Глава 18

Я смотрел на парня, парень смотрел на меня. Искра, буря, безумие… В какую передрягу он попал?

Парень смотрел в пол и больше объяснять ничего не спешил. Мне что, самому надо угадать? Вот это развлечения под конец рабочего дня!

— Раздевайтесь до пояса, — велел я ему. — Аккуратно.

Он послушно выполнил распоряжение. Так, синяк на рёбрах, ссадины на плече и локте. Содранные ладони. Не похоже, чтобы он с кем-то подрался, скорее просто упал.

На всякий случай заодно проверил праной. Переломов нет, рёбра целы, сотрясения мозга нет. Просто многочисленные ушибы, ничего серьёзного.

— Так, давай рассказывай, откуда это всё вообще, — я взял аптечку и достал антисептик.

Парень тяжело вздохнул. С тоской посмотрел на Лену, словно ждал её помощи. Потом снова вздохнул.

— Самокат, — отозвался он.

Великолепно!

— Самокат? — переспросил я.

— Ну, электросамокат, у нас недавно поставили их в городе, — пояснил тот. — Я и решил попробовать… Думал, на нём быстрее доеду, и так про эту справку поздно сказали, боялся, что не успею. И наехал на поребрик… Ну и вот!

Ёлки-иголки…

— Прямо напротив крыльца, — грустно добавил парень. — Бабушка какая-то разохалась, предлагала в приёмный покой идти. Но я отказался, я же за справкой приехал о том, что здоров.

— За справкой, значит, — хмыкнул я. — Собирался доказать, что здоров, а приехал по частям.

Парень насупился, но возразить ему было нечего.

— Справка для чего?

— В бассейн, — объяснил тот. — Завтра отбор на соревнования, и внезапно оказалось, что без справки к отбору не допустят. А я ещё и телефон разбил. Красиво вышло, да?

— Очень, — согласился я. — Давай раны обработаю.

Праной чуть ускорил заживление на самых глубоких ссадинах, остальное просто промыл антисептиком. Парень шипел и морщился, но терпел.

— Щиплет, — пожаловался он.

— Сотрясения нет, — сказал я, закончив с обработкой ссадин. — Ушибы пройдут. Так что в принципе плавать можно, только аккуратно.

— Спасибо, — просиял тот.

Я сел за стол и выписал справку. Это была обычная практика, справка о том, что на момент осмотра никаких заболеваний нет.

— В следующий раз надевай шлем, — я протянул ему листок. — Или ходи пешком. Тоже отличный вариант.

— Спасибо, доктор, — торопливо кивнул он. — Правда спасибо.

Он торопливо развернулся и вышел из кабинета, оставив после себя на кушетке следы грязи.

— Тоже мне, самокатчик, — проворчала Лена, принимаясь за уборку. — Сначала научился бы! Грязь тут только развёл!

— Молодёжь, — развёл я руками. — Сначала едут, потом думают. А чаще вообще не думают.

Я снова уткнулся в документы. Ну, бывает и хуже.

После работы я зашёл в «Шёпот полыни». В лавку старался заходить каждый день, решать там свои вопросы, следить за продажами.

Варя встретила меня у стойки. Вид у неё был измученный, но в глазах плясали смешинки.

— Саш, — сказала она. — Посмотри репетицию Геннадия к ярмарке, пожалуйста. Я уже не могу.

— Насколько всё плохо?

— Увидишь, — хмыкнула она. — Скажу только, что перья он взял из своей подушки. А сам теперь спит без неё и говорит, что так полезнее.

В центре торгового зала стоял Геннадий. В одной руке он держал маятник на цепочке. В другой у него был «энергетический веер» из перьев. Они и вправду были из обычной подушки. На полу по кругу стояли те самые электрические свечи, которые он уже использовал в других ритуалах.

— Александр! — торжественно объявил Геннадий, заметив меня. — Ты как раз успел к самому главному. Сейчас покажу программу открытия!

За что мне всё это?

— Слушаю, — сказал я.

