Глава 11

Лиза Что Стас оставит меня в покое, я не ожидала. Думала, хватит его на день-другой, но тишина затянулась почти на три недели. Где он был и что делал, я не знала. Два раза я видела его машину возле дома, на этом всё. – Может, всё-таки встретишься с ним? – спросила Тая, застав меня за разглядыванием нашей со Стасом фотографии. Сделана она была на пресс-конференции, когда мы собирались уходить. Тогда Стас приобнял меня, а вокруг защёлкали камеры. – Красивая, – сказала подруга, подойдя ближе. Фотография и правда была красивая. Моё чёрное платье идеально гармонировало с его дорогим пиджаком, надетым на разгильдяйскую футболку. Этакая шикарная небрежность. И я с ним гармонировала тоже идеально. – Просто фотография, – ответила я, щёлкнув по крестику. Снимок исчез с экрана, а я повернулась к Тае. – Встреться с ним. – Встречусь, если он сам захочет. Черновая отделка закончена, сегодня я поеду на объект. Так или иначе, мне придётся ему об этом сообщить. Так что… – Я со вздохом встала. В квартиру я планировала поехать ближе к полудню, сейчас же не было ещё и восьми. Вчера я специально не стала писать Стасу, боялась, что снова всё пойдёт не так. Как «не так» – сама объяснить не могла. Просто не так. В итоге решила, что напишу ему, когда буду выезжать, а там пусть что хочет, то и делает. Не одному ему вечно ставить меня перед фактом. – Ты не думала, что у вас ещё может что-то получиться? – спросила подруга, внимательно глядя на меня. Как же! В последние дни я думала об этом примерно так же часто, как дышала. – Ничего у нас не может получиться, – ответила вяло. – Мы разные. В прошлом не получилось, сейчас тоже не получится. – В прошлом тебе лет сколько было? Я посмотрела на неё выразительно. Сколько-сколько. – Девятнадцать. – Ну? – Взгляд подруги тоже был красноречивым. – Не трави мне душу, Тай, – сдавшись, попросила я. – И так тошно. – От чего тебе тошно? Ты, случайно, не… – Нет! – перебила я. – Не было у нас ничего. Не беременна я. На лице Таи отразилось разочарование, оно же наполнило моё сердце. Замечательно! Теперь я ещё жалею, что не переспала со Стасом! Лучше не придумать! Неожиданно я поняла, что подруга изменилась. Волосы лежали не так, как всегда, и лицо из-за этого казалось у́же, а глаза – крупнее. – Ты подстриглась, что ли? – Ну да. – Тебе идёт. Ты прям… – Хотела сказать, что выглядит она, словно сбросила несколько кило, и тут до меня дошло, что мне не показалось. – Слушай, а ты похудела. Тая смутилась. – Пять килограмм, – сказала она с мягкой улыбкой. – Минус размер. Я была рада за неё, а ещё я была рада, что мы сменили тему. Разговоры о Стасе ни к чему хорошему не привели бы. Я показала подруге, чтобы она повернулась, и Тая с готовностью сделала это. Выглядела она шикарно. Она и пухленькой-то мне нравилась, а теперь стала просто очаровательной. – Как у тебя дела с твоим начальником? Она прикусила губу. Я вопросительно изогнула бровь. Всё понятно, это разговор не утренний и не короткий. Нам обеим на работу нужно. – Всё, вечером расскажешь. Я хочу знать всё в подробностях. *** Сев в машину, я взяла телефон. Надо было поставить Стаса в известность хотя бы вчера. Будь это рядовой заказчик, я бы так и сделала, но… Стас рядовым заказчиком не был. Убедившись, что сообщение отправлено, я выключила телефон. Благо в контракте пункта, что этого делать нельзя, не было. И всё равно уехать сразу я не смогла – сидела и смотрела на подъезд Стаса. Что должно случиться, чтобы я решилась начать заново? Что?! Земля должна перевернуться, не меньше. Ещё лучше – начать крутиться в обратную сторону, чтобы время отмоталось назад. Выйдя на улицу у дома Стаса, я осмотрелась. Машины его нигде не было. Может, не стоило отключать телефон? Никогда не была трусихой, а тут… Взяла мобильный, собираясь вернуть его к жизни, и… убрала обратно. Раз выключила, значит, выключила. Только появилось ощущение, что я теряю нечто важное. С учётом, что впереди была чистовая отделка и обстановка квартиры, оно было совершенно неуместным. Поднимаясь в лифте, я не сводила взгляда со своего отражения. Белый цвет в одежде я не любила, но сегодня надела именно белое платье. Чем-то оно напоминало моё свадебное. Такой же круглый вырез, такие же короткие рукава. И