Глава 15

Дима – Пойдем завтракать? – говорю я – Ага, – кивает он. Мы идем на кухню и я усаживаю его в его стульчик. Смотрю что бабушка оставила нам на завтрак. – Ага, овсяная каша и бутерброды. Мне бутеры, тебе кашу! Я ставлю перед Артемом кашу, даю ложку, а сам наливаю себе чай и готовлюсь плотно позавтракать. – Неть, – Тёмыч с отвращением отпихивает от себя кашу. – Не будешь? А что ты будешь? – растерянно спрашиваю я. – Дай, – он требовательно тянет маленькую руку к моему бутерброду. – Но тебе нельзя бутеры