Глава 62.

— Всем только на руку была твоя амнезия. Юсупов дал приказ никому не упоминать о твоей семейной жизни, чтобы полностью получить над тобой контроль. Кто нарушат приказ — смерть без суда и следствия.

— Я мог бы догадаться! — цежу сквозь зубы.

— Не мог. Таблетки заменили, указания Юсупова строго соблюдались. Да тебе никто не врал, по сути, просто не договаривали о той части твоей жизни, где присутствовала семья. То, что ты был влюблён в меня, так это правда! Да ты молился на меня, изводился весь, бедненький, мечтая поиметь!

— Заткнись! Значит, я ещё не знал тогда, какая ты блядь.

— Но согласись, — вздёрнула подбородок, — я мастерски к делу подошла, ты почти стал моим… я вытрахала тебя капитально во всех смыслах этого слова!

— Рот закрыла, шлюха!

Я опять замахнулся, но уже кулаком, вовремя притормозил.

Провоцирует же, как сильно из себя выводит, ведьма.

— Но ты и правда крепким орешком оказался. А я так старалась… Так старалась тебя совратить. Но ты так и не поимел меня! Ты козёл! Почему??? Неужели я реально лучше Вари? Чем же? Я идеальна! Я своё тело всю жизнь совершенствую и миллионы в себя вкладываю, а ты не оценил, не дал слабину! Обесценил меня и предпочёл простушку, домохозяйку вонючую.

— Жаль, что ты только внешне в себя вкладывалась, стоило бы изнутри себя всё говно вычистить. Потому что внутри тебя канализационная, вонючая яма.

— Не узнаю тебя, Вяземский, совершенно не узнаю! — трясёт она головой в нервном психозе. — Может ты не мужик вовсе? Стал подкаблучником каким-то, когда эту встретил… Жену твою, медсестричку! Что в ней такого, ни хрена не пойму! Чем она тебя зацепила? Заимела по полной, крепко за яйца схватила. Даже с провалами в башке, ты всё равно меня не захотел! Хотя были моменты, когда ты почти… ну почти сдался… Что тогда, что сейчас!

Теперь Земфира горько разрыдалась, но это по-прежнему не разжалобило меня, ни чуть. Она хотела в спину мне нож вонзить. Она замышляла тёмные дела за моей спиной и сегодня ей поручили меня убить.

— Вообще, мы тебе одолжение так-то сделали. Ты сам хотел забыть Варю и детей, чтобы обезопасить их от опасностей, потому что ты — главное лицо Кобры, а они — твоя единственная слабость. Такая твоя работа — нести хаос и смерть, быть чужой пешкой и вертеться в мире больших денег и криминала. Тебе не под силу было изменить свою судьбу, хотя ты из кожи вон лез, чтобы быть с родными. А потом авария…

— Её ты тоже подстроили?

— Нет, нет! — резко запротестовала. — Не знаю кто. Может это вышло случайно. Ты в тот день гнал как проклятый, ездил к ним… чтобы посмотреть. Спустя семь месяцев воздержания. Юсупов узнал об этом, разозлился. Он думал, ты дашь слабину из-за семьи, не продержишься, предашь его. Он ревновал! Ревновал, что он был у тебя на первом месте, а стали они… Но не убивать же их? Хотя, думаю, он был близок к этому. Он бы смог подстроить всё как несчастный случай… Утечка газа, например, ДТП… А тут такая удача — твоя амнезия!

— СУКА!

Я не знаю, что чувствовал в этот момент, меня будто в адском котле варили, вонзая в меня ржавые, длинные кинжалы.

— Варя! Что ты знаешь о ней? Хочу увидеть её фото!

— Фотографий у меня нет. Вы с Варей в клинике познакомились, ты с ранением пулевым загремел, она откачивала тебя, ухаживала за тобой… Дальше закрутилось у вас, беременность… одна, вторая… ты полюбил её, Вяземский, как больной! Но ты из Кобры, а это риски. Юсупов тебя отпустил вроде как, но потом призвал снова. А потом… я тебя в отель заманила, камеры установила… жаль, ты не отдался мне тогда! — хмыкает. — Так сильно полюбил свою Варю?! Что мне отказал! Мне! Своей первой! Во всём!

Опять в голове какой-то удар невероятный и я что-то вспомнил, хватаясь за виски.

— Да, это я ей на тебя фото и видео компрометирующие отправила, чтобы разлучить вас и место её занять, чтобы шпионить для Рудковского!

Не видел лиц, мутно всё очень, бегло. Но я вспомнил, что расстались мы из-за присланного из неизвестного номера компромата на меня.

Это правда. Сто процентов.

Не знаю, откуда я это знаю, но я уверен, что было именно так.

Земфира ещё многое мне рассказала, голова уже не просто взрывалась, она кипела. Я отметил, что прошло почти два часа с момента моего прихода. Пора что-то с ней решать. Закрыть дело и вернуть, нахуй то, что они у меня отняли.

Моё сердце колотилось как бешенное, я понимал, я хочу их увидеть! Хочу увидеть свою жену, свою дочь и сына.

Земфира сказала их зовут Соня и Саша…

Аж не могу, как меня разрывает, будто в мясорубке.

— Значит так, — наклоняюсь к ней, пронзая взглядом, — звонишь сейчас Рудковскому, говоришь, что я мёртв.

— Он попросит фото или видео доказательства!

— Не проблема, подыграю, ты меня научишь как это делается, актриса хренова. Что, в порно играть, дырками и сиськами трясти надоело, в криминал подалась? Чёрт возьми, какая же ты мразь, Земфира! Мне противно, до блевотины отвратительно думать, что я когда-то мечтал о тебе больше всего на свете и хотел до полоумия. А ты? Где яд прятала?

— Не получила я его ещё! — взвыла она и разрыдалась сильней, свернувшись клубком на диване.

За волосы и вторую пощечину, встряхнул хорошенько, она и заговорила как миленькая, особенно, когда мой нож увидела блуждающий по её ноге.

Лезвие царапнуло кожу… Она завизжала:

— В сумочке, в сумочке моей! Косметичка, там помада такая… Самая большая, золотой флакон.

Нашёл её сумку на трюмо, вывернул всё содержимое и взял в руки тот самый флакон, о котором она говорила. Открыл его, внутри оказалась ампула, а там белый порошок.

Тварина, ненавижу!!!

Значит, заранее была готова, выжидала лишь приказ своего хозяина, собачонка потасканная.

Взял флакон, сжав в кулаке, и посмотрел на предательницу холодно, произнеся:

— Вода или еда? Выбирай…