Он расправил плечи и напустил на лицо такое выражение, будто вот-вот раскроет тайну мироздания.

— Сначала энергия трав! — маятник качнулся над банкой с мятой. — Потом биополе клиента. Потом блоки. Потом маятник показывает, где застой. Потом веер сдувает негатив. Потом «Ом!» И в финале очищение солью!

Повисла тишина. Варя закрыла лицо ладонями.

Не, ну я ожидал чего похуже. Очень даже неплохо, эффектно по крайней мере.

— Три правки, Геннадий, — сказал я.

— Слушаю внимательно! — козырнул тот и даже маятник спрятал за спину.

— Первое: соль не сыпать. Второе: маятником в людей не тыкать. Это нарушение личных границ. Третье: про хвори не спрашивать. Мы ауру чистим, а не диагнозы ставим. Их ставлю я, в поликлинике, с талоном и по очереди.

— А веером махать можно? — с надеждой уточнил Геннадий.

— Веером можно, — разрешил я. — Только не в лицо и не над едой.

Геннадий кивнул.

— Ну а так понравилось? — с волнением спросил он.

— Понравилось, — улыбнулся я. — Ты молодец.

Тут в лавку вошёл Чердак. Взволнованный, вспотевший, с листком бумаги в руках.

— Сань, брат, — сказал он. — Давай отрепетируем, как и что будет происходить! Прошу, я так волнуюсь.

Точно, я ему обещал. Как обычно, всё решило произойти сразу. Ну да ладно, раз обещал — сделаем.

— Давай, — кивнул я. — Итак, Варя, Геннадий. Чердак планирует на нашей ярмарке сделать предложение своей даме. И мы ему должны в этом помочь. Варя, помоги с декорациями, пожалуйста.

Девушка захлопала в ладоши и принялась за дело. Пока я объяснял Геннадию его роль, она поставила стул, сделала метку для Лизы, обустроила всю площадку.

Геннадий накинул на плечи какой-то лоскут, который назвал «мантией предсказателя».

— Итак! — начал он. — Объект Лиза садится на мой стул. Я смотрю вдаль. Вижу большие перемены… Говорю ей, что сегодня придёт то, чего она давно ждёт… Она оборачивается!

Чердак вышел из-за стеллажа и встал на одно колено. Нога хрустнула, но он стоически промолчал. Открыл рот и замер…

— Чердак, — сказал я. — Ты справишься. Главное, говори от души.

Он сглотнул и кивнул.

— Лиз, я красиво говорить не умею. Ты это и так знаешь. Но рядом с тобой я хочу быть лучше. Не идеальным, а просто лучше, чем вчера. Я верю, что мы справимся, когда будем втроём. Буду рядом всегда, обещаю тебе. Выходи за меня.

Варя прижала руки к щекам. Геннадий важно кивнул и незаметно вытер глаза краем «мантии».

Чердак поднял глаза на меня.

— Думаешь, согласится?

— Уверен, — сказал я. — Согласится!

Эдик попросил ещё одну репетицию, после которой успокоился и ушёл.

А ко мне из подсобки вышла Катя. В руках у неё были листы с подсказками, которые ей подготовила Варя, и она расставляла сборы по полкам.

Геннадий, закончив репетицию, подлетел к ней с маятником.

— Катя! Проверим твою совместимость с травами! А то ты тут стажируешься, а я ещё не проверял!

Она даже вздрогнула и уставилась на него. Он начал раскачивать маятником вокруг неё.

— Восемьдесят семь процентов! — объявил он. — Слишком низко!

— Я просто боюсь ошибиться, — испуганно ответила девушка. — Вдруг банку не ту поставлю. Или цену.

— Ты не ошибаешься, — сказал я. — Я вижу, что ты очень ответственная девушка. И очень внимательно делаешь свою работу. Так что не переживай лишний раз.

— Да, и побольше уверенности в себе, — подключилась Варя. — А то даже к кассе боишься подойти. Она тебя не съест.

