Глава 9

У меня дежавю, как раз сегодня ночью была ситуация, когда Гриша звонил и сообщал о проблеме. Только в тот раз проблема была у меня, а сейчас у Гриши.

— Давай подробнее, — попросил я. — Что значит «всё плохо»? Инспекция уже пришла? Что нашли?

— Уже там, — рассеянно отозвался Гриша. — Вадик звонил, сказал, что они уже пять нарушений нашли. И часть из них прям мутные, из разряда «недостаточная маркировка путей эвакуации». Придираются прям к мелочам.

— Понятно, — задумчиво ответил я. — Я сейчас к Вадику приеду, помогу ему на месте разобраться, пока время есть. Предупреди его.

— Понял, — отозвался Гриша. — А с подарком тогда подумаешь?

Я вздохнул. Гриша ну просто неисправим.

— Подумаю, — ответил я.

— Ты мой самый лучший друг, — весело заключил Гриша.

Я положил трубку и повернулся к Косте.

— Кость, сможем ненадолго на ещё один адрес заехать? — спросил я. — Мне другу помочь надо. Вопрос один решить.

— Не вопрос, — пожал плечами водитель. — Ты меня подстраховал, когда я к дочке ездил на утренник, так что теперь моя очередь. Диктуй адрес. Всё равно ты вызовы очень быстро объездил, и до следующего человека время есть.

Через десять минут мы подъехали к зданию, где планировали открыть компьютерный клуб Вадик и Гриша. По пути успел изучил несколько статей в интернете по этому вопросу.

Костя пообещал подождать меня, и я поспешил внутрь.

Внутри действительно встретил Вадика и двух инспекторов в форме МЧС. Они ходили с деловым видом и фиксировали нарушения, а Вадик как тень следовал за ними.

— Добрый день, господа! — громко обратил я на себя их внимание. — Что тут происходит?

— А вы, собственно, кто? — обратился ко мне один из инспекторов.

— Один из владельцев, — ровным тоном отозвался я. — Так по какому поводу к нам пришла пожарная инспекция?

Надеюсь, не попросят документы, иначе моё прикрытие быстро даст трещину.

— Меня зовут Зелепукин Александр Владимирович, — представился инспектор. — Мы проводим плановую проверку перед открытием нового заведения.

— Плановую? — переспросил я. — Учитывая, что ещё даже дата открытия не установлена и ведутся работы? Учитывая, что никто не ставил нас в известность? Учитывая, что мы могли банально ещё не успеть подготовить всё, у нас тут даже мебели пока нет.

Зелепукин поднял на меня взгляд. Он явно не ожидал, что я дам отпор.

— Нам поступило обращение, что помещение готовится к открытию для массового посещения, — отчеканил он. — И мы обязаны были провести проверку.

— Значит, это внеплановая проверка по обращению, — заметил я. — А копию обращения можно? Чтобы узнать, кто же поднял тревогу против ещё не работающего учреждения.

Зелепукин переглянулся со вторым инспектором, который даже не соизволил представиться.

— Пишите официальный запрос на имя начальника отдела, — сухо сказал второй. — Через канцелярию. Вам ответят в установленном порядке.

Ну разумеется. Другого ответа я и не ожидал. Хотя и так понятно, чьё это обращение.

— Хорошо, тогда покажите мне список нарушений, — попросил я. — Это же я могу узнать без официального запроса?

Александр Владимирович хмыкнул и протянул мне листок бумаги.

«Пункт 1. Отсутствие маркировки эвакуационных путей фотолюминесцентными элементами в соответствии с ГОСТ Р 12.2.143–2009».

«Пункт 2. Эвакуационный выход №2 (запасной) имеет ширину 88 см, что не соответствует нормативу для помещений массового посещения с расчётной численностью свыше 50 человек (норма — не менее 90 см)».

«Пункт 3. Пожарная сигнализация смонтирована, но акт ввода в эксплуатацию не предъявлен».

«Пункт 4. Огнетушители ОП-4 в количестве 6 штук размещены, но журнал учёта и проверки огнетушителей не предъявлен».

«Пункт 5. План эвакуации не размещён на видном месте у основного выхода».

Очень интересно.

