2 глава. Наваждение

Не знаю, что со мной. Просто вот наваждение какое-то!

Нет, может, это элементарно из-за того, что мне здесь, у отца, скучно просто дико, но я места себе не нахожу. От сигарет уже тошнит - я столько даже в армии не курил.

Вот как с кладбища приехал, так и тянет куда-то - но и понять не могу, куда мне надо ехать, что нужно делать, чтобы успокоиться.

- Чего ты там так долго, в магазине-то? Тут до ближайшего супермаркета пять минут ходьбы! - снова ворчит отец, пока я чищу рыбу. И вот нет, чтобы там, в зале сидеть, телек смотреть, ковыляет вслед за мной с ходунками. Три метра за полчаса прошел, весь в испарине! Ну, вот что за человек? - Да вы там, в Москве своей, совсем пешком не ходите, за хлебом и то на машине. Тимка, ну, кто так рыбу-то чистит? Глянь, чешуя на стенки летит! Ну, ты над ведром, что ли, чисти! Кто убирать будет?

-Я на кладбище ездил, - невпопад отвечаю ему. - Там убрано, кстати. И цветы в вазе стоят.

- Цветы? - переспрашивает отец, но по виду его я понимаю, что он в курсе, от кого этот неожиданный букет. - А-а, ну, цветы и цветы. День рождения все-таки.

Кошусь на него. Не, ну, мертвых ревновать смысла нет, конечно, но все-таки, батя, тебе не интересно, что у матери за тайные поклонники были? Но не спрашиваю. Потому что если спросишь, он же голову забьет своими рассуждениями.

- Отец, ты б лег! А то снова скорую ночью вызывать придется, - не выдерживаю, глядя, как трясутся его руки, упирающиеся в ходунки.

- Движение - жизнь. Знаешь, как мой батя, твой дед, говорил? Сядешь на ноги, попробуй еще подняться, а если сляжешь - всё, считай, помер. Так что я еще повоюю. Может, удасться на внучков посмотреть!

Этот туда же... Помню, как мать вечно внуками этими донимала! Как ни позвонит, так вечно тему в эту сторону сворачивает.

Жарю рыбу. Варю макароны. Накрываю нехитрый стол.

Отец уже давно в ожидании посматривает в сторону бутылки с коньяком. Нет, алкоголиком он не был никогда, но бывало, что с работы в хорошем подпитии приходил. Помню, как мать его ругала, но так, без злобы, с умилением каким-то. Как обязательно усаживала за стол на кухне и заставляла поесть. И он уплетал жареную картошку...

Да, Громов, о тебе некому так позаботиться, когда с корпоративов еле живой приползаешь...

- Наливай! - командует старик, заметно оживляясь. - Такой повод сегодня. Лидочке было бы... семьдесят пять было бы! Еще молодая совсем!

- Отец, ну, какой "наливай"? Позавчера у тебя давление шпарило за 200! Тебе вон - валерьянку пить надо, а ты все о коньяке думаешь!

- Да ты че? Да я, может, в последний раз в жизни! Да за Лидочкин день рождения не выпить? Наливай, я сказал!

Наливаю. Себе полную. Ему на донышко.

Смотрит с укоризной, но не возражает.

Не чокаясь, выпиваем. Закусываем. Молчим.

Меня немного отпускает. Даже как-то по-другому видится вся окружающая действительность.

Посматриваю на отца.

Нет, ну, в принципе, можно его и забрать.

Свою квартиру сдать. А самому снять двушку где-нибудь поближе к работе. Чтобы у каждого из нас была собственная комната. Нанять ему сиделку на день. А ночью сам присматривать буду.

От этой мысли прямо облегчение какое-то наступает. Потому что в интернат как-то неправильно... мать бы мне этого не простила!

Наливаю себе вторую.

- Тимка, - начинает отец, выразительно переводя взгляд с бутылки на свою рюмку. - Начисляй! У меня есть тост.

Со вздохом "начисляю". С батей спорить бесполезно.

- Выпить хочу за то, чтобы ты, наконец, понял, для чего жизнь человеку дадена.

- И для чего же? - смеюсь я.

- А чтобы не прожигать ее бессмысленно. А ты прожигаешь...

Ага, вот с тобой здесь и прожигаю! А там... Там, в Москве, сейчас такие дела без меня делаются! Вон Макс целый день написывает! И надо поскорее что-то решать... А я всё никак не могу!

И ещё теперь Алинка перед глазами всё время.

Красивая. Зараза такая.

Чего она ко мне прицепилась?

Нет, конечно, она не виновата. Это я почему-то прицепился к ней... Так и стоит перед глазами. В фартучке этом нелепом, в платьице, с косой, лежащей на плече. Интересно, если косу развязать, какой длины будут её волосы?

Встряхиваюсь, пытаясь избавиться от дурацких мыслей. Но они, как рой ос, снова слетаются на мёд. И я зачем-то фантазирую о том, как трогаю эти волосы, как сжимаю в кулаке эту тяжёлую косу, пока она стоит в догги, а я на коленях сзади...

Возбуждение обрушивается горячей волной, больно ударяя в пах. Становится жарко до головокружения.

Алинка - зараза такая... Или Алинка тут не при чем, а просто у меня давно не было секса?

От этой мысли я реально испытываю облегчение!

А ведь чего проще? Можно же просто позвонить Стасу - местному моему корешу, который заезжал пару раз недавно и всячески соблазнял на совместное времяпрепровождение... Самое время, между прочим!

-Отец, я сгоняю к Стасяну, пообщаюсь с ним. Он давно звал.

-Куда сгоняю? За руль в нетрезвом виде собрался? У нас менты по ночам всех подряд останавливают. Без прав останешься...

Собираюсь под его ворчание. Хрен знает, зачем.

Да и его надолго нельзя оставлять одного.

Но сегодня вроде ему лучше. А я просто не могу сидеть здесь!

И сажусь за руль. И еду... И ментов никаких по пути не встречается.

Да только чудесным образом вдруг оказываюсь вообще на другом конце города от того места, где живет Стас. И только подъехав и припарковавшись у подъезда, понимаю, что именно сюда провожал Алинку семь лет назад!

Я вообще просто понять не могу, как такое со мной случилось! Но я сижу в машине под её окном и чего-то жду! Такого бреда даже в страшном сне не придумать, но это есть! И это происходит со мной сейчас!

Сижу. Курю в открытое окно.

И такое совпадение, конечно, вообще, невероятно, но... Буквально через пару минут слышу стук каблучков по асфальту. И готов руку дать на отсечение, что это Алинка!

Одна. Входит во двор из тёмной подворотни. В том же самом платье, что я видел днем. Только вместо кроссовок на ногах что-то на каблучках - в темноте не разглядеть.

Как ревнивый муж, смотрю на часы. Полночь! А она шляется где-то! А ребёнок с кем? И как ей такое муж позволяет? Я бы не позволил.

Вдруг из подворотни следом за ней выруливает какой-то мужик.

-Алина! Стой! Ну, прости меня, идиота! Я не хотел! - орёт на весь двор.

Хрен знает, зачем я выхожу из машины ему навстречу! Но... Выхожу. И решительно шагаю к ней...