Глава 22

Я не успела ничего сказать. Они мгновенно столкнулись взглядами, как два хищника, готовых к схватке. Данил пристально смотрел на Оскара, его челюсть была напряжена, а прямой взгляд, казалось, готов был просверлить насквозь. – Не поздновато для гостей? – холодно заметил Данил, не отводя глаз. Оскар едва заметно приподнял бровь, сохранив внешнюю невозмутимость. – У меня тот же вопрос. В отличие от некоторых я был приглашён, – скрестив руки на груди, спокойно ответил он. Напряжение в воздухе стало почти ощутимым. С каждым мгновением я чувствовала, как атмосфера вокруг нас сгущалась, словно любой неверный шаг мог стать искрой для взрыва. – Лиз, я написал тебе, что заеду, но ты так и не открыла сообщение, – проигнорировав реплику Оскара, Данил обратился ко мне, хотя его глаза всё ещё сверлили стоящего в дверях мужчину. Я сделала шаг вперёд, чувствуя себя между двух огней. – Данил, я не видела твоего сообщения, – осторожно начала я, пытаясь сгладить острые углы. – Я понял, что ты была слишком занята, – на слове «слишком» он сделал акцент и снова посмотрел на Оскара. – Выходит, что сюда пускают только по приглашениям? Мне, наверное, чтобы увидеть сына, нужно записываться заранее? – насмешливо спросил он, но в голосе прозвучал вызов. – Может, и нужно, – спокойно вмешался Оскар, опираясь плечом на косяк двери. – Люди, знаешь ли, ценят своё время, планируют его. Данил посмотрел на него долгим пристальным взглядом. Его губы тронула холодная усмешка. – А ты у нас, я вижу, ценитель чужого времени, раз решил пробыть здесь допоздна. – Достаточно, – резко оборвала я, вставая между ними. – Данил, ты хотел что-то обсудить? Он перевёл взгляд на меня, смягчаясь, но лишь на долю секунды. – Я хотел увидеться с сыном. Матвей уже спит? – спросил он, специально подчеркивая свой статус отца. Точный завуалированный удар в сторону Оскара, говорящий, что он никто. Ох и мужики. Сколько можно мериться писюнами? Кто здесь главнее, кто круче, кто долгожданнее… – Еще нет, но собирается, – глубоко вздохнув, спокойно ответила я. – Мы сейчас будем купаться и ложиться спать. – Значит, поздновато для гостей, – как бы невзначай произнёс Данил, и его взгляд снова вернулся к Оскару. – Ничего удивительного, маленький ребенок всё-таки. Я бы в такое время не заявился в гости, – парировал Оскар, с трудом скрывая раздражение. И это был ответный завуалированный намек, что Данил тут тоже никто. – Ещё бы, – тихо бросил Данил, глядя прямо в глаза сопернику. Я закатила глаза, почувствовав, как напряжение между ними достигло своего пика, и, не выдержав, сделала шаг вперед. Пора заканчивать неуместную перебранку. – Хватит! – резко прошипела я. – Данил, если ты хотел навестить Матвея, то сделай это в следующий раз. Сейчас уже поздно. Не нужно его разыгрывать на ночь глядя. К счастью, сын так и не вышел из зала, по телевизору начались его любимые мультики. – Лиз, почему ты позволяешь ему вот так говорить со мной? Будто он имеет на это какое-то право? – спросил Данил, обращаясь ко мне, но указывая взглядом на Оскара. – Всё, хватит, Данил, – твёрдо ответила я. – Не перегибай палку. Оскар взглянул на меня, будто ожидая, что я скажу ещё что-то, но промолчал. Данил, казалось, хотел возразить, но тоже не нашёл слов. – Завтра я за тобой заеду, – вдруг сказал Оскар, обращаясь ко мне. – Ты мне обещала. – Хорошо, – кивнула я. – Тогда до завтра, – ответил он, застегнул куртку и, бросив ещё один быстрый взгляд на Данила, вышел из квартиры. Данил проводил его взглядом, закрыл дверь изнутри, а потом снова повернулся ко мне. – И куда же ты с ним завтра собралась? – Данил, пожалуйста, не начинай, – устало выдохнула я. Он тяжело вздохнул, устремив на меня напряжённый взгляд. Его тёмные глаза отражали смесь раздражения и тревоги. – Ты вообще понимаешь, что ты