— Итак, — тщательно прочитав весь список, сказал я. — Про пункт номер два я согласен, исправим. Всё остальное мы просто ещё не успели сделать, но к открытию это будет. Это не может считаться нарушениями, потому как наше помещение ещё не готово.

Инспекторы снова переглянулись.

— Противопожарную безопасность надо обеспечивать в первую очередь, — заявил Зелепукин.

— Согласен, — кивнул я. — Вот мы этим и занимаемся. В первую очередь. Вы бы лучше следили так за предыдущей организацией, что была в этом здании. Это они после себя ничего не оставили. И с такой шириной выхода спокойно жили.

Александр Владимирович поджал губы.

— Десять дней на устранение нарушений, затем приедем на повторную проверку, — заявил он. — До выдачи акта экспертизы открытие запрещено.

— Мы всё равно не собирались раньше открываться, — пожал плечами Вадик. — Так что всё исправим.

Он подписал акт, и Зелепукин со своим безымянным товарищем уехали. Мы остались вдвоём. Вадик по очереди смотрел то на акт, то на меня, то вокруг.

— Так, давай по порядку, — я начал загибать пальцы. — Первое. Сегодня же вечером покупаешь журнал учёта огнетушителей и заполняешь его задним числом по всем правилам. На каждый огнетушитель карточку, дату проверки, подпись ответственного. Второе. Завтра берёшь акт ввода сигнализации и делаешь три копии. Третье. Заказываешь у проектировщиков планы эвакуации, печатаешь в нормальном размере, вешаешь у обоих выходов. Четвёртое. У запасного выхода с шириной восемьдесят восемь сантиметров надо переделывать наличник. Тогда как раз те два сантиметра и освободятся. И в следующий раз лучше звони сразу мне, я помогу, если что. Понял?

— Понял, — кивнул Вадик. — Слушай, это точно тот любитель тортиков нам проверку подослал! Ну вот что ему всё неймётся, гаду?

— Не знаю, — задумчиво ответил я. — Но в этот раз это даже хорошо, что всё так сложилось.

— Это в каком месте хорошо? — возмутился айтишник. — Столько нарушений нашли!

Я тяжело вздохнул.

— Проверка всё равно обязана была бы прийти, — объяснил я. — Только если бы вы успели открыться — у вас начались бы проблемы из-за этих нарушений. А так есть время всё это исправить, без дополнительных санкций.

— И правда, — тут же кивнул Вадик. — Я об этом не подумал.

Я тоже был уверен, что инициировал проверку Бородин. Слишком уж она внезапна, так обычно их не проводят.

А значит, всё-таки надо действовать в ответ. Не зря я подготовился заранее.

Я попрощался с Вадиком и вернулся в машину. По пути в поликлинику позвонил Щербакову.

— Даниил, это Саша Агапов, — проговорил я. — Ситуация изменилась, материалы нужно опубликовать. Оформить только красиво, громкая статья о незаконном труде, например. «Как на самом деле обстоят дела в Озонах»?

— Блин, а я боялся, что так и не опубликуем! — обрадовался тот. — Это на самом деле интересная бомба будет! Тогда я к главному редактору! Всё будет, Саня!

Он повесил трубку, а я задумался. Газета — это первый ход. Но она работает медленно, пока статью одобрят, пока выйдет. А мне нужен второй ход, бьющий по тому же месту.

Трудовая инспекция. Сотрудники без оформления — это огромные штрафы, вопросы от налоговой. Бородину такое явно не понравится. Но проблема в том, что любая такая проверка строится на свидетельских показаниях работников. А кто из работников Бородина согласится давать показания, понимая, что в таком случае завтра он останется без работы в маленьком городе?

Никто. Однако и тут есть лазейка — анонимное обращение. Если в таком обращении будут содержаться конкретные факты, инспекция может и обратить на него внимание. И тогда уже дело примет другой оборот.

Так что форму анонимного обращения на сайте я тоже заполнил и отправил. Сразу два хода против Бородина.

Дальше будет видно.

Мы подъехали к поликлинике, и я вернулся в свой кабинет. И почти сразу ко мне в гости пришёл Чердак. В новом пиджаке, сиреневой рубашке и с гордым выражением лица.

