Глава 41

Глава 41

– Так бывает? Это нормально? – вскидывается Нелечка. Кудряшки рассыпаются по плечам.

– Вопрос безопасности, малыш, – накручиваю тугой локон на палец.

Прижимаю любимую к себе, пальцы скользят по волосам. Потом зарываются в непокорные кудри. Такие же, как и Сальма моя. Девочка любимая…

– Я все понимаю, Андрюш, – зыркает недовольно. – Ваша работа, террористы, братство по оружию. Но при чем здесь я? Я нормальной жизни хочу. Понимаешь? – выдыхает, не обращая внимания на Плеховых.

Видимо, сильно пробило ее. И что делать? Взять и отпустить? А в любви мне кто клялся? Или шаг влево, шаг вправо – уже попытка к бегству?

– Я был неправ, – усаживаю Леонеллу на диван в гостиной. Девочка моя послушной куклой опускается на велюровое сиденье, смотрит настороженно. – В нашей разлуке только моя вина, – опускаюсь рядом на корточки. Ловлю взгляд. – Я – просто дикая бестолочь, Нель. Распорядился неправильно биоматериалом и честно говоря, не придал значения. Пока не появилась ты. Потерял тебя по глупости…

– Андрюш, – всхлипывает она. – Я все понимаю, – пытается что–то сказать на умняке и не выдерживает. – Нет! Я не понимаю ничего! Я не знаю, как можно идти в ЗАГС по свистку, как заводить детей по дружбе. Я не понимаю, Андрей! Я очень хочу быть с тобой… Я люблю тебя… Но не могу так! Просто не могу! У тебя было время мне все сказать тогда. И сейчас есть время. Это все странные манипуляции. Я им не поддамся, – заявляет она решительно и подскакивает с места.

– Катя, мы уходим! Собирайся! – кричит, вылетая в холл. Пытается обуть кроссовки. Отвлекается. Что–то ищет в сумке.

– Нель, ну что ты творишь? – выхожу следом. Взглядом выпроваживаю прибежавших Катю и Ромку. – Тебе одной лучше будет? Для меня жизнь закончится… Я тебе честно говорю, – кладу руку на затылок своей непредсказуемой Сальме.

Утыкаюсь носом в рыжие кудри. Вдыхаю запах. Напоследок хочу запомнить.

И меня самого подрывает. Да фиг ли! Я не сдамся!

– Что тебя конкретно не устраивает? – глажу по спине непокорную красавицу. – Вроде с утра все было ровно. Нель, ну скажи, – шепчу на ушко.

– Ровно, – вздыхает она и добавляет с горечью. – Я люблю тебя, Зотов. Очень люблю. Жить хочу с тобой, как все нормальные люди живут. Но вот так взять под козырек и бежать в ЗАГС… Избавь меня от этого, слышишь? – всхлипывает Сальма моя.

Вот уж действительно Сальмонелла!

Любит меня. И на том спасибо. А с ЗАГСом я разрулю. Вот же Гусь, зараза, все из-за него! И молчит же, тихушник хренов. Хорошо, Лена предупредила.

Кошусь на открытую дверь в гостиную. А там тишина. То ли Плеховы в столовой суп хлебают, то ли нас ждут. Но генерал наш прижух, зараза.

– Нель, ну как избавить? – вздыхаю я. – Это же безопасность. Иваныч постарался обеспечить. Тебе, Ромке, Кате. Думаешь, это так просто? Книгу из ЗАГСа выносить нельзя. Ты в курсе? Я не знаю даже, кого он на уши поднял. А решение о разводе… Ты только представь, какой бодрящий пендель получил председатель суда, что в течение получаса выдал решение и отправил его с курьером. Ты просто подумай, Нель. Все ради твоей безопасности…

– Но мы же не просили, – выдыхает она. – Все можно решить спокойно. Со временем. Подготовиться к свадьбе. Устроить праздник.

– Девочка моя сладкая, – провожу пальцами по шее. С ума схожу от мягкой тонкой кожи, от запаха. Такого родного и близкого, что яйца сводит. – По большому счету Плехов не ради нас старается. Он же о безопасности страны печется, – поясняю вкрадчиво.

– Да ну? – поднимает на меня глаза, полные слез. Но на лице уже появляются слабая улыбка и любопытство.

– Вот кто я такой, Нель? – отвечаю вопросом на вопрос.

– Мой любимый мужчина. Полковник, – смотрит не понимающе. Пожимает плечами. – В каком смысле, Андрюша? – ловит мой взгляд.

– Я просто боевая единица, Нель. Хорошо обученная военная машина. И вот чтобы эта машина работала без осечек, не отвлекалась на личные беспокойства, начальство и подсуетилось. А тебе так трудно цидульку в формуляре поставить? Праздник потом устроим. А? Какой скажешь… Мальдивы или Бали не обещаю. Не пустят меня туда. Но на территории Российской Федерации любую твою прихоть исполню. Только сейчас скажи «Да».

– Ты невыносимый, Зотов, – фыркает моя лисица. – Просто самый главный манипулятор на планете…

– Распишемся, и я буду спокоен за твою безопасность, – целую в висок. – А то придется тебя запереть, – слегка прикусываю мочку уха.

– Зотов! – лупит меня по плечу Сальмонелла. – Ты невозможный!

А у меня с души словно пуд груза падает. Пусть невозможный, пусть невыносимый. Главное, Неля моя рядом. Мы вместе.

– Пойдем, люди ждут, – шепчу, обхватывая руками бедра, утыкаюсь носом куда-то в ключицу. Чувствую, как нежные Нелькины руки обвивают мою шею.

За малым не вжимаю ее в стену, не поднимаю под бедра.

Твою ж мать… Что-то я совсем берега попутал! Люди кругом. Дети. А я выдержку растерял, как салабон.

– Давай пообедаем, распишемся, и я поеду, – засовываю одну руку в карман, стараясь скрыть нехилый такой стояк.

Свободной рукой беру Нельку за руку. Веду в столовую.

– Все уже поели! Я и детей покормила, – улыбается нам Леночка.

А Плехов что-то ищет в холодильнике.

– Вас ждать, с голоду сдохнуть можно.