Глава 5

– Добрый вечер, – произношу ровно, справившись с собой, ставлю коробки на стол, вытираю ладони о фартук. – Что тебе предложить?

– Ты… – он будто проглатывает слова, – здесь живёшь?

– Работаю, – поправляю. – Это моё кафе. Что ты будешь?

Он морщит лоб, отводит взгляд к витрине – крошечный жест, за которым прячется растерянность. И тут же накидывает на себя знакомую броню.

– Эспрессо. Без сахара.

– Поняла.

Кофемашина набирает пар, шипит, как недовольная кошка. Я бросаю взгляд на Нину: сидит, рисует, язык высунула, сосредоточилась. Слава богу. Лишь бы не подошла. Лишь бы…

– Когда ты открылась? – спрашивает Артур, словно между нами обычный разговор покупателя и бариста.

– Давно, – отвечаю, не оборачиваясь. – Достаточно давно.

– Удобное место, – коротко бросает. – Проходимость неплохая.

– Нам хватает.

Я ставлю перед ним чашку. Он берёт её так, как будто проверяет вес. Глоток – и прищур. Кофе у нас действительно хороший. Я этим горжусь и ненавижу, что именно сейчас гордость щёлкает внутри.

– Спасибо, – произносит мужчина сухо.

– Пожалуйста.

Мы молчим. Воздух вязнет между столиками – запах выпечки, кофе и чего-то ещё, невысказанного. Я ловлю себя на том, что хочу спросить: «Зачем ты приехал?» – и тут же прикусываю язык. Какая разница? Совсем никакая.

– Проездом, – словно отвечает на несказанное он, скользя взглядом по залу. – Встреча рядом. Увидел вывеску, решил зайти, кофе выпить…

– Случайность, – киваю равнодушно.

– Да, – он поднимает глаза. – Случайность.

Тон – чужой, стеклянный. И всё равно под ним дрожит что-то живое, неприятно-острое. Обида? На меня? За что?

Дверь тихо скрипит – входит парень-курьер, машет мне, пристраивается у кассы. Я пробиваю заказ, принимаю оплату, передаю пакет. Всё это время ощущаю на себе взгляд Артура, как тёплую лампу – не обжигает, но высушивает до трещин.

– У тебя… – он как будто не может подобрать слово, – уютно.

– Мы стараемся, – произношу машинально.

Он кивает. На секунду кажется, что сейчас скажет что-то человеческое. Но не говорит. Поворачивает чашку, двигает блюдце – идеальная, правильная, ровная геометрия. Всё как всегда.

– Мам! – тоненький голос разрезает воздух. – Смотри!

Нина подбегает, прижимая к груди лист бумаги. Сердце падает – я успеваю обернуться, но поздно: она уже рядом со мной, под моим локтем, задрав голову ко мне, улыбается во весь рот.

– Это мы на облаке, – объясняет она серьёзно. – Мы летим над домиком!

– Нинуль, вернись, пожалуйста, за столик, – прошу мягко. – Дорисуй крышу.

– Но я хотела показать! – она только теперь замечает мужчину, и любопытство в её глазах вспыхивает мгновенно. – Здравствуйте. Я Нина.

– Здравствуй, – Артур отвечает после слишком долгой паузы. – Красиво рисуешь.

– Я тренируюсь, – сообщает Нина и, довольная похвалой, уносится обратно.

Я выдыхаю, как если бы вынырнула из воды, слишком долго задерживая дыхание. Артур провожает взглядом дочку и возвращается ко мне. В его глазах теперь не только холод – там что-то настороженное, почти болезненное.

– Это твоя дочь, – говорит без вопроса в голосе.

– Моя, – подтверждаю кивком. Голос звучит ровно, даже спокойнее, чем я ожидала. – Нина, – зачем-то повторяю имя, хотя дочка его уже называла.

– Сколько ей? – короткий, сухой вопрос, как выстрел.