Глава 17. Осень в сердце
«Если у тебя хватит смелости, чтобы сказать «прощай»,
жизнь наградит тебя новым «привет»…»
Не знаю уж, где они там скребли, однако Третьяковы выкупили у меня половину архитектурной студии не только по рыночной цене, но и с теми самыми пресловутыми тридцатью процентами сверху. А ведь мой адвокат предлагал продать им только четверть, а на оставшееся получать гарантированный доход, потому что хотя студия немножечко просела по количеству клиентов, но все ещё оставалась в первой десятке городских проектных институтов.
Однако я категорически не желала иметь с Третьяковыми больше никаких финансовых взаимоотношений. Именно поэтому это добро продала, а также намекнула:
– Как будешь готов выкупить половину квартиры, скажи.
Честно, я жила практически на чемоданах, в любой момент ожидая, что Толик явится обитать на Янкиной территории. В таком случае мне точно придётся быстро съехать.
А так, прикупив акции родного предприятия, которым полагалось хотя бы немного прибылью закрыть инфляцию, ещё часть средств вложила в недвижимость. Приобрела для себя не только квартиру в строящемся доме, но ещё и апартаменты под сдачу, поскольку где-то в глубине души мне, конечно, очень хотелось путешествовать, не работать и жить при этом на доходы от недвижимости.
Так что я сделала первый шаг в этом направлении, сказав себе:
– Почувствуй себя рантье, Лилиана Станиславовна, на старости лет. Хоть какая-то от Толика практическая польза, кроме детей. А так в сухом остатке от двадцати пяти лет брака только недоумение, потраченные нервы, психический вред и обиды.
С обидами было особенно неприятно: я понимала – хуже от них только мне, а бывшему мужу по фигу совсем, что он разрушил наш брак, но пока не могла достаточно просветлиться и войти в гармонию со Вселенной, чтобы гада этого простить.
Было грустно и печально.
А когда в Петербург пришла осень, выяснилось, что в этом году я переношу ее особенно тяжело, поскольку и настроение было ни к черту, да еще и бабье лето оказалось длиной всего лишь в три дня, а я как раз тогда работала.
Следом же сразу зарядили дожди, промозглый северный ветер завывал так, что листья облетали со свистом, а голые ветви при этом прекратили маскировать невероятно удручающий индустриальный пейзаж вокруг меня. Осень развернулась во всю ширь. Дополнительно в телефоне и мессенджерах ныла дочь, периодически тяжело вздыхал на кухне сын, возвращаясь с очередного турнира, да и в принципе как-то я умоталась, не столько физически, сколько морально.
На работе у нас все ещё время от времени смаковали историю с дракой, а до этого припоминали корпоратив и изрядно там накушавшихся коллег. Но сейчас вектор внимания и любопытства смещался к Новому Году, когда ожидалось большое обновление руководящего состава.
Конечно, было нервно. Особенно мне.
А потом, в последний понедельник сентября на утреннем совещании замгенерального удивил нас перспективными планами:
– В связи с накопившейся за год усталостью, да и возникшей в последние месяцы напряженностью в коллективе, принято решение и три наших Управления в качестве бонуса получают выезд на пригородный всесезонный курорт.
Главы Управлений замерли, начальники отделов офигели, и только наш бессменный главный архитектор уточнил:
– В чем обременение?
– Поскольку всем нам, по мнению кадровой службы, просто необходимо некое командообразующее мероприятие, – усмехнулся наш заместитель генерального, – то на десятое октября запланирован выезд на объекты выборгского филиала. Сначала ударно поработаем, а потом уже и отдохнем, там, неподалеку.
Ну, ясно, бесплатный сыр – понятно где.
Да, ехать мне не хотелось просто невероятно сильно, но перспективы и обязанности заместителя начальника Управления как бы намекали.
А в среду, когда до мероприятия оставался последний день, с самого утра все пошло наперекосяк: отчеты задерживались, проекты возвращались с замечаниями, смежные отделы массово впали в истерику, руководство будто бы уже начало отмечать грядущий «выезд в поля», то есть толку от него не было никакого с десяти утра.
Глубоко и размеренно дыша, употребляя кофе и успокоительное просто в промышленных масштабах, к шести вечера мне удалось раскидать текучку, собрать комплект документов для поездки в Выборг и даже никого не убить, хотя очень хотелось, а некоторые словно напрашивались.
Домой тоже идти было надо, но останавливала напоминалка в календаре «Ян. Ярославль. Сборы», это означало, что сейчас сын носился по квартире с безумием в глазах и упаковывал свои походные рюкзак и сумку. В такие моменты ему под ноги лучше не попадаться, да и на глаза тоже.
За окном уже опустился унылый октябрьский вечер, так что погулять пару часов по парку или набережной в центре, увы, но вариантом не являлось. Однако стоило мне, заперев кабинет, выбраться в лифтовый холл, как планы на вечер образовались сами собой. Вернее, они меня там ждали, а я и не знала.
– Лили, поехали. У нас, наконец-то, ужин в «Италии», тут недалеко, – улыбнулся, поднимаясь из кресла, Александр, а я так растерялась, что никаких достойных аргументов против идеи не смогла подобрать.
И мы поехали.
Вечер оказался неожиданно милым, ресторан уютным и с отличной кухней, а молодой коллега – интересным и разносторонне развитым собеседником.
Время пролетело незаметно, и я очнулась, лишь когда Александр подал мне руку, помогая спуститься с крыльца и устроиться в авто.
А по дороге до моего дома мой, как предполагало руководство, возможный преемник обстоятельно доложил о подготовке к завтрашнему выезду и заверил, что со стороны нашего отдела все готово и в полном порядке.
Хотелось бы верить, да.
– Как я не хочу ехать, жуть, – вздохнула, выбираясь из машины у своего подъезда. – И даже не столько на объекты, сколько на эту бессмысленную тусу, где сплетни, зависть и прочие гадости.
Александр помог мне выйти, проводил до двери и уже практически на прощание категорично заявил:
– Вам необходимо явиться. Сразить всех красотой, заткнуть мудростью и опытом. Вы справитесь. Я буду рядом.
И он, резко притянув меня к себе… поцеловал.