босоножки были похожие, и даже серёжки… В квартире снова стояла тишина. – Богдан, – позвала я, идя по коридору. – Богдан, вы тут? Сделала несколько шагов и уловила странный запах. Приятный, пряный. Быстрым шагом я прошла в гостиную и остановилась. Надо было сразу догадаться, что с прорабом сегодня я не встречусь. Но… Ожидать такого я не могла никак. Прямо на бетонном полу было расстелено покрывало, Стас стоял рядом. – Не стоило изощряться, Стас, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал сухо. Так и вышло. Не обращая внимания на расставленные в комнате розы, я осмотрела голые стены. Всё было, как обычно, превосходно. От Богдана и его людей другого я и не ожидала. Только рассыпанные по бетону лепестки роз никак не вписывались в обстановку. – Почему не стоило? – Стас вытащил из ведёрка бутылку шампанского. Я посмотрела на бывшего мужа. Шампанское… Такое же мы пили вечером после свадьбы. Панорамное окно, шампанское, блюдо с клубникой и сливками… Как бы я ни пыталась делать вид, что мне всё равно, не выходило. – Зря стараешься, – сказала я Стасу. Он встряхнул бутылку. На губах появилась коварная улыбка. – Не зря. – Он начал развинчивать удерживающую пробку проволоку. – Я верну тебя, Недотрога. Рано или поздно, но верну. Ты – единственная женщина, которая мне нужна. Хлопок, и шампанское брызнуло в стороны. Однажды он уже выстрелил мне в сердце, сегодня это случилось во второй раз. Лиза Стас наполнил фужер и подал мне. Я не хотела брать его, но всё равно взяла и, ещё не сделав ни глотка, почувствовала вкус шампанского. Настоящего, а не того, что было у нас дома на Новый год. Когда-то оно показалось мне, нищей девочке, ужасно кислым. Я не сводила взгляда со Стаса, он – с меня. – И за что мы пьём? – спросила я. – За будущее. Шесть лет назад. Стас – За будущее, – сказал я, коснувшись фужером фужера Лизы. Смотрел на неё и не мог отвести глаз. На ней было обычное платье, разве что белое, как и полагается невесте. Скромный круглый вырез, рукава две трети. Волосы она заколола у висков заколками с бусинами, на ногах – босоножки. Ничего проще придумать было нельзя, а я смотрел на неё и не верил, что она – моя жена. Звякнул телефон. Нехотя я отвёл взгляд. Сообщение прислал Мишка. «Рыбка на крючке?» «В сетях», — послал в ответ, едва не послав заодно и друга. – Так красиво, – сказала Лиза, подойдя к открывающему вид на город панорамному окну. – Да… – ответил, глядя не на картинку за стеклом, а на неё. В какой момент дурачество переросло в большее, я и сам не понял. Но встречи с ней стали отдушиной. Если бы она ещё и со своим институтом успокоилось, было бы отлично. – Я люблю тебя, Стас, – сказала Лиза, сжимая в тонких пальцах ножку фужера. Я подошёл к ней и, обхватив голову, стал целовать. От неё пахло духами и шампанским, я дурел от этой смеси. Хотел взять её здесь и сейчас и в то же время потянуть момент. Она уже моя, так что это дело успеется. – Сегодня утром я подписал контракт. Она озадачилась. На симпатичной мордашке так и читалось недоумение. – С английским «Челси», – пояснил я. – Ты понимаешь, что это значит? – Не очень, – призналась она. – Но… давай не будем сегодня о твоём футболе? Лиза подошла ко мне, и я обхватил её за талию. Посмотрел в её огромные голубые глаза. Да чёрт подери! Надо было срочно поиметь её, причём ещё до свадьбы. Может, тогда бы это наваждение прошло. Её губы манили. – Я люблю тебя, Стас, – шепнула она перед самым поцелуем. Любит – отлично. А я… Я всё-таки на ней женился. Так что парни мне должны. – За будущее, – сказал я, подняв фужер. – Пусть оно будет нашим. – За будущее, – отозвалась Лиза. Сделала глоток шампанского и прикоснулась к волосам. – Как же мне надоели эти шпильки… – Так сними. Она словно бы пришла в замешательство. Сделала ещё глоток и, отдав фужер мне, принялась одну за другой вытаскивать из волос шпильки. Похожие на золото, пряди падали на её плечи, а я смотрел на неё и не мог отвести взгляд. В горле пересохло, в штанах стало тесно. В моей постели перебывало столько женщин, что сосчитать я бы не взялся, но Лиза… Ни одна не будила во мне таких чувств. – Боже, как хорошо, – простонала она, вытащив последнюю шпильку. Провела по волосам ладонью и тряхнула головой. Да, черт! Это