Глава 37

Сегодня вечером я иду в ресторан с Прохоровым.

Красочный букет цветов, источающий невероятный аромат по всему кабинету, напоминает об этом, как только смотрю в сторону окна, за которым царствует пасмурная серость осенних будней.

В кабинет заходит Маша и застаёт меня, как раз стоящей возле подоконника.

– О, погода нынче – дрянь, – понимающе вздыхает она, приближаясь ко мне, и замечает букет. Девушку бесит, что директор положил на меня глаз, ведь она сама хотела быть на моём месте. – Этот даже лучше прежнего… А говорила, что он тебе безразличен. Эх, Аня-Аня, нехорошо врать.

– Не придумывай. Я вовсе не пыталась привлечь его внимание, если ты об этом.

– Да ладно, может хоть с этим мужиком повезёт… Он классный. Шикарные букеты вон дарит… Я б с ума сошла от такого.

Маша прислоняется носом к бутонам и вдыхает полной грудью. На лице благоговение и восторг:

– Ах, класс…

Я издаю смешок. Она, действительно, сходит с ума. Маша – молодая красивая девушка, всё при себе имеет, с характером, свободная к тому же: без опыта брака и материнства. Чистый лист, на котором писать и писать… Не знаю, почему Прохоров обратил внимание на такую, как я… Впрочем, он же многого обо мне не знает. И вряд ли услышанное понравится мужчине.

– Мария Владимировна, вот вы где, – в дверном проёме появляется Прохоров.

– А, – Машка подпрыгивает от неожиданности и выпрямляется в спине. – Да, Сергей Владимирович…

– Зайдите ко мне, пожалуйста. Это срочно.

– Конечно-конечно… Уже иду.

Она плавится, как зефирка на огне, и проплывает мимо него походкой от бедра.

– Захватите документацию, я сейчас подойду.

Когда Маша исчезает с горизонта, Прохоров переключается на меня.

– Всё в силе, Аня?

– Да… Заедешь за мной в семь. Я сама спущусь.

– Отлично, – расплывается в улыбке Сергей и пробегается по моему платью. – Прекрасно выглядишь.

– Спасибо, – слегка смущаюсь, а руки сами оттягивают платье вниз.

Я попросила Артёма посидеть с Катей. Они не будут скучать – в этом я уверена, как и в том, что на Артёма можно положиться. Услышав о том, что они останутся вдвоём без меня на пару часов, Катя ничуть не огорчилась, даже жутко обрадовалась этому факту. Будет им раздолье без присмотра слишком осторожной и строгой мамы… Чувствую, оторвутся по полной.

Как только Артём пришёл, я начала сборы. Вытащила из гардероба самое нарядное платье. Изумрудного цвета с чёрными вставками и без бретелей… Короче, держится на всём родном. Из-за стресса, одолевавшего меня в последнее время, я похудела, и это был бы бесспорно радостный факт, если бы не причины данного события. Зато платье сидит на мне отлично. Локоны я уже подвила, осталось нанести макияж… И Золушка готова.

В комнату вбегает Катя, раскрывая двери нараспашку.

– Ого! Мама, ты такая красивая! – она начинает играть с лёгкой тканью подола. – Я тоже хочу нарядиться, как и ты!

Дочь выбегает и зовёт Артёма, который и так уже меня видит, отчего застывает как вкопанный и держится на расстоянии.

– Идём, посмотри, какое у мамы красивое платье! – тянет Катя его за руку.

– С этим не поспоришь, – оценивает бывший муж наряд вблизи, пока я крашусь. – Какое-то грандиозное событие?

– Можно и так сказать, – дёргаю оголённым плечом и морально настраиваюсь на стрелки. – Прохоров пригласил меня в ресторан.

Не вру. Пусть знает всё, как есть. Мне даже интересна его реакция.

Артём молчит, но я чувствую, как он негодует. Ладно, просто его озадаченное лицо отражается у меня в зеркале.

– О, ну если Прохоров, то конечно… Грандиозное.

От этой издёвки рука дёргается в самый ответственный момент, кривая стрелка отпечатывается на веке. Чёрт!

Я поворачиваюсь к Артему с «благодарным» видом и, прищурившись, спрашиваю:

– Скажи, если бы ты раньше узнал это, то не пришёл бы сидеть с Катей?

– Я бы пришёл в любом случае, даже если бы тебя кадрил сам президент, а не какой-то там Прохоров.

Закатываю глаза на этот пафос. Вот зачем только спросила?

– Никто меня не кадрит.