— Всё познаётся на практике, — сказал я. — Если будешь так от всего бегать, то ничему и не научишься. Так что идём к кассе, да.

Я потратил тридцать минут, обучая девушку основам. Схватывала она довольно быстро и под конец почти перестала волноваться. Прогресс.

Вечером я закрыл лавку, и мы разошлись по домам. А меня прямо посреди улицы поймал Бумагин.

— Саня, как хорошо, что я тебя встретил! — воскликнул он. — Угадай, откуда я иду?

— Понятия не имею, — отозвался я. — Давай ты сразу ответ мне скажешь.

— Я провожал Ленку, — гордо заявил Илья. — И мы это… вместе теперь. Понимаешь?

— Ага, — кивнул я. — Поздравляю! Давно пора.

Илья сделал странное движение руками. Видимо, победный танец. У Жидкова получалось куда лучше.

— Я так счастлив! — воскликнул он. — Теперь всё складывается как надо. Ленка моя, мы вместе… И у меня к тебе ещё вопрос.

Поседею уже скоро с этими вопросами.

— Не про Лену, — словно прочитав мои мысли, торопливо сказал Бумагин. — Про ярмарку твою. Я хочу участвовать.

А, вон оно что.

— Хочешь стенд? — спросил я.

— Да, — кивнул Илья. — Про здоровое питание. Викторину тоже, фрукты, овощи, все дела. Можно?

— Можно, — кивнул я. — Только без фанатизма. Лекций на сорок минут не надо, люди на ярмарку веселиться идут, а не на лекторий.

— Пятнадцать минут! — торопливо заверил Илья. — И викторина с призами! Морковку победителю подарю. Или яблоко.

— Вот это по-нашему, — усмехнулся я.

Илья обсудил со мной пару моментов и счастливый пошёл домой.

У меня самого на этой неделе не было дежурств. Так что я сходил на тренировку, а затем отправился домой.

Дома я сразу заметил, что Лиля чем-то встревожена. Она пыталась не показывать вида, но меня не обманешь.

— Ну-ка рассказывай, — поймал я её. — Что такое?

Она замялась, но всё-таки решилась.

— Да водитель наш в приюте, — отозвалась девушка. — Я ему говорила, что у меня молодой человек есть. А он… То комплимент сальный отпустит, то за руку поймает, то к себе в гости позовёт… Уже замучалась вся! Вера с ним говорила, он на день затих, а потом снова.

Ага, понятно…

— Где он бывает? — спросил я.

— По утрам корм в приют привозит и в течение дня тоже заезжает, — ответила Лиля. — Саш, ты только осторожней!

— Я врач, я вообще сама осторожность, — поцеловал её в висок. — А теперь лучше корми врача ужином.

Лиля отвлеклась и вскоре забыла о своей проблеме, весело рассказывая мне о делах приюта.

А с утра я встал пораньше, вызвал такси и отправился туда. И увидел мужика лет сорока, который возился возле фургона с кормом.

Я подошёл ближе.

— Здравствуйте, — поздоровался я. — Меня зовут Александр, я парень Лилии. У меня к вам небольшой разговор.

Он повернулся, скользнул взглядом по мне снизу вверх. Мужик был на голову ниже меня.

— Толя, — представился он. — Повезло тебе, Лиля вообще огонь.

Я посмотрел ему в глаза.

— И лучше тебе свести общение с ней к минимуму, — ровным тоном посоветовал я. — А то у меня терпение не безграничное.

Мы молчали секунд десять, смотря друг на друга. Молчаливое состязание, которое выиграл я. Он первым отвёл взгляд.

— Да я ничего такого, — пробубнил Толя. — Я ж не думал…

— Вот и не думай в эту сторону, — сказал я. — Хорошей смены.

Развернулся и ушёл. Очень просто вышло, но оно и к лучшему. Мне и правда просто надо было показаться, чтобы Толя знал, с кем в случае чего у него будут проблемы.

Что ж, думаю, проблем у Лили больше не будет. Вот и хорошо.

