Глава 29.

Сука!!! Бл*****ть! Миллиард матов!

Земфира сняла трусы и смотрит на меня горящими глазами. Улыбается порочно и начинает манить пальчиком.

— Хочешь туда?

Платье повыше задирает, показывая мне свою гладко выбритую, аккуратную киску.

— Ты больная?! — ору на неё, отворачиваюсь. — Пьяная вдрызг! Немедленно трусы надень обратно и в зал возвращайся! Твой любовник устроит нам разнос!

Штырит. Корёжит. Пальцы дрожат, сердце в агонии бьётся. Как теперь жить? Очередное долбанное испытание в мою жизнь пожаловало.

— Веня? — хихикает. — Не устроит. Он не узнает.

Спрыгивает с раковины, приближается. Я валить собираюсь, она не позволяет.

— Ты всегда обо мне мечтал, Вяземский! — подкрадывается и обнимает сзади, прижавшись большими сиськами к спине. — Вон она я. Здесь. Как тебе мой образ?

Пиздецки.

— Так бери, чего ломаешься? Я не против. Я тоже тебя очень сильно хочу.

И её руки начинают медленно скользить по моему животу вниз к паху. Воздух не поступает больше в лёгкие. Меня будто жарят на сковороде. Терпение висит на тонкой ните. Как мне сдержаться?!

— А это, вот, подарок, — она что-то вкладывает мне в карман пиджака. — Прости, что долго тебе не писала, не звонила. У семьи проблемы были, мы были вынуждены скрываться. Потом то, да сё. За границей я потерялась. Потом Веня… И, представляешь, он сказал, что надо на встречу съездить, а тут ты. Надо же, судьба.

Её шаловливые пальчики заскользили к брюкам… Залезли под резинку трусов, коснулись головки члена.

— Я ЖЕНАТ! — рычу, выдёргивая её руки из своих трусов. — Да что ты творишь!!! Пьяная, проспись, Земфира!

— А жене мы не скажем…

— Да блять! У меня ребенок и второй вот-вот родится!

— Разве в наше время дети — это замок на члене? Вяземский, да кто узнает, ну? Всего лишь немного пошалим. Я скучала… — опять в трусы настойчиво рукой полезла. — Мне тебя не хватало… Понимаю, у тебя своя жизнь, у меня своя. Давай хотя бы один раз секс? Закроем гештальт. Нам полегчает. Успокоимся. Разбежимся.

— Нет!

— Охренеть, — хмыкает с издёвкой, — ты каблук, что ли? Я тебя не узнаю! Домашним мальчиком стал? — расхохоталась. — Не позорь меня, Илюш.

— Заткнись! Какой я тебе Илюша!

Дёрнула пряжку ремня, молнию чиркнула и потянула штаны вниз.

— Я скучала… Я так скучала…

— Пошла вон!

Развернулся и отпихнул идиотку ебливую. Она спиной в стену врезалась и рвано выдохнула, притихнув.

Быстро натянул штаны, вышел из уборной. С Рудковским попрощался, уговорив перенести встречу, сам такси вызвал и уехал.

Вышел за одну остановку до дома. Пешком шёл, воздухом дышал и курил. Много курил.

Сука, трясло меня всего. Наизнанку нутром выворачивало.

Земфира…

Моя первая девушка. Первая любовь. Сильная и одержимая.

Мой первый раз случился с ней, в гараже её отца.

Она стала моей первой, а я стал у неё первым.

Думал о ней бесконечно долбанных десять лет, потом остывать начал, когда работа с головой накрыла и другие бабы появлялись.

А потом Варя…

И снова Земфира.

Вот какого хера она вновь ворвалась в мою жизнь…

* * *

Руки чесались, член… чесался к шлюхам немедленно поехать в бордель, как и раньше, до свадьбы с Варей, но я каким-то образом пересилил себя, сдержался. Как сдержался?

Нагулявшись, в гараже закрылся. В машину сел. Часа два смотрел порно и дрочил, как ненормальный, выдёргивая из себя запретную, отвратительную похоть. Надеялся, поможет. Но в голове теперь прошлое… Земфира. Как она меня, моей головки набухшей кончиком ноготка касается, облизывая алые губы.

К дьяволу! Я не хотел думать о Земфире, мне противно было её хотеть в мыслях, но я не мог остановиться.

Это похоть. Болезнь. Безумие разбушевавшихся инстинктов.

Меня тошнит от самого себя! Я себя проклинаю и ненавижу за блядские мысли, за поступки, за ложь свою!

Но я… НЕ МОГУ ОСТАНОВИТЬСЯ.

Совестно. Омерзительно. Стыдно.

Я же так сильно Варю люблю…

Не хотел сорваться, навредив Варе, а с напряжением срочно нужно было что-то делать, поэтому решил в машине пар спустить.