Глава 4

Настроение Анны портилось стремительно — так же, как портилась погода за окном. Остаток дня она просидела в кресле у окна, бесцельно перелистывая журналы и глянцевые брошюры с рекламой экскурсий. Радовало только отсутствие бывшего супруга. Или не радовало — она и сама не могла решить. Анна намеренно не позволяла себе останавливаться на этой мысли.

Думая, чем себя занять в оставшиеся дни, она незаметно потеряла счет времени. Поэтому негромкий, почти деликатный стук в дверь застал её врасплох.

— Да? — она осторожно выглянула в дверной проем, придерживая дверь рукой.

За порогом стояла молодая девушка в аккуратной форме гостиничной прислуги. Увидев Анну, она заметно оживилась и протянула ей конверт.

— Добрый вечер. Это для вас от владельца отеля, — произнесла она с улыбкой.

Анна взяла конверт с нескрываемым недоумением, повертела его в пальцах.

— Что это? — спросила она, и в голове уже мелькнула неприятная мысль: Михаил каким-то образом устроил тихую месть, и ей придется в спешке искать другой ночлег.

— Господин Анисин выражает вам и вашему супругу свою признательность за спасение его племянника из воды, — отчеканила девушка с оттенком официальности в голосе. — Он приглашает вас на скромный ужин. Сегодня в восемь вечера. В закрытом ресторане «Лео».

— Моему… супругу? — переспросила Анна, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Эта путаница в отеле начинала ее раздражать.

Девушка улыбнулась еще раз — искренне и без лишних вопросов — пожелала хорошего вечера и направилась по коридору. Анна смотрела ей вслед секунду-другую, потом прикрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

По спине пробежал холодок. Идти на ужин с Михаилом было последним, чего ей хотелось сейчас — после этого дня, после этой погоды, после всего.

Отказаться — значит спровоцировать лишние вопросы, на которые у Анны не было никаких ответов. Ну и в самом деле, почему ей его избегать? Бывший муж — он и есть бывший. Жизнь на разводе не останавливается. Это определённо не повод отвергать хороший ужин.

Принять же приглашение — значит провести целый вечер рядом с ним. Находиться в его обществе, поддерживать светский разговор, улыбаться. Стоило вспомнить их бракоразводный процесс, и это представлялось чем-то немыслимым.

Но и отказаться Анна тоже не могла.

Это просто ужин. Отказаться будет невежливо. Поем и уйду — внушала она себе, натягивая платье и крася лицо.

В хлопотах время пролетело незаметно, и пора было выходить. Спустившись на лифте в холл, она прошла мимо стойки ресепшена, ориентируясь на негромкую музыку.

Ресторан «Лео» утопал в приглушённом свете. На столах с полированными приборами колебались огни свечей. Их столик располагался в самом конце у окна, задрапированного тяжёлыми красными шторами. Накрытый белоснежной посудой, он вызывал одновременно восхищение и острое чувство голода.

Официант немедленно приблизился к Анне, встретив её тёплым взглядом и приветливыми словами. Девушка заказала апельсиновый сок — просто чтобы занять руки, чтобы было куда смотреть. Бокал появился почти сразу, и она успела сделать лишь один маленький глоток, когда за её спиной послышались шаги.

Михаил и господин Анисин подошли почти одновременно. Полноватый мужчина лет пятидесяти с небольшим, с открытым румяным лицом и живыми глазами, он двигался с той непринуждённой уверенностью хозяина, которому здесь всё знакомо до последней складки на шторах.

— Рад познакомиться, — он протянул руку первым, не дожидаясь, пока Михаил завершит представление. — Владислав Анисин, владелец этого комплекса. С вашим мужем мы уже успели побеседовать, — он мельком кивнул в сторону Михаила, — но теперь хочу обратиться непосредственно к вам.

Анисин повернулся к Анне всем корпусом, и в его взгляде читалось искреннее, почти детское любопытство.

— Анна, вы были так невозмутимы. Я до сих пор не могу понять, как вы сориентировались так мгновенно. Вы словно заранее знали, что предпринять.

— Это заслуга Михаила, — произнесла она ровным тоном и бросила в сторону бывшего короткий холодный взгляд, не задержавшись на нём ни мгновения дольше, чем было необходимо. — Он первым прыгнул в воду. Я лишь помогла на берегу — перевязала рану.

Михаил улыбнулся — медленно, с каким-то тихим удовольствием — и пригубил из бокала. Пламя свечи колебалось рядом с его лицом, и рыжеватые отблески скользили по щеке, по линии подбородка, придавая ему тот безмятежный вид, который Анна когда-то так хорошо знала и который теперь почему-то раздражал её сильнее, чем должен был.

— Нет, всё она, — сказал он, поставив бокал на стол и слегка откинувшись назад. — Анна первой заметила ребёнка в воде.

Где-то сзади раздался шум. Мужчина громко кричал на женщину, которая возмущенно махала руками. Этот голос показался Анне знакомым. Михаил замер и опустил голову. Анна усмехнулась наблюдая за тем как он старается быть незаметным.

Заметив начавшуюся перепалку, господин Анисин, откланялся и пожелал им хорошего вечера.

— Вы отличная команда. Еще раз крайне признателен. Хорошего вечера.