Снова вызвал такси и поехал в поликлинику.

Возле кабинета меня поймал Шарфиков.

— Новости, Сань, — торопливо заявил он. — К нам новенькие медсёстры пришли наконец. Слушай, можешь подсуетиться, чтобы мне одну дали? Тяжело без медсестры!

— От меня это мало зависит, но попробую, — кивнул я.

— Спасибо, — кивнул Стас. — Кстати, я слово по-корейски выучил!

Точно, он же постигает корейскую культуру ради Кристины.

— Поздравляю. Какое?

— «Пэго пхассо», — гордо продекламировал Стас. — Это означает «я сыт» по-корейски. Если у Кристины дома кормить будут, скажу по-корейски, и все офигеют! А то мне предстоит знакомство с её родителями.

Я посмотрел на него.

— А родителям корейский зачем? — уточнил я.

Шарфиков задумался и потёр подбородок.

— Может, там морковка по-корейски будет? — предположил он.

Железная логика.

— Слушай, её родителей ты лучше корейским не пугай, — посоветовал я. — Просто будь вежлив, и всё. А то ещё поймут не так.

— Точно! — кивнул Шарфиков. — Понял. Спасибо!

Он ушёл к себе, а меня вызвал Кречетов. У него в кабинете сидели три девушки в белых халатах.

— Доброе утро, — поприветствовал меня Павел Викторович. — Александр Александрович, это новенькие медсёстры, только из колледжа. Пока что старшей медсестры в поликлинике нет, так что распределите их вы. Знакомьтесь — Марина, Олеся и Света.

Девушки почти синхронно кивнули. Ох, ещё одна головная боль.

— Идёмте, — сказал я.

В таком сопровождении вернулся в свой кабинет, начал знакомиться с девушками более обстоятельно.

Марина оказалась спокойной, методичной, с красным дипломом. Я определил её к Шарфикову, на том участке нужна была помощь.

Олеся была бойкой, болтливой и весёлой. Её отправил к Виталику.

Света сама попросилась распределить её туда, где больше практики. Пока что отправил её в процедурный кабинет.

По всем вопросам разрешил подходить к себе. Хоть и надеялся, что вопросов будет немного.

Пока я разбирался с медсёстрами, мои практиканты ждали в коридоре. И тут я услышал какой-то шум, а потом ко мне влетела женщина лет пятидесяти.

— Доктор, я умру⁈ — выпалила она.

Ёлки-иголки.

— Что случилось? — усадил я её. — Что за вопросы?

— Ваши практиканты, — женщина сглотнула. — Я ждала очередь к вам, а они начали смотреть мою руку и сказали «такое редко встретишь», «жаль, не сфотографировали»! И какой-то синдром называли, длинный, страшный. Это что-то ужасное? Мне с мужем прощаться надо⁈

Я принялся за осмотр. Так, на предплечье красные пятна с чёткими краями. Поверхностное воспаление, ничего серьёзного. Обычный контактный дерматит. Скорее всего, реакция на новый стиральный порошок или на ремешок часов.

— У вас обычный хронический контактный дерматит, — сказал я. — Неприятно, но не страшно. И уж тем более не смертельно. Думаю, мои практиканты просто обсуждали ваш случай, для них любой случай выглядит неожиданно, опыта у них нет. Прошу за них прощения.

Женщина глубоко выдохнула.

— Значит, я не умру? — спросила она.

— Нет, — покачал я головой. — Сейчас выпишу вам специальную мазь и антигистаминное. И постарайтесь вспомнить, что нового было на коже за последние недели. Порошок, перчатки, украшения, крем для рук.

— Порошок! — тут же ответила та. — Дочка новый привезла, «с ароматом альпийских лугов»! Я ещё думала, чего это руки чешутся. А луга, оказывается…

— Вот и ответ, — кивнул я. — Этим порошком лучше больше не пользуйтесь. И дерматит пройдёт за неделю.

Женщина поблагодарила меня и вышла. А я позвал своих практикантов.