– Вот я тоже так думаю, – его колкий взгляд жжёт лицо. – Ты сама, видно, стараешься…

– А ты можешь думать на расстоянии? – двусмысленно посылаю его подальше.

Подводку выбрасываю обратно в косметичку. Обойдёмся без стрелок. Действительно, для кого так стараюсь?

Поправляю открытое декольте руками, в то время как Артем помогает мне это сделать своими округлившимися глазами, фиксируя их на моей приподнятой груди. Он стоит чуть сзади, и я вижу в отражении, как дёргается его кадык.

– Один момент, – хрипит его притихший голос.

Пальцы Артёма дотрагиваются до спины и задевают кожу, отчего вздрагиваю и замираю. Что он делает?

Ухватившись за бегунок на молнии, Артем закрывает тот сантиметр, до которого не дотянулись мои руки.

– Готово, – кивает он и смотрит в зеркало на моё растерянное лицо.

– Спасибо…

– Сюда отлично подойдут «виноградные гроздья», – кивает мужчина на вторую пару серёжек, которые приготовила для образа, когда не могла выбрать лучшие. – Прохоров с ума сойдёт.

– Что ж, – специально беру другую пару и поясняю. – Тогда выберу эти… Не хочется провести вечер с сумасшедшим.

Артём усмехается и отходит к дивану вместе с Катей, которая достала детскую косметичку. Я завершаю макияж, посмеиваясь от их диалога:

– Артём, давай поиграем в салон красоты, смотри, сколько у меня косметики: детские помадки, блеск, тени, лак…

– Ты тоже на бал собралась? М? Тебя точно не отпущу, не хочу скучать здесь один.

– Да не-е-ет… Я буду красить тебя.

– Что? О нет, дорогая… Я не намерен очаровывать принцев.

– Ну, Артём, это же понарошку… Ты придёшь в салон, а я буду мастером. Ещё прическу сделаю. Потом поменяемся.

– Ты в курсе, что мальчики не красятся? И волосы у меня короткие. Так что: «Нет, нет, нет…»

– Да-да-да…

– Мама, спаси, а? – жалостливо обращается мужчина ко мне. – Какой ещё макияж? Кате надо было тебя разукрасить, чтоб Прохоров «заценил».

– Нет, не спасу, – безжалостно смотрю на него и целую дочь в лоб. – Развлекайтесь и пофоткаться не забудьте.

Моё внутреннее я злорадствует. Зная нашу настойчивую дочь, сегодня Артём будет симпатичнее самого Зверева. И «звезда в шоке» будет однозначно.

– Точно! – хлопает в ладоши Катя. – Я тебя сфоткаю и маме отправлю.

– Этого ещё не хватало.

– Да-да…

– Ладно, а кто хочет посмотреть суперкрутой мультик? – хитрит Артем.

– Вот накрасимся, нарядимся и посмотрим, – огибает эту уловку для наивных карапузов Катя.

Истошный вздох Артёма заставляет меня захихикать. Я пшикаю пару раз на себя любимые духи и накидываю пальто. Время семь часов – пора выходить.

– Мам, ты долго будешь?

– Нет, солнышко, – чмокаю Катю в щёчку. – Скоро приеду. Не скучай.

– Можешь не торопиться, – вставляет на прощанье Артём свои пять копеек. – Судя по всему, нам не придётся скучать.

– Как скажешь, – сминаю прокрашенные губы. – Если что – сразу звоните.

– Постараемся не отвлекать понапрасну…

Артём знатно старается испортить мне настроение перед свиданием, или что это?

– Не ревнуй, Бродский. Будет и на твоей улице праздник.

– П-ф-ф, не смеши, какая ревность… – наваливается на стену. – Тем более к кому?

– Тогда не ёрничай и глаз с Кати не спускай. Головой отвечаешь.

– Вас понял, босс, – наигранно чеканит мужчина. – Топай уже. Смотри не навернись на каблучищах своих…

Просто пропускаю мимо ушей его колкое замечание и надеваю туфли, которые выгуливаю исключительно по праздникам.

– Пока, детка, – машу на прощанье Кате, максимально игнорируя бывшего и его оценивающие взгляды.

Я, наконец-то, выхожу, а Артём закрывает за мной дверь. В прохладном подъезде становится гораздо легче – естественный румянец на щеках частично спадает.

В кармане пальто вибрирует телефон. Сергей уже на месте и ждёт меня.

– Я уже спускаюсь, – щебечу, неуверенно преодолевая на каблуках несколько ступенек, и вызываю лифт.