было действительно хорошо! Моя эрекция – тому свидетель. Настоящее. Лиза Не ответив, я выпила шампанское. Оно было идеальное – прохладное, с приятным вкусом. Лучшее, что я пила в жизни. Посмотрела на букет роз, стоящий в изящной вазе. В пустой неотделанной квартире она выглядела так же неуместно, как балерина на мусорном полигоне. Стас присел на плед. – Иди сюда, – поманил он меня. Мне не хотелось подчиняться, но и стоять было глупо. Помедлив, я всё же присела рядом. Креветки в панировке, сыр, фрукты… Всё было так же, как в наш первый вечер. В мой первый вечер замужней жизни. Вот только сама я была другой. – У тебя хорошая память. – Я взяла клубнику с блюда. Обмакнула во взбитые сливки и поймала себя на том, что шесть лет назад сделала то же. Стас смотрел на меня. Я не сомневалась, что он тоже всё помнит. Идеальное шампанское приобрело горьковатый вкус. – Прости меня, Лизок, – сказал Стас с сиплыми нотками в голосе. – Всё тогда было… не так. – Как – не так? – Так – не так, – ответил он и безрадостно усмехнулся. Забрал у меня клубнику, зачерпнул побольше сливок и вернул. Я взяла на автомате. – Думаю, по-другому быть и не могло. Мы с тобой жили в разных мирах. Зато смотри, что сейчас… Ты – отличный дизайнер, я… – Новая усмешка искривила его губы. – Я – бывший футболист. – Он снова поднял фужер. – Давай всё же выпьем за будущее. В день нашей свадьбы расписались мы поздно – около пяти вечера, а сейчас был день. Но мне показалось, что земля всё же завертелась в обратном направлении. Стремительно, вынуждая меня усомниться в самой себе. И только глаза Стаса были прежними. Он вдруг подвинулся ближе, взял меня за руку. – Стас… – Выходи за меня, Лизок, – просипел он. – Завтра. Давай поженимся и сделаем будущее. – Стас… – повторила я. Бокал покачнулся в ослабших пальцах, дыхание перехватило. Стас обхватил меня за затылок и привлёк к себе. Его губы были жёсткими, а вкус поцелуя пьянил хлеще самого лучшего шампанского. Фужер выскользнул из рук, я подалась к Стасу. Шампанское выплеснулось мне на бедро. Секунда, две… Меня захлестнули чувства. Три недели я не видела его, не слышала и… – Чёрт бы тебя побрал, Стас! – шепнула я ему в губы. – Он меня уже давно побрал, – так же сипло ответил он и толкнул меня на плед. Я упала на спину, и он навис надо мной. Голубые глаза превратились в бездонное море, зрачки были чернее ночи. Я прерывисто выдохнула. Он дотронулся до моего бедра. – Как же тебе идёт белый, – сказал он сдавленно, задирая моё платье. – Белый… Как невеста… – Ненавижу белый, – отозвалась я со стоном и, запустив пальцы в его волосы, с силой сжала. Лиза Лёжа на покрывале, я смотрела в небо и жалела, что сейчас не вечер и в квартиру не проникает закатное солнце. Скомканное белое платье валялось рядом, на мне не осталось ни нитки. Перевела взгляд на стоящего напротив окна Стаса. На нём были только светлые джинсы с расстёгнутой пуговицей, волосы растрепались, кожа отливала бронзой. Он повернул ко мне голову, и наши взгляды встретились. Отвернуться я и не пыталась, смущения тоже не было. Это шесть лет назад я, расставшись с невинностью, сидела с пунцовыми щеками, не зная, куда деться от его пристального взгляда. – Надо было назначить встречу на вечер, – сказала я, приподнявшись. – Почему? – Ты же сам говорил, что на закате здесь шикарный вид. Хороший секс, шампанское, вечер… Жаль упущенного момента. – Ничто не мешает повторить. Стас медленно подошёл и опустился рядом со мной на плед. Я заметила свои трусики, но Стас опередил меня. Взял и, собрав в кулаке, поднёс к лицу. Глубоко вдохнул, глядя на меня. Я всё же смутилась. Не так, как раньше, но краска к щекам прилила. – Ты божественно пахнешь. – Спасибо, – сказала и протянула руку. – Будет хорошо, если ты всё-таки вернёшь их мне. Он вложил трусики мне в ладонь и перехватил за запястье. Взгляд проник в сердце, в самую душу, от места, где он держал меня, по телу стало расходиться тепло. – Я не шутил насчёт предложения. Давай поженимся, Лиза. Со вздохом я высвободила руку, надела трусики и подняла платье. Пока я одевалась, Стас не проронил ни слова, я тоже молчала. Его предложение было, пожалуй, самым безумным из всех, какие я когда-либо слышала! Ладно раньше я ничего не соображала, но сейчас-то! – Ты меня совсем дурой считаешь, Стас? – Если бы я считал тебя дурой, не стал бы предлагать стать моей женой. Согласись, это логично. – Не тебе говорить о логике! – раздражённо ответила я. Стас вдруг схватил меня за плечи и слегка встряхнул. И снова по телу стало расползаться тепло. Губы всё ещё ныли от поцелуев, тело как будто покрывали невидимые ожоги. Так хорошо и плохо, как с ним сегодня, мне не было никогда. Я ненавидела себя за слабость, ненавидела его за то, что он обнажал мою слабость, и любила за это же. – Я всё равно никому тебя не отдам, Лиза. Ты будешь либо со мной, либо… – Что, придушишь, как Отелло Дездемону? – Нет, – сказал он твёрдо. – Ты будешь либо со мной, либо со мной. Другого не будет. Я фыркнула. Всё же его самоуверенность выходила за рамки реального. – Ты правда думаешь, что раз тебе припёрло вернуть меня, я вернусь? Правда думаешь, что всё будет так, как ты хочешь? – Да. Я искала хотя бы мельчайший намёк, что он это несерьёзно, и не находила. От Стаса веяло решимостью, и мне внезапно стало страшно. А что, если так и будет? Что, если это мой единственный путь? Разум отчаянно протестовал, а сердце, подобно птице-фениксу, стало цельным и забилось у горла. – Один раз я поверила тебе. Тогда я на всё ради тебя была готова, но ты… – На всё? – Он невесело усмехнулся и отпустил меня. Мотнул головой. – Нет, Лиза. Я во многом виноват перед тобой, но что касается эгоизма, мы с тобой на равных. От его заявления я опешила. – На равных?! – переспросила с возмущением. Стас снова наполнил бокалы. Шампанское было всё такое же холодное, запах цветов смешивался с ароматом горящих ароматических свечей. Стас стоял, поставив ноги на ширину плеч, уверенный, дерзкий и непомерно обаятельный. Древнегреческий Аполлон – и тот не был так хорош, как этот мерзавец! – Я жил футболом, – сказал он, отпив шампанское, – ты – своей учёбой. Я бы не остался в России, ты бы не поехала со мной в Англию. – Ты и не предлагал мне с тобой уехать. У нас даже разговора об этом не было! Стас опять усмехнулся, на этот раз едва заметно. – Хочешь сказать, ты бы поехала со мной? – Может быть. – Так может быть или поехала бы? Я заколебалась. – К чему сейчас этот разговор, Стас? Это всё в прошлом. Поехала бы или нет – какая разница? Мы не из-за этого расстались, как ты помнишь. – Разницы никакой, ты права. Но было бы неплохо, если бы ты ответила на этот вопрос хотя бы себе. Он сделал ещё глоток шампанского. Повисла странная тишина, в которой я почему-то почувствовала себя виноватой. Поехала бы я с ним? Мне бы пришлось бросить всё, чего я добилась, пришлось бы взять академ на неопределённый срок или, что более вероятно, бросить институт. Смогла бы я поступить в Англии? Этого я не знала. Возможно, мне бы пришлось пожертвовать своей мечтой и амбициями ради амбиций Стаса. Я тоже отпила шампанское – большой глоток, чтобы прогнать подкатившую вдруг горечь. – Вижу, ты себе ответила. Я резко повернула голову. Стас, должно быть, всё это время наблюдал за мной. – Чего ты хочешь? – спросила я с вдруг появившейся усталостью. – Хочу сказать, что тогда было не время. – Для чего? – спросила я, не понимая его. – Не для чего, а для кого – для нас. – А сейчас оно что, настало? – Сейчас настало. Мы с тобой стали теми, кем должны были стать. Никаких жертв, Лиза, следовательно, никаких обвинений и слов, о которых потом придётся жалеть. Каждое его слово было правильным и, как бы мне ни хотелось возразить, возразить было нечего. Я вспомнила слова бабушки: «Чтобы быть сильной с кем-то рядом, надо научиться быть сильной одной». Стас подошёл и, развернув меня к себе спиной, обнял одной рукой. Уткнулся подбородком мне в макушку. Мы стояли у панорамного окна на высоте семнадцатого этажа и медленно пили ледяное шампанское. – Выходи за меня, Лизок, – снова сказал Стас тихо. – Знаешь… Как выяснилось, я однолюб. За всю жизнь у меня было всего две любви. Первая – футбол. Эта любовь всегда будет со мной, но я реализовался в ней настолько, насколько только мог. Со второй любовью всё оказалось сложнее. Но я рассчитываю прожить долгую жизнь, так что время ещё есть. – Он развернул меня лицом к себе. – Выходи за меня, Лиза. Клянусь, я сделаю всё, чтобы ты была счастлива со мной.