Глава 75.

За нашими спинами послышался шорох. У Ильи сработала реакция. Он напрягся и резко оглянулся, принимая этот шорох за надвигающуюся опасность.

В этот миг я наблюдала за его лицом, и то, что я увидела в его мимике, это бесподобно!

Илья смотрел на Сашку, который выполз из-под кровати и смущённо присел на её край. Он очень хотел подойти к нам, но стеснялся. Не понимал, кого сейчас видит перед собой…

— Саша, — тихонько позвала сына, улыбаясь сквозь слёзы, — это папа. Это твой папа. Он приехал. Вернулся к нам!

Вяземский за секунду оказывается напротив ребёнка. Ещё один миг, и он подхватывает Сашку на руки, прижимая к груди.

— Саша… Сынок… Я так долго ждал этой встречи… Это правда. Я папа. Я твой папа! Прости меня за всё, сынок, прости…

Сашка, понимая, что перед ним настоящий отец, улыбнулся. На его круглых щёчках появились ямочки, а в глазах искорки восторга, когда маленькие ручки крепко вцепились в куртку Ильи.

Такой трогательный момент… Он разрывал и выворачивал мою душу. Лицо Ильи излучало такую нежность и любовь, что было невозможно устоять перед этим зрелищем.

— Папа, — сказал тихо-тихо Сашка, — па-по-чка!

Я закусила губы, чтобы не разрыдаться навзрыд. Наблюдала за ними, сопереживая этому моменту так эмоционально сильно, как никогда. Илья что-то шептал сыну, поглаживая его, малыш радостно кивал в ответ, продолжая обнимать отца.

Это был миг воссоединения, миг, который столько лет был моей мечтой и надеждой… Я приняла правильно решение, мы должны быть вместе. Мы — семья. Я не могу без Ильи, а он не сможет без нас.

Теперь, когда большая часть проблем решена, мы должны держаться вместе. Дать друг другу шанс. Понять, принять, простить друг друга. Я, наконец, понимаю, что Илья не самый ужасный человек на планете.

Теперь я верю ему. Верю его рассказу, как он стал жертвой Юсупова против воли, как из него воспитали зверя для убийств, сильно его ломая. Я проникаюсь его историей, которую прокручиваю в голове, здесь и сейчас, когда Илья обнимает наших детей. Я вижу, как горят его глаза, как они слезами наполняются! Это самое искренне, самое невероятное, что я видела в человеческих эмоциях.

Подхожу к ним, обнимаю всех их разом. Так, мы стоим втроём несколько секунд, окутанных теплом и счастьем безумно важных для нас секунд, а потом вынужденно возвращаемся в реальный мир…

Когда отстраняюсь от них, становится вновь холодно и волнительно.

— Нам надо бежать, на всё про всё пять минут.

Лицо Ильи вновь обретает суровые черты.

— Тогда надо собрать вещи. Куда бежать?

— Бери только всё самое необходимое, остальное купим. За границу надо, Варя. Как можно дальше от эпицентра этого пекла.

Илья нехотя отстраняется от детей, которые виснут на нём как липучки, делает звонок по мобильному, отойдя к окну.

— Заур, есть разговор…

Сосредоточенно и осторожно выглядывает на улицу, осматривая местность.

Пока он решает дела, организовывая наш отъезд, я в панике хватаю вещи первой необходимости.

Голова продолжает раскалываться, я старюсь не думать о травме, действую на адреналине.

— Мамочка, что мы будем делать?

Соня подходит ко мне и начинает помогать складывать вещи в сумку.

Я глажу её по головке, обеспокоенно глядя на дочь. Тревога, рвущая всё внутри, не оставляет меня ни на секунду. Мне кажется, ужасы ещё не закончились. Может Илья и устранил Олега, но его сообщники?

— Отправимся в путешествие, всей семьёй.

— Путешествие? Ура! — взвизгивает радостно. — А правда, что папа больше никуда не уедет без нас? Правда, что он теперь навсегда-навсегда с нами останется?

— Ну конечно правда, милая, — целую её в лобик, ко мне Сашка подбегает, щечку подставляя, тоже требуя поцелуй.

— Всё, Варя, едем! — командует Вяземский грозно, часто метая взгляды в окно. Илья становится нервным, сосредоточенным и серьёзным.

— Но я…

Резко срывается с места, хватая в охапку детей.

— Срочно на выход.

— Еще не всё взяла… Надо немного подумать… Голова так болит…

— Оставь это, идём!

Подтолкнув меня вперёд, Илья, держа на руках Соню и Сашу, ещё и умудрился сумку мою на плечо взвалить.

Мы быстрым темпом покинули дом через чёрный вход. Илья запретил мне оборачиваться, когда мы вышли в коридор, спустившись по лестнице, я знала почему…

Не представляю во что Илья на грани ярости превратил Олега. И лучше мне это не видеть.

— А как же…

— Заур всё уладит, обещал помочь.

— Ты же сказал, что порвал все связи с Коброй.

— Верно, я не имею никакого отношения к клану больше, но Заур мой должник, он поможет мне. Нам.

В последний раз. Он поможет нам исчезнуть…