Меня сегодня решили посетить просто все на свете!

— Сань, я к тебе, — деловито сказал Эдик. — Хотел вот узнать, всего ли хватает. Может, надо чем-то обеспечить. Мыло там, шпатели. Может, ручек нет?

— Всего хватает, — усмехнулся я. — Но спасибо за заботу.

— А как иначе, это благодаря тебе у меня работа появилась! — тут же отозвался тот. — И я тебе жутко благодарен, Сань. Работа шик просто, потихоньку во всё вникаю, да и Лиза помогает.

Савчук уже стала для него Лизой, хороший признак. Значит, у этих двоих всё складывается.

— Разгребать много приходится? — поинтересовался я.

До Чердака эту должность занимал Петренко, и я был уверен, он воровал везде где только можно.

— Много недостач, — признался Чердак. — Я до сих пор инвентаризацию провожу, и многие пункты не сходятся. Но Кречетов сказал по каждому к нему подходить и решать совместно. Справимся.

— Справитесь, — кивнул я.

Мы ещё немного поговорили, и Чердак ушёл дальше работать. А я приступил к приёму.

Одной из первых зашла Анастасия Петровна, моя постоянная пациентка, которая ходила выписывать рецепты. Я её осмотрел, измерил давление и выписал рецепт на льготные препараты. С такими пациентами было проще всего. Терапия уже подобрана и работает. Так что осмотр, периодические анализы для контроля — и выписка препаратов.

Следом был мужчина лет сорока с жалобами на изжогу. Классический рефлюкс на фоне неправильного питания и работы по сменам. Я выписал ингибитор протонной помпы, расписал режим и отправил его с рекомендацией показаться через две недели.

В общем, приём прошёл по стандартной схеме. Пациенты, комиссии, дела. Остроухову вызвать не получилось, она снова была на выезде в село. Пришлось отложить разговор до завтра.

После приёма я позвонил Лиле, рассказал ей про Кристину. Дождался, пока Лиля обругает девушку всеми известными словами. Мы договорились, что они с братом приедут на квартиру примерно через тридцать минут после меня. Думаю, этого точно хватит. Главное, чтобы слишком много не оказалось, я пока не прогнозировал, с какой именно скоростью Кристина начнёт действовать.

После приёма я ещё посидел с бумажными делами, которых было всё так же много, а к восьми отправился к девушке.

Кристина с Тимофеем сняли на несколько дней обычную однушку в пятиэтажке на улице Гагарина. Я добрался до квартиры, позвонил в звонок. Что ж, сейчас начнётся.

Кристина открыла почти сразу. В коротких шортах и обтягивающем топике, явно готовилась к моему приходу.

— Саша, совсем забыла, что ты должен был зайти, — прощебетала она. — Ну ты проходи, не стой!

Забыла она, ага, как же. В комнате на столике находились бутылка вина и два бокала. И из одного из них уже явно пили.

— Проходи, садись, — засуетилась девушка. — Вино будешь?

— Я не пью, — отказался я.

— А я вот ещё выпью, — невозмутимо заявила Кристина. — Красное вино помогает здоровью, сам же должен знать.

Она выпила за раз чуть ли не половину бокала, села напротив меня. Снова закинула ногу на ногу и уставилась на меня. Это было бы соблазнительно, но вообще-то как-то жутко.

— Ну так и какая у тебя проблема с пригласительными? — поинтересовался я.

— Слушай, ну что ты как ребёнок, уже наверняка понял, что это был просто повод, — отозвалась девушка. — Чтобы позвать тебя в гости.

Да ладно, правда, что ли⁈ Какой неожиданный поворот. Сарказм, конечно.

— Захотелось обсудить здоровье? — усмехнулся я. — Или поговорить про брата Лили и твоего будущего мужа?

— Есть вещи поинтереснее разговоров, — с плеча Кристины аккуратно упала бретелька от топика. — И со мной ими заниматься приятнее, чем с Лилей.

Так-то события разворачиваются ну слишком быстро!

— Как идёт подготовка к свадьбе? — надо было потянуть время.