Они вошли виноватые, уже явно поняли, что накосячили.

— Обсуждать клинические случаи — это правильно, — сказал я. — Но не при пациенте. Для него любое ваше слово звучит как диагноз. Если хотите что-то обсудить, отойдите подальше и обсуждайте. Панику мне тут устраивать не надо.

— Поняли, — тихо сказала Алина. — Извините. Она в телефоне что-то смотрела, мы и не подумали…

— Простите, — повторил Максим. — Просто дерматит там такой интересный…

— Прошу прощения, — сухо сказал Тимур.

Я вздохнул и кивнул. Распределил их по новым кабинетам: Алину к хирургу, Тимура к кардиологу, Максима к офтальмологу.

И занялся приёмом.

В середине приёма ко мне неожиданно пришёл тот самый парень, который вчера упал с самоката. Довольный, улыбающийся.

— Здравствуйте, — сказал он. — Я снова к вам!

— Доброе утро, — кивнул я. — Как отбор?

— Взяли, соревнования на следующей неделе, — отозвался тот. — Спасибо ещё раз!

— Не за что.

Пауза. Он переминался с ноги на ногу.

— У меня проблема, — заявил он. — Дело очень деликатное. Я подумал, может, вы и с этим поможете…

Ёлки-иголки, только не деликатная проблема! Опять!

— Слушаю, — осторожно сказал я.

Парень оглянулся на дверь, словно боялся, что нас подслушают. Потом понизил голос.

— У меня прыщи, — трагически прошептал он. — На спине и в очень большом количестве! А там на соревнованиях будет девушка, которая мне нравится… Мне надо показать ей, что я… Ну, прыщи мне не нужны. Доктор, есть таблетка может какая-нибудь?

Я вздохнул. Деликатная проблема оказалась дерматологической. Ну, бывает и хуже.

Вспомнить хотя бы Никифорова с гонореей…

— Снимай футболку, — велел я. — Посмотрим на твою трагедию.

Он стянул футболку, повернулся спиной. Так, мелкая красная сыпь по плечам и верхней части спины. Не акне в классическом виде, скорее раздражение волосяных фолликулов. Проверил праной — ничего серьёзного, поверхностное воспаление кожи.

— Давно появились? — спросил я.

— Месяца два, — отозвался парень. — Как раз когда тренировки участились. Я думал, само пройдёт, а оно только хуже стало.

Всё сходилось.

— Это не совсем прыщи, — сказал я. — Это раздражение кожи. Скорее всего, реакция на хлорку в бассейне плюс то, что ты после тренировки ходишь в мокрой одежде.

— Откуда вы знаете? — удивился он.

— Потому что все так делают, — хмыкнул я. — Толком душ не принял, футболку накинул — и всё. Лето же. А хлорку с кожи смывать надо.

— И что теперь, бассейн бросать? — испугался парень.

— Не надо ничего бросать, — успокоил я его. — Правила простые. После каждой тренировки принимай душ с мылом, тщательно, мой всю спину. Потом насухо вытирайся полотенцем. Футболку надевай только на сухое тело.

Я сел за стол и выписал ему рецепт.

— Вот мазь, наносить на поражённые участки два раза в день после душа, — сказал я. — За неделю станет заметно лучше. Совсем пройдёт недели за две-три.

— А к соревнованиям? — с надеждой спросил он.

— К соревнованиям будет уже не так страшно, — сказал я. — И поверь, на соревнованиях все будут смотреть, как ты плывёшь, а не на твою спину.

— Думаете?

— Уверен, — хмыкнул я. — А девчонок больше впечатляет первое место, чем идеальная кожа.

Парень просиял, снова натянул футболку.

— Спасибо, доктор! Вы лучший!

— Да не за что, — хмыкнул я.

Парень вышел, я продолжил принимать пациентов.

В конце приёма ко мне неожиданно залетела разъярённая Кристина.

— Так продолжаться больше не может! — с порога заявила она.

А у неё-то что случилось⁈