Глава 20

Атмосфера волшебства и праздника окружает меня, и я ощущаю себя совсем юной. И пусть я одна, но в эту ночь чувство одиночества растворяется. Кажется, будто любые, даже самые заветные желания, могут исполниться. Единственное, что вызывает тревогу, — мысли о моём будущем бывшем муже.

«Правда ли он заложил дом, чтобы вложиться в изобретение Лауры?» — пульсирует в голове. Не думала я, что он настолько неразумен. Волей-неволей прихожу к идее, что у него были серьёзные причины так поступить.

Я мотаю головой, стараясь избавиться от этих размышлений. Не собираюсь я его оправдывать! И помогать, если набедокурит, тоже не буду. Сам пусть выпутывается! Кивнув себе, оглядываюсь по сторонам и замечаю фрау Грету и фрау Леону в толпе. Радостно улыбаясь, направляюсь к ним. Они встречают меня тревожными взглядами.

— Достопочтенная баронесса, как вы? — начинает фрау Грета почти шёпотом. — Мы слышали, что господин мэр вас… выгнал?

Чувствую, как внутри поднимается волна возмущения.

— Ох, это всё враньё, — заверяю я, но тут же добавляю, не давая им полностью выдохнуть: — Он не выгонял меня. Я сама ушла. Вернулась в дом своих родителей.

— И как же вы теперь будете жить? — фрау Грета смотрит на меня с явным сочувствием. — Надеюсь, достопочтенный барон хотя бы пообещал вам содержание.

— Этого не потребовалось. В скором времени я планирую открыть свою свечную лавку в городе, — отвечаю с улыбкой. — И я была бы вам очень признательна, если бы вы дали мне рекомендацию.

— Рекомендацию? — удивляются они в один голос.

Я достаю из сумочки две свечки, упакованные в плотный пергамент, и протягиваю их дамам.

— Да. Вот эти экземпляры я изготовила специально для вас, — поясняю на их изумлённые взгляды. — Помню, что в прошлую нашу встречу, вы говорили, что хотели бы себе мою свечу.

— Ах, это… — они практически синхронно разворачивают упаковку. При взгляде на объёмные розочки и завитки их глаза загораются.

— Какая изящная работа! Неужели вы сами их изготовили?! — восклицает фрау Леона. — Как вам это удалось? Я видела свечи прежде в своём детстве, но такие вижу впервые. Достопочтенная баронесса…

— Прошу, зовите меня просто Мари, — говорю я, улыбаясь ещё шире. — Способ изготовления проще, чем вы думаете. Однако я пока сохраню его в секрете.

— Я непременно расскажу о том, что вы делаете, своим знакомым! — заявляет фрау Грета. — Люди должны знать, что есть такие изящные и красивые вещи.

— Благодарю вас, — слегка кланяюсь и передаю им визитные карточки. — Я принимаю заказы на изготовление. Если понадобятся ещё свечи, напишите по этому адресу.

Внутри появляется лёгкое удовлетворение. Сарафанное радио и прежде помогало мне в делах. Надеюсь, и сейчас оно сослужит добрую службу.

Музыканты начинают играть. Молодые девушки и дамы постарше выстраиваются вдоль стен в ожидании приглашения на танец. Я высматриваю среди дам тех, кто выглядит дружелюбно и мог бы уделить мне несколько минут для беседы. Но вдруг замечаю, что ко мне приближается ректор Клаус.

Он в своём бело-синем кафтане и маске выделяется среди остальных. И это странно, но что-то в нём как будто изменилось. Не могу толком объяснить. Просто когда он подходит ко мне и, не сказав ни единого слова, протягивает руку, на душе становится так радостно. Я, не задумываясь, вкладываю в неё свою. И только когда ректор Клаус выводит меня в центр зала, я понимаю, на что именно подписалась. Танцы! Вот ведь незадача… Я понятия не имею, как принято танцевать здесь, так что риск опозориться крайне велик.

Однако в момент, когда моя паника достигает своего пика, начинает звучать вальс. Сердце вздрагивает, а после начинает биться быстро-быстро. Я вздыхаю, думая про себя, что в последний раз танцевала вальс на выпускном. Как же давно это было...

Ректор ведёт уверенно, плавно, и мне становится так легко и весело. И даже множество косых взглядов людей, явно озадаченных моим смелым платьем, не могут испортить это ощущение.

— Фрау Леоне и фрау Грете понравились мои свечи, — говорю я, поднимая глаза на ректора.

Он лишь кивает, не произнося ни слова. Я пытаюсь заглянуть в его глаза, чтобы понять, интересна ли вообще ему эта тема. Но он слишком высок, чтобы я могла увидеть. К тому же маска скрывает его лицо. Разобраться не выходит, так что я смиряюсь и просто благодарю его за помощь. Он снова кивает и сильнее сжимает мою ладонь. Только сейчас я замечаю, что на нём нет перчаток. Я чувствую тепло его ладоней. И на миг мне даже кажется, что я слышу, как бьётся его сердце. Так же быстро, как моё.

Музыкальная партия постепенно подходит к концу. Ректор Клаус возвращает меня к моим знакомым фрау и кланяется, благодаря за танец. Я с улыбкой склоняю голову в ответ. В дверях появляются несколько студенток — молоденькие, нарядные, каждая в своей маске. Одна из них с сердитым выражением лица бросает взгляд в мою сторону, и мне становится немного не по себе.

«Вот только этого не хватало», — думаю я, заметив, как девушки начинают шептаться.

— Посмотрите на неё! Танцует с другим мужчиной, хотя сама замужем, — доносится до меня их перешёптывание. — Неудивительно, что муж её выгнал.

Я вдруг понимаю, что абсолютно все в зале смотрят на нас. Лицо обдаёт жаром. От прежнего настроения не остаётся и следа. «Что теперь делать? Как объяснить всем, что этот танец всего лишь благодарность за помощь? И не навредят ли мои слова ректору?» Я опускаю голову, собираясь с мыслями. В такие моменты ощущаешь, насколько хрупкой может быть только что обретённая уверенность.