Глава 67

ЕВА

Мое лицо горело, сердце болело, а язык казался слишком большим для моего рта. Я не хотела говорить о том, какой ужасной матерью я, очевидно, была.

Я отодвинулась от Руслана, который прижимал к себе Соню.

- Вы не будете против, если Мишка переночует у вас? Что-то подсказывает мне, что он все равно захочет остаться здесь на ночь.

- Конечно, милая. - Галина Владимировна погладила меня по волосам, а затем ободряюще потрепала по плечу. - А ты сама не останешься?

- Я бы с удовольствием, но... - Я опустила голову, пытаясь собраться с силами. - Но, я думаю, нам с Соней лучше переночевать дома сегодня.

Я не могла смириться с тем фактом, что моя новая семья принадлежала мужчине, который разбил мне сердце. Все, что я хотела сделать, - это поплакать в объятиях этой женщины, которая помогла бы мне прийти в себя, но сейчас она принадлежала своему сыну. Мне было ненавистно признавать, что он, возможно, нуждается в ней больше.

Соня уже почти спала у меня на плече, когда я на цыпочках поднималась по лестнице. Я слышала, как Галина Владимировна и Руслан начали перешептываться, когда я оставила их наедине. Я не знала, что было на душе у Руслана и о чем он думал, потому что отказывалась смотреть на него.

Я тихонько постучала в дверь, надеясь, что мой сын простит меня.

- Миш!

Тишина. Я ждала, желая, чтобы мой сын открыл дверь, я уже знала, что он, скорее всего, этого не сделает. Это был второй раз в его жизни, когда я отобрала у ребёнка шанс обрести отца. Это была не моя вина, но я понимала, что могла бы рассказать Руслану о поцелуе Игоря гораздо раньше, зная его неуверенность в этом вопросе.

Я заговорила через закрытую дверь.

- Ты хочешь остаться на ночь здесь? Мы с Соней решили поехать домой... Но, если ты хочешь остаться тут, я не против.

Мишка ненавидел, когда кто-нибудь видел его плачущим, даже я.

Я знала, что в этом доме, где так много людей, он не хотел устраивать мне сцену, или орать, или визжать, потому что он бы заплакал.

- Да, мам, - услышала я из-за двери голос Миши.

Мое сердце сжалось, когда я подавила желание распахнуть дверь и обнять его, попросить его простить меня за то, что я солгала ему, сказать ему, как мне жаль. Я ненавидела это расстояние, образовавшееся между нами. У меня так хорошо получалось разрушать отношения с мужчинами; и до этой ситуации я никогда не задумывалась о том, что так легко могу потерять связь со своим собственным сыном.

- Хорошо. Я люблю тебя, сынок, - прошептала я. Я задержала дыхание, затем повернулась, чтобы уйти.

Сдерживая слезы, быстро спускаясь по лестнице. Я не осмелилась заглянуть в гостиную и попрощаться с Галиной Владимировной и Георгием Андреевичем. Я хотела бы увидеть их завтра, как только их сын уедет. Оказавшись у входа, я наклонилась, чтобы взять ботинки Сони и свои, а затем, шаркая, вышла из дома в леденящую ночь.

Я шла быстро, надеясь избежать любого контакта с Русланом, но, видимо, была недостаточно быстра. Две сильные руки забрали у меня Соню, когда я распахнула заднюю дверцу машины.

- Руслан, просто... не надо, - попросила я, стараясь смотреть куда угодно, только не на него.

- Запрыгивай в машину, Ева. Давай я ее уложу - она уже очень тяжёлая, а ты босиком.

Он отодвинул меня в сторону и усадил мою дочь на ее место.

Я смотрела ему в спину, и гнев бурлил во мне, как яд.

- Зачем ты приехал?

Спина Руслана напряглась от моего вопроса, но я не могла остановиться.

- Прошли недели с тех пор, как я видела тебя в последний раз, недели с тех пор, как...

Я сбавила обороты, опасаясь, что, если продолжу, на глаза навернутся слезы.

Как только Соня была пристегнута, он вынырнул из машины и осторожно закрыл дверь. Его силуэт в темноте на фоне неба, усыпанного бриллиантами, делал его похожим на падшего ангела. Я хотела утонуть в нем, проверить, смогут ли тени поглотить нас и перенести куда-нибудь в другое место. Засунув руки в карманы джинсов, он опустил голову, но не потрудился ответить мне.

Минуты тянулись, и с каждым ударом сердца в моей груди разрасталась боль.

- Ева, нам о многом нужно поговорить... Я многое должен тебе сказать.

- Тогда скажи, - выпалила я, скрестив руки на груди, чтобы защититься от холода.

Было прохладно, а я не надела обувь.

- Я не знал, что вы будете здесь сегодня... Похоже, вы часто здесь бываете. - Это был не столько вопрос, сколько утверждение.

- Если ты этого не хочешь, мы не будем сюда приезжать!

- На самом деле, скорее наоборот...

Он сделал неуверенный шаг ближе, скрестив руки на груди и опустив голову.

Внутренне я кричала, чтобы он подошел еще ближе, разомкнул объятия и заключил меня в них. Я хотела, чтобы он уткнулся носом мне в шею и попросил, чтобы я вернулась с ним в дом.

- Твои родители захотели больше с нами общаться. Независимо от того, будешь ты со мной или нет. - Эти слова слетели с моих губ, и я вдруг поняла, что ноги окончательно замёрзли. - Ну, было приятно тебя увидеть, Руслан. Береги себя.

Я подошла к своей дверце.

- Ева, перестань...

Он шел за мной по пятам.

- Руслан, мы уже танцевали этот танец раньше, и теперь у меня на ногах кровь и синяки. Я больше не хочу этим заниматься.

- Есть кое-что, что я должен сказать. Нам нужно поговорить. Я не планировал увидеть тебя сегодня вечером, но это не меняет того факта, что я рад, что ты здесь, или что нам нужно поговорить.

- Я не могу, - прошептала я, ненавидя дрожь в своём голосе.

Я ненавидела свою слабость, я понимала, что моя защита рухнет, если я останусь здесь, чтобы поговорить. Я села в машину и уехала.