Глава 12. Алена

Чтобы собраться не нужно много времени.

Что нам надо-то?

Чистые и выглаженные платья для себя и дочки я всегда готовила заранее. Они все в шкафу висели.

Я купала Лизу и никак не могла согнать с лица глупую улыбку. В теле бродило возбуждение после утренних выкрутасов Минаева.

И успокаиваться оно явно не планировало.

А я вспоминала его планы на ночную компенсацию компенсацию и покрывалась мурашками. Сергея невозможно не хотеть. Он очень красивый. Суровой, дикой, мужественной красотой.

Неудивительно, что меня потряхивало.

– М? – Лиза в одних трусиках спрыгнула с кровати.

Ткнула пальчиком в сторону ванной.

– Поиграть? – я уже понимала, чего она хочет. Всегда после купания оставалась там доигрывать со своими игрушками. Мыла кукол, а потом сушила им волосы игрушечным феном. – Иди, конечно.

Дочь умчалась, а я села на кровать.

Скомкала влажное полотенце в руках.

То, что предложил Сережа – шикарный выход. Я успела уже погуглить про этого врача. Действительно, специалист, который много кому помог.

Если с ним Лиза начнет говорить…

Я согнулась. Уронила лицо в ладони. Господи, я ничего сильнее на свете не хочу. Только бы с ней все было хорошо.

Только бы моя девочка была здорова.

И Сереже так хочется довериться. Я уже успела забыть каково это, когда о тебе так заботятся. Когда кому-то не все равно, что у тебя на сердце и как ты себя чувствуешь.

Я шумно выдохнула.

Нет. Чувства к нему не прошли. Но махнуть на все рукой и согласиться снова быть с ним я уже не могла. Я не одна. И больше всего мне нужно думать не о себе.

О Лизе.

Да, она здорово поладила с Сережей.

Контакт, которого я не ожидала. Хотя, что удивительного?

Я закусила губу.

Еще и вот поэтому мне страшно. Даже думать не хочу, что он со мной сделает, когда узнает. Минаев в гневе страшен. Я видела его таким только один раз. И это положило начало концу нашего с ним брака.

Всему виной сосед.

Склочный противный прапорщик, который неизвестно зачем вдруг ляпнул Сергею, что я как будто бы погуливаю, пока он в командировках.

Избил его тогда Минаев страшно.

На скорой в больницу увезли. А мужа моего забросили на гауптвахту на двадцать суток. С тех пор и началось…

Каждый выход из дома сопровождался его вопросами.

Словно бы незначительными.

Но я видела, что ревность его пожирает. И обижалась. Он не доверял мне. Мне! Той, что на других мужчин даже смотреть не могла с момента знакомства с ним.

Я просто не выдержала.

Скандалы, которые заканчивались его просьбами о прощении и безумным сексом. Я устала. Я хотела спокойной жизни, как в самом начале. Но он не мог уже остановиться.

И я ушла.

Посчитала, что так мне будет лучше.

И что сейчас?

Когда он узнает, что я тогда унесла под сердцем его дочь… Что не рассказала, когда сама это поняла…

А кому было рассказывать?

После нашего развода парней опять сорвали в командировку. А когда они вернулись, Лиза уже научилась сидеть самостоятельно.

Я струсила.

Решила, пусть все так и останется.

Разве я могла предполагать, что все обернется именно так?

Что наши чувства продлятся так долго?

Я зажмурилась. Страшно-то как. Душа ныла. Даже в желудке поселился какой-то странный сосущий комок.

Тяжесть.

Нужно просто решить, что делать дальше.

Но именно этого я сделать и не могу. Была бы я одна, все было бы в разы легче. А теперь я не так мобильна. Просто так не встанешь и не уйдешь куда глаза глядят.

Я посмотрела на часы.

Два часа уже прошли. Сережа не звонил.

– Дочь, ты поиграла? – я встала и зашла в ванную.

Комок внутри разросся до неимоверных размеров.

Лизины куклы словно русалки плавали в воде. И болтали по телефону.

По моему.

Как дочь умудрилась его стащить втихаря? Я выхватила аппарат из маленьких пальчиков.

Потыкала кнопки, экран.

Бесполезно. Он весь был пропитан водой. Я в изнеможении опустила руки.

– М? – Лиза напряженно следила за мной.

– Доченька, – я присела на корточки рядом с ней. – Это же мамин телефон. Его нельзя было трогать. И мочить его нельзя было. Мы теперь не сможем никому позвонить, понимаешь? И новый такой я купить не смогу, у меня столько денежек нет.

Детское личико сморщилось.

Она громко засопела. Все понимала. Даже ругать не надо. Она осознала, и сейчас будет реветь.

Я притянула еще непросохшую головенку к своей груди.

Моя ты крошка.

Маленькая, но такая чувствительная.

– Не плачь, Лизок. Не плачь. Просто больше не бери мамины вещи без разрешения, ладно?

Я сморщилась и сама.

Плохо. Очень плохо.

Денег у меня оставалось совсем мало. Надо искать новую работу. И быстрее. Я не готова пока начинать отношения с Минаевым заново. Не смогу ему признаться, что Лиза его родная дочь.

А значит, я должна обеспечивать нас самостоятельно.

И желательно в таком месте, куда я смогу брать дочь с собой. Мне ведь просто некуда ее девать. Попасть в садик просто нереально пока что.

Я постаралась отвлечься сама и отвлечь дочь.

Мы спустили воду из ванны. Высушили ее игрушки. Надели на кукол платья. Когда пришла пора готовить обед, я начала волноваться.

А когда настало время ужина, мне стало почти все равно.

Внешне.

Потому что внутри я медленно умирала.

Обманул? Разыграл? Посмеялся над доверчивой бывшей?

Даже если не смог дозвониться на мой погибший телефон, то почему не приехал?

Я уложила Лизу спать и подошла к окну.

Тихий двор. Только фонари и припаркованные на ночь машины.

Сергея нет.

Все решилось само собой. Он исчез. Избавил меня от необходимости думать о нашей возможной совместной жизни.

И мне бы радоваться, наверное. Но я вытирала злые слезы со щек. Сдерживала глухие рыдания, чтобы не разбудить свою малышку.

И даже тихий стук в дверь расслышала не сразу.