делаешь? – его голос был тихим, но в нём чувствовалась буря. – Ты о чём? – я постаралась говорить спокойно, но внутри уже закипала. – О нём, Лиз. Тебе не стыдно при нашем ребенке устраивать с левым мужиком слюнообмен? – его слова прозвучали резко, и я невольно сжала кулаки. – Данил, давай прекратим? – я сделала глубокий вдох, стараясь не поддаться на провокацию. Если он думает, что я начну оправдываться, то чёрта с два! Не дождется! – Ты не понимаешь, – он провёл рукой по волосам, будто пытаясь найти правильные слова. – Пока ты была занята с ним, я места себе не находил! Я заволновался, когда ты мне не ответила. Ты всегда мне отвечала, а сегодня… ничего. Даже сообщение не открыла. Я думал, что случилось что-то серьёзное. А теперь ясно, кем ты была так занята. Его обвинение словно молнией пронзило меня. Я сжала губы, борясь с желанием резко ответить. – Данил, я не обязана перед тобой отчитываться о каждом своем шаге. У нас с Матвеем всё хорошо, и это единственное, что тебе нужно знать. А вот мои отношения с Оскаром тебя никак не касаются, – сказала я, стараясь сохранить ровный тон. Он замолчал, опустив глаза. Плечи его обмякли, и напряжение в прихожей слегка ослабло. – Ладно, извини, – наконец тихо произнёс он. – Я не хотел на тебя давить. Просто я действительно испугался, что с тобой что-то случилось. Прости, что перегнул. Я посмотрела на него, всё ещё ощущая горечь его слов. – Завтра во сколько можно приехать? – уже спокойнее глядя на меня, спросил он. – До пяти вечера в любое время, – коротко ответила я. Он кивнул, на мгновение задумался и продолжил: – Я приеду в двенадцать и отвезу вас на мастер-класс по лепке из теста. Мы записаны. Там расписана целая двухчасовая программа для детей от года до трех лет. Матвею точно понравится. – Хорошо, – удивлённая неожиданным предложением, после паузы ответила я. – Значит, договорились, – пробормотал он, разворачиваясь к двери. На пороге он остановился, обернулся, и его взгляд был мягче, чем несколько минут назад. – До завтра, Лиз, – сказал он уже совсем тихо и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Я осталась стоять в прихожей, прислушиваясь, как затихают шаги Данила. Сердце билось неровно, будто за наш короткий разговор оно успело пройти марафон. Его слова всё ещё эхом звучали в моей голове, вызывая смешанные чувства. С одной стороны, его беспокойство было трогательным. Он волновался, переживал, хотел убедиться, что со мной всё в порядке. Когда-то я бы оценила это больше. А теперь? Я больше не знала, что чувствую. С другой стороны, его ревность начинала утомлять. Это был не первый раз, когда он заходил слишком далеко. Почему он решил, что имеет право ставить под сомнение мои действия, даже после всего, что случилось между нами? Я ведь давно установила границы, и каждый раз, когда мне казалось, что они определены, Данил вновь пересекал черту. Но больше всего меня мучил другой вопрос: что именно он хотел от меня сейчас? Оправданий? Их не будет. Пусть даже не надеется. Да, у меня есть Оскар, пусть привыкает. Я совру, если скажу, что мне не нравится уверенность, спокойствие и мягкая настойчивость Оскара, с которой он двигался вперёд. Он – полная противоположность Данилу. Когда он сказал, что соскучился, я почувствовала тепло, которого мне так не хватало. Оскар мне нравится, он хороший мужчина, надежный… Я ему доверяю. Когда в голове пронеслась эта мысль, я заставила себя остановиться. Неужели я готова снова открыться кому-то? Я вздохнула и провела рукой по волосам. Ответы на эти вопросы я ещё не нашла. Завтрашний день обещал быть не менее запутанным, но сейчас мне нужно было сосредоточиться на Матвее. Малыша пора искупать и укладывать спать. Вечерний ритуал хотя бы на миг отвлечет меня от мыслей, которые кружились в голове, как осенние листья на ветру.