— Саш, ты правда сейчас о свадьбе говорить хочешь? — Кристина встала, потянулась всем телом. — Давай забудем об этом хотя бы на время.

Она сделала шаг ко мне, потянулась… И в комнату вошли Тимофей и Лилия.

Уф, вовремя! Кто знает, какой бы ещё стриптиз она мне тут показала. Наверное, Лиля тоже решила, что полчаса — это слишком много.

— Что тут происходит? — ледяным тоном спросил Тимофей.

Кристина в мгновение ока отпрыгнула от меня метра на три. Вот это у неё навыки!

— Он… он… пришёл и начал приставать! — испуганно воскликнула она. — Я не представляю, откуда он узнал мой адрес, Тима! Я спокойно отдыхала, а он…

— Серьёзно? — приподнял я бровь. — Это не ты мне только что предлагала переспать?

— Тима, он меня преследует! — наобум выкрикивала Кристина. — Ещё тогда в кафе начал на меня пялиться! И вот, пожалуйста. Тимочка, мне страшно!

Да уж. Хорошо, что я подготовился. Актриса из Кристины неплохая, сам ей чуть не поверил.

Я рассказал Тимофею свою версию, а затем показал то самое видео. Его лицо окаменело, и он медленно повернулся к девушке. Доказательств было предостаточно.

— Кристина, — холодно произнёс он. — Ты как-то можешь это объяснить?

Та, похоже, поняла, что прикидываться уже смысла нет.

— А что тут объяснять! — злобно прошипела она. — Не люблю я тебя, ясно? И никогда не любила. Ты мне нужен был чисто как мешок с деньгами, ради них я тебя и терпела!

— Ну ты и стерва, — покачал он головой. — Значит, так. Можешь переночевать здесь, я остановлюсь у Лили. Завтра же поедем домой, заберёшь свои вещи и свалишь из нашей квартиры. Никакой свадьбы не будет.

— Да больно надо! — фыркнула Кристина. — Проваливайте, неудачники. Найду себе другого богатого дурачка, делов-то.

Она невозмутимо села на диван и принялась дальше пить вино. Тимофей начал быстро подхватывать свои вещи.

— Ты тварь! — заявила Лилия. — Я тебе никогда не прощу!

Она схватила второй бокал и вылила вино прямо Кристине на голову. Та зашипела.

— Ты чё творишь, курица? — взвизгнула она.

— Скажи спасибо, что не по лицу ударила, — фыркнула Лиля.

Так, пора уходить, пока они тут не сцепились. Я встал между ними, усадил Кристину назад на диван.

— Пойдёмте, — сказал я Лиле и Тимофею.

Втроём мы вышли на улицу, я вдохнул полной грудью.

— Вот я придурок… — сокрушённо протянул Тимофей. — Лилька, ты же предупреждала меня. А я, дурак, не верил, думал, встретил ту самую.

— Ты не дурак, просто влюблён был, — утешила брата Лиля. — Ничего, встретишь ещё девушку, не переживай. Ещё чего, переживать из-за этой Кристины!

— Думаешь? — хмыкнул он.

— Конечно, — подключился и я. — Наоборот, хорошо, что всё это выяснилось до свадьбы, а не после. И извини за этот спектакль, по-другому ты бы не поверил.

— Это правда, — усмехнулся Тимофей. — Зато так всё было наглядно. Ладно, Лилька, пойдём к тебе. Сань, спасибо… за то, что глаза открыл.

Он пожал мне руку, и они с Лилей отправились к ней домой. Она обещала потом позвонить, но сейчас ей надо было побыть с братом.

А я зашёл домой за вещами и отправился в ФОК. Вторая тренировка за неделю, их никто не отменял.

Добрался до тренажёрного зала к девяти вечера. Народу было довольно много, видимо, многие занимались по вечерам после работы. А вот тренера Виталия уже не было, сотрудники ФОКа почти все разошлись. Но сегодня я и так знал, по какой схеме тренироваться.

И где-то в середине тренировки услышал, как кто-то в зале громко охнул.

Обернулся и увидел на скамье у стойки с гантелями молодого парня, который держался за правое колено. Гантели валялись рядом. По его лицу было видно, что что-то серьёзное.

— Что случилось? — подошёл я к нему.