Скандальную парочку выставили из ресторана. В том момент когда они уходили Михаил схватил со стола меню и прикрыл им лицо.

Анна тихонько посмеивалась, а Михаил принял безмятежный вид. Впрочем, дразнить его дальше она не стала.

Первые тридцать минут прошли в гнетущем молчании. Анна не могла нормально есть, однако постепенно успокоилась и завела разговор с Михаилом.

— Мы отличная команда, ты слышал? Тебе не кажется, что всё это превращается в какой-то абсурд?

— По-моему, мы справились вполне достойно, — Михаил лениво откинулся на спинку стула и сделал долгий глоток сока.

К тому моменту, когда подали десерт, напряжение почти рассеялось. Михаил то и дело шутил, а Анна без остановки смеялась над его историями. Разговор сам собой переключился на музыку, кино, увлечения — всякие мелочи, которым они никогда не придавали значения за годы брака. Когда сок опустел, Михаил случайно задел руку Анны, и её щёки вспыхнули румянцем. Она почувствовала давно забытое, но такое знакомое тепло.

Анна поймала себя на мысли, что не было ей так легко с ним уже очень, очень давно.

— Ну и как поживает твой новый кавалер? — резко и грубо спросил Михаил, мигом став чужим.

Анну передёрнуло, она мгновенно побледнела.

— Всё замечательно. Впрочем, как и твои похождения, — бросила она, поставив пустой бокал. — Можешь не ждать меня в номере, вернусь поздно.

— Ты что передо мной уже отчитываешься? Решила вернуться? — Михаил вздёрнул бровь и рассмеялся.

— В свой номер — да. К тебе — нет.

Михаил засмеялся в ответ, но в смехе этом не было ни капли тепла — скорее злость.

— Тебе сейчас не стоит гулять одной! Ты сама не своя, да и выглядишь неважно. Пойдём, я не кусаюсь.

Анне некуда было деваться — она и правда слишком устала для ночных прогулок в одиночестве. Хотелось одного: уткнуться лицом в подушку и провалиться в долгий, спокойный сон. Только не переживать из-за того, что рядом на кровати будет лежать он.

— Вечно ты с этими шуточками! — почти истерично вспылила она, поднимаясь из-за стола. — Терпеть не могу.

— Я тебя тоже очень люблю, ми-ла-я! — подлил масла в огонь Михаил, и они вышли из ресторана.

Прохладный воздух холла освежал и придавал бодрости. На Анну накатывала дремота, а всё тело гудело после утренних волн.

К лифтам они подошли молча и надавили на кнопки. Работал лишь один — Анна раздражённо выдохнула. Ей становилось душно. Двери разъехались с едва слышным шипением, и их встретила зеркальная кабина с негромкой фоновой музыкой. Войдя внутрь, Анна наткнулась на тёплый взгляд Михаила — в нём тлело тёмное желание. Резкий аромат его цитрусового парфюма ударил в нос. Прежде он никогда ей не нравился, но сейчас почему-то действовал совсем иначе.

Сердце сжалось. Она скучала по нему, и эта встреча разрушила то новое существование, которое она выстраивала без него. Поддавшись чувствам, она обняла Михаила, крепко уткнувшись носом в его рубашку и вдыхая до боли знакомый запах. Ностальгия накрыла её целиком. Она понимала, что поступает глупо, что всё это похоже на сон, — и всё равно не могла разжать руки.

Ещё несколько минут — и всё. Потом я отпущу тебя насовсем, — оправдывала она себя.

Его ладонь легла на талию и властно притянула её к себе. Пространство сжалось до размеров кабины, тело захлестнуло запретное желание. Михаил зарылся лицом в её волосы — она почувствовала тепло его дыхания у виска, — а потом пальцы нашли её подбородок и медленно подняли. Анна замерла. Сердце билось всё сильнее, каждый удар отзывался в горле тяжёлым, почти осязаемым толчком — как прибой, который стремительно наступал на берег.

— Михаил… — она попыталась отступить, но не успела.

Его губы накрыли её — горячие, требовательные, не оставляющие шанса на оступление. Привкус янтарного напитка на его губах кружил голову и Анна обмякла в его руках. Запустив пальцы в его волосы, она со стоном ответила на поцелуй.

Именно этого ей сегодня и хотелось.

Эти секунды растянулись в вечность — горячие, почти невесомые, лишённые всего, кроме его дыхания и стука собственного сердца. Анна забыла, где находится, забыла, что лифт движется, что мир существует по ту сторону зеркальных стен.

— Я вам не помешала?

Голос прозвучал негромко, почти любезно — и от этого сделалось ещё хуже.

Михаил выпустил её резко, почти толчком, и Анна покачнулась на шаг назад, инстинктивно схватившись за холодный поручень. В ушах шумело. Она моргнула, пытаясь собраться, вернуть себе что-то, похожее на достоинство, — и встретила взгляд.

Ледяной. Неподвижный. Знакомый до дрожи.

Женщина стояла в дверях кабины, слегка наклонив голову, и улыбалась — той самой улыбкой, от которой у Анны всякий раз сводило желудок. В ней не было ни насмешки, ни злобы — только спокойное, почти ленивое торжество человека, который заранее знал, чем всё закончится. Анна почувствовала, как земля медленно, неотвратимо уходит из-под ног.

Этот вечер явно заканчивался самой настоящей катастрофой.