ее нет, но когда этой шерсти настолько много… то есть на пятерых котов тут по прикидкам килограмм триста – четыреста, а там же еще мышцы, когти…
Кто тут любит животных? Чесать, кормить, гладить… главное – самим кормом не стать.
А Элисон тем временем смотрела, как подъехал рамбиль к старому поместью Штромбергов, как из него вышли трое людей – это видел кот. Правда вот беда, для котов люди, в основном, одинаковы. Они их различают по цвету шкурки. Ну и по запаху, но это же далеко! Кот не ходил их нюхать, он просто смотрел.
Коты же любопытные, вот он и видел, как сначала незваные гости зашли в сторожку, потом вышли оттуда, облили старый дом какой-то жидкостью и подожгли с трех сторон.
Посмотрели, как он разгорается, сели в рамбиль и отбыли восвояси.
Второй кот видел, как эти же люди… да, наверное, эти же, рамбиль у них уж больно провонял керосином. А чем было еще дом обливать?
Обычный рамбиль так не воняет, а вот их… жуть жуткая! Керосиновая!
Вот, эти люди приехали в пригород, и даже дом котик мог примерно показать. Он сильно не приглядывался, но… примерную картинку он Элисон дал. А там уж – ищите.
Третий кот вообще просто пришел за рыбой. Ну и поздороваться. А почему нет? Он с этим человеком уже знаком, считай, окотячил и приручил… тоже, не надо его лапой по уху! Вот просто – не надо! Что ему – теперь рыбки нельзя?
Кошка еще раз фыркнула на халявщика, но спорить не стала.
- Как ты думаешь, а они смогут помогать в горах? – задумался Робин. – Ну, провести куда-то, может, о лавине предупредить, или еще чего?
- Если сами захотят. Но это же коты!
Мужчины переглянулись с пониманием.
Ну да. Коты.
Делать они будут ровно то, что сами захотят. И еще точить обо все и всех когти. Так что парни переглядывались, но оставались в рамбиле, пока туда не запрыгнул котенок. А что ему?
Какие-то метр – полтора?
Да все открытое?
Даже обычная кошка такое расстояние с места возьмет, а уж горный кот!
Котенок отлично приземлился на колени Матео, едва не уплющив беднягу в тонкий листик, обнюхал его, потом протянул мордаху к Робину, понюхал и его для комплекта, подумал – и развалился кверху пузиком на коленях. Сразу у обоих. А что? Котик длинный, котику удобно должно быть, а тут сидят, понимаешь… гладить будем? Или покогтить?
Определенно, будем. Когтищи там были – сантиметра три длиной, а то и побольше. И это еще не конец, он еще вырастет…*
*- у тигра – 8 см, и это еще не предел, прим. авт.
Элисон тихонько помирала со смеху, начесывая и угощая остальных котиков. Домик она запомнит. И дорогу. Но вот как это все обосновать в полиции? Вот где вопрос?
***
- Да что ж это такое творится?!
Лорена Эрдвейн сдерживать себя не привыкла.
Надо ей дочь?
Вот, вынь ее и положь! Два раза и прямо сейчас! Люди добрые, да что ж это делается-то?! Лорена Эрдвейн, рена самых выдающихся достоинств, проехала чуть ли не полстраны, чтобы увидеть своего ребенка, а тут – что?!
Пра-авильно – ничего.
Нет здесь Ларисии.
А где эта гадкая девчонка?! Просто – где?! Ей же надо диссертацию, и Даночка ждет, а эта паршивка удрала невесть куда?! Она что, не понимала, что нужна семье?!
Отвратительно, просто отвратительно!
Лорена уперла руки в бока, но разойтись не успела. Из калитки дома рядом вышел пожилой мужчина, который воззрился на Лорену с явным восхищением.
- Рена?
- Лорена Эрдвейн, - представилась Лорена так, словно ее должны были знать – все. – Вы кто?
- Рент Масос, Октавиус Масос, к вашим услугам, рена Эрдвейн, поклонился мужчина. Чуть-чуть, легонько.
Лорена нахмурилась. С ее точки зрения, этот старик должен был вообще падать от счастья, что ОНА с ним заговорила!
Она!
Тратит время на такое быдло!
Но разве есть выбор? Ах, Даночка, дочечка… на какие жертвы приходится идти ради любви к детям!
- Рент, скажите, где моя дочь?
Рент Масос, который уже отвечал на этот вопрос, торопиться не стал. А что? Не так уж много интересного в его жизни, а тут развлечение, да какое! Хоть спереди, хоть сзади посмотреть приятно, а уж потрогать? Понятно, что об этом даже мечтать не приходится, но вдруг?!
- Рена, могу я вас пригласить на чашечку чая? Скрасьте мои ненастные дни светом своей красоты?
Лорена вздернула нос.
Что она красавица, даже в свои… ладно, сорок, не больше, она отлично знала. А вот остальное…
Еще она чай не пила с какими-то вонючими стариками, да по нищим помойкам! Пфе!
- Ты что о себе возомнил, убогий? Ты считаешь, что я вот в эту хибару зайти захочу?!
Оно и понятно, принц-то Дамиан – всего лишь принц. Много их тут бегает, в каждом королевстве, считай, по одному, а то и по два. А это – Лорена Эрдвейн! Единственная и уникальная! Такое больше нигде не найти! Потому Дамиан спокойно и в гости зашел, и чая выпил, а Лорене так нельзя! Вот никак не положено!
Рент Масос нахмурился. Все же дураком Октавиус не был, скотиной – безусловно, но не дураком, а потому и не стал разговаривать с хамкой. Просто сухо кивнул.
- Как пожелаете.
- Стойте! Где моя дочь?
Рент Масос и не подумал отвечать. Удалился со всем возможным достоинством, не обращая внимания на визг. А вот что стало для Лорены потрясением, так это появление полиции, которая (вы только подумайте!) без всякого почтения к красоте, потребовала у нее документы и предложила проехать в участок.
А что?
Оскорбили вы дедушку?
А дедушка старый, дедушка нервный, вот и дошел он буквально пол-квартала до полицейского участка Кловера, тут дворами пара минут, если знаешь, как идти, и сообщил, что в доме рядом неладно! Лезет там какая-то бешеная тетка, ломится, может, обокрасть хочет? Разодета как бордельная девка… нет, он ее ни разу и не видел! И никто не видел!
Точно, какая-то посторонняя дрянь, вот вы проверьте, рент, а то ведь как дом обворуют, кому потом все это дело-то расследовать?
Полицейскому понятно, ничего расследовать не хотелось, так что он и пошел разбираться.
Впрочем, нет худа без добра.
Промурыжили Лорену в участке, конечно, часа четыре, пока она закатила истерику, пока ее в камере подержали, пока она успокоилась, пока предъявила документы, пока запрос сделали…
Так что ее служанка, которую тоже арестовали, успела договориться с симпатичным полицейским, от него и узнала, что никакая Ларисия в тот дом не приезжала.
Вроде как кто-то жил, но там жили мать и дочь. А это явно не те, кто им нужен. Мать-то вот она, только приехала. А что женщина звала дочь Лисёной, так это вообще может быть совпадение. Это служанка и доложила Лорене, заставив ту задуматься.
А правда – где дочь искать?
Так что Лорена подумала немного, не полная ж она дура, просто вконец зарвавшаяся зараза и стерва, и предложила полиции совсем небольшую материальную помощь.
Совсем незаметную, так, на булочки и блинчики (штук примерно на тысячу булочек).
Полицейские согласились, и запросили по своим каналам про Ларисию Эрдвейн.
Оказалось, что она-таки была в Кловере. Но потом уехала, а вот куда?
Да кто ж ее знает? Если вы хорошая мать, так дочь вам и так знать даст! Нет? Не дала? Даже письма не прислала? Тогда простите! Билеты на поезд – они не именные, покупай и катись в любую сторону. Могут и раньше выйти, и позже… то есть даже билет гарантий не дает.
Лорена выругалась, но выбора не было.
Придется возвращаться в столицу.
Где может быть эта дрянь!? Просто – ГДЕ?!
***
- С Базилем ничего не выйдет.
Зеев Басс проглядел донесение, и кивнул.
Да, и такое бывает. Конечно, для него это редкостный идиотизм, как можно не хотеть власти? Но есть и такие люди, надо это просто понимать и принимать. С другой стороны, создать проблемы в Левенсберге ему необходимо.
Риберто далеко не дурак, он и на странности внимание обратит, и полезет, куда не надо. А Зееву хотя бы с полгода обеспечить секретность…
А на кого можно подействовать?
Кого можно подключить?
Зеев покопался в архиве, читая донесения о королевской семье Эллары, и довольно кивнул.
Пожалуй, это может получиться. И заняты они будут по уши, и будет им совершенно не до Левенсберга… попробовать?
Если узнают, Риберто не простит. С другой стороны, можно сделать так, чтобы прощать было и некому.
Рискнуть?
Или не надо?
Зеев колебался, глядя на лист бумаги. Сделать? Не сделать?
Выигрыш – проигрыш, черное – белое… что же делать, что делать? Слишком велика цена неудачи лично для него. Слишком опасно для Доверна.
Или все же попробовать?
***
Фамильное поместье ренты Анны Ланн, в замужестве рены Штромберг, находилось не так близко от города. Но – доехали.
Первым из рамбиля вылез Матео, и пошел налаживать контакты. Он тут же обаял сторожа, потом о них доложили хозяевам поместья, и в дверях показалась миловидная пухленькая рена лет сорока пяти.
- Добрый день, ренты, рента…
- Рена, добрый день. Простите, что вот так, вломились к вам, право слово, мы не хотели нарушать ваше уединение…
Матео был невероятно убедителен и обаятелен, рена таяла и улыбалась.
Робин и Элисон переглянулись, и Робин вдруг подмигнул девушке с самым заговорщическим видом.
- Вот все время он так. Как начнет соловьем разливаться, так не удержать. Всех уговорит. Я одно время подозревал, что Тео – ментальный маг.
- А он – не? – Элисон отлично знала, что могут быть и два дара.
- Сейчас точно не, но ты посмотри на него!
На крыльце Матео уже целовал рене ручку, и та вовсе не возражала. Даже наоборот, улыбалась уже не только Матео, но и его друзьям, и явно приглашала их в дом.
Робин первым вышел из рамбиля, подал руку Элисон, и девушка преспокойно оперлась на его искалеченную руку, на которой даже перчатки не было. И никаких возмущений, никакого отвращения. Замечательная девушка. Только вот как ей сказать о своих чувствах?