— Колено… — простонал он. — Приседал с гантелями, и оно резко заболело.

— Так, садись на скамейку и показывай, — распорядился я.

Он сел и вытянул правую ногу. Я пропальпировал, проверил суставную линию, мениск, связки. Сильное растяжение боковой связки. Ага, и прана это подтвердила.

— Тебя как зовут? — спросил я у парня.

— Денис, — морщась, представился он.

— Денис, у тебя растяжение боковой связки колена, — объяснил я. — Сейчас приложим что-то холодное, наложим эластичный бинт. Потом отправишься домой, лучше на такси, до завтра ноге нужен полный покой. Утром обязательно сходи в поликлинику, чтобы тебе снимок сделали и разрыв мениска исключили. Понял?

— А вы врач? — уточнил Денис.

Нет, просто люблю трогать чужие колени и раздавать вредные советы.

— Врач, врач, — усмехнулся я. — Так, сиди, поищу лёд.

Дело это оказалось не самое простое. Кабинет медицинского работника ФОКа был уже закрыт, да и директор уже ушёл домой. Зато вахтёрша подсказала мне, что у них есть холодильник для сотрудников. И принесла оттуда немного льда. А эластичный бинт у меня был с собой.

Вернулся, обмотал лёд в полотенце и приложил Денису к колену. И одновременно принялся воздействовать праной. Ровно настолько, чтобы ослабить отёк, чуть ускорить процесс восстановления связочных волокон. Не лечить полностью — это было бы заметно, а ускорить.

Через пару минут ему стало заметно легче.

— Ух ты, это лёд так помогает? — удивился он.

— Ну да, болевые рецепторы заморозились, и теперь боль уменьшилась, — серьёзно кивнул я. — Так, давай зафиксирую.

Наложил ему тугую повязку, затем помог встать. Далее помог добраться до раздевалки и до такси. Отправил его домой, выдохнул и вернулся к своей тренировке.

Примерно в половину одиннадцатого вечера я возвращался домой. По дороге мне позвонил старший лейтенант Жаров.

— Слушаю, — взял я трубку.

— Сань, пока что по твоему эпизоду всё глухо, — честно заявил Жаров. — Опросили соседей по площадке, по этажам выше и ниже. Никто никого не видел, никто никаких подозрительных личностей не помнит. Из тех, кто дверь открыл. Камер в подъезде нет, на улице рядом с подъездом тоже нет. По похожим эпизодам в районе за последние два месяца тоже пусто, никаких аналогичных вскрытий не было. Прости, но ситуация глухарь. Дело мы оставим открытым, конечно, но честно говорю: вряд ли что-то всплывёт.

Да, по крайней мере, это честно. Но я так и думал, что полиция ничего не найдёт.

— Понял, спасибо, — ответил я и положил трубку.

Быстро же они, всего за сутки дело уже глухарём обозвали. Хотя, может, и знают, что говорят. Если все зацепки отработали, то тут уже ничего не сделаешь.

Я вошёл в подъезд, а прямо за мной забежала Алевтина Романовна.

— Сашенька, здравствуй, — всплеснула она руками. — А я вот в магазин ходила, молоко закончилось, а с утра без него как?

— Помочь вам с пакетом? — вежливо спросил я.

— Да нет, там кроме молока ничего нет, — махнула рукой женщина. — Слушай, хотела спросить, тебя друг-то твой нашёл?

Так, интересно.

— Какой друг? — тут же спросил я.

— Ну как же, вчера к тебе приходил, — ответила мать Бумагина. — Я к себе шла, а он стоял возле двери. Увидел меня, встрепенулся, сказал, что пришёл в гости. Ну, я кивнула и пошла своей дорогой.

— Алевтина Романовна, как он выглядел? — спросил я. — Особые приметы? Он не представился?

— Как выглядел… — женщина задумалась. — Высокий, худой, лет сорока. Помятый весь какой-то… Сказал, что его Тимуром зовут.

Высокий и помятый Тимур. Который явно не дурак, чтобы называть своё настоящее имя. Но по описанию всё сходится.

Сомнений нет, мою квартиру вскрыл бывший анестезиолог Горшков.

Интересный поворот!