Глава 30

– Вы слышали, что он сказал? Коллектив начинает шептаться, отчаянно притворяясь, что ничего такого не делает. Только что Кирилл собрал основной состав и всем передал информацию: у меня появляются индивидуальные проекты с новыми крупными инвесторами. Мы с ним лично прогнозируем вложения и, высчитывая риски, ведем эти портфели. Информацией обладаю только я, поэтому участие в большей части других проектов с меня снимается. Мои обязанности перераспределяются между ребятами. Как – я решаю сама. Кирилл кивает мне, обозначая, что все запланированное уже озвучил. Передает возможность дальше вести собрание мне. Я перехватываю слово. – Итак, – дружелюбно приступаю к отрепетированной речи я, поднимаясь. – В связи с только что озвученной руководителем информацией, я сначала предлагаю обсудить инвестиционные портфели Милявского и Тющенко. И если есть желающие, я бы передала эти портфели добровольцам. Все слова заучены, мы с Киром хорошо потрудились. Молчаливое возмущение некоторых ребят слишком заметно, однако… в лицо мне претензии никто не высказывает. Руководитель покидает общее рабочее пространство, на выходе оборачивается и подмигивает. – Есть желающие? – уточняю я, выжидающим взором обводя ребят. – Милявского мне! – послушно тянет руку Егор, словно мы на уроке. – Я в тебе не сомневалась, – улыбаюсь я. – Тющенко вон! Пусть Аня себе возьмет! – предлагает Егор. – А что Аня-то сразу? Пусть Артемка себе заберет! – У Артемки мало за чем следить надо? – сердится Тёма. – Артемка уже забыл, когда нормально высыпался! – А я как будто помню! – возмущается Аня. – Ребят, а может, вы того… – издеваются коллеги, – вместе не высыпались? – Слышь, а может тебе начать не высыпаться, а? Как раз работать станешь, – дерзит Тёма. Вот вам и дружный коллектив. – Хорошо. Тогда пока что определяем Тющенко на двоих: Артему и Дане. – А почему нам? – не сдерживается Даниил. – Можешь передать кому-то, кто согласен. А так, Кирилл Александрович настоятельно просил передать вам. – Ладно, – уныло бурчит себе под нос Даня. – Раз так… – Вера, сможешь сказать? – летит мне новый вопрос. – Дерзай, – отвечаю я Егору. – А тебя теперь Кирилл Александрович своим замом поставит? – Ну что вы, я не претендую. Просто мы решили попробовать новое направление, – загадочно сверкаю глазами. Уверена, у меня прекрасно получается. – Какое? – мигом все оживают. – Чуть позже объявим. Вы же знаете, что я работаю из дома по большей части. Там все бумаги, и проще будет показать вам наглядно потом. У нас новых два оооочень лакомых кусочка. Крупные инвесторы, – забрасываю ребятам наживку. – Поэтому, как только мы будем готовы, Кирилл Александрович объявит обо всем. Я сегодня забираю домой оставшуюся часть документов, там кое-какие идеи уже описаны, схемы, расчеты. В общем, у нас большие планы. А пока всем можно бежать на обед. – Ты с нами? – Нет, я убегаю по личным делам. Через час вернусь. Ребята уходят. Задерживается лишь Инна. У меня звонит телефон. Кирилл. – Идем обедать? – Я убегаю, давай в другой раз? – Да когда ж в другой, ты и так в офисе два раза в неделю, – смеется Кир. – С ребятами все решили? – Да, все отлично. Мы с тобой придерживаемся намеченного плана? – озвучиваю название компании, в акции которой мы собираемся вложиться, коротко обсуждаем с Киром планы. – Кстати, я тебе занесу в кабинет папку с прогнозами, ты бы начал уже сегодня сам. Я перехвачу под вечер или утром уже. Если подождать несколько дней, потеряем деньги. Уже начался рост. – Да-да, я видел. – Сам знаешь, сколько недосчитаемся, если упустить время. А… ты уже все выкупил? Отлично. – По движению котировок помнишь? – подсказывает Кирилл. – Помню, там прогнозируется небольшой спад, но потом резкий рывок вверх, и ты миллиардер на пару с инвесторами. Вместе смеемся и прощаемся. – Вер, – вдруг зовёт меня Инна. – Скажи, пожалуйста… – Мм? – растерянно оборачиваюсь я. – А у вас с Кириллом Александровичем серьезно, да? Она кусает губы и отводит взгляд, ставит меня в тупик. – Да кто ж знает, Инна. Кто ж знает, – неопределенно отвечаю я. – А почему ты интересуешься? – Нет, ты не подумай, просто… – Что? Приближаюсь к ней и усаживаюсь рядом на стул. – Я не понимаю… – она опускает лицо, смотрит на свои колени. – Когда он был женат… там понятное дело. Когда развелся – у него появилась девушка. С ней он был долго. Когда расстался с девушкой, то сразу познакомился с тобой. А я… извини, что… что… просто он меня в упор не видел! Как тебе удалось обратить на себя его внимание за такой короткий срок? – Влюблена в него? – Да, – глухо признается она. Хм… слышать это неприятно. Еще неприятнее, что Инна здесь, рядом с Киром постоянно. А я – намного реже. Все же это настораживает, когда с твоим мужчиной находится женщина, которой он небезразличен. – На самом деле, мы с ним давно знакомы. Еще до его свадьбы встретились. Просто… запуталось всё, пожимаю плечами. Неловко почему-то перед Инной. Животрепещущая тема. – Понятно. И дочь у вас общая, да? – Давай я не стану отвечать. Никому ведь легче от правды не будет, верно? – Да, извини. – А ты так давно здесь работаешь, что помнишь еще то время, когда он был женат? – Практически с основания, – уточняет Инна, – подрабатывать начала еще в юности. Я сначала была курьером. Потом попросилась на другое место. Инна – офис-менеджер. Она многозадачная, пунктуальная, ответственная, задорная. Она красивая. Элегантная, сдержанная. Обычно весела, приветлива и неизменна вежлива. Сейчас выглядит грустной. Я работаю уже некоторое время здесь и в принципе знаю у кого из ребят как с личной жизнью. У Инны – неизменная тишина. Я понимаю, чем Кирилл может привлечь ее, но мне это неприятно. – Инна. Скажи, пожалуйста, а Кирилл Александрович в последнее время ни с кем не конфликтовал из ребят? – переключаю я разговор в нужное мне русло. – Может, кому-то зарплату урезал? Или неприятные слова говорил, что-то делал, что ребята на него обиделись? Чего-то не заметил? – Нет, ничего подобного не припоминаю. Все ровно было, Кирилл Александрович очень хороший руководитель. Инна смотрит в сторону. Вероятно, ей есть что рассказать, но женская обида сильнее. Девушка на меня обижена больше, чем на Кирилла, который ее не замечал. Потому как Инна уверена в том, что если бы не я, то начальник ее точно бы когда-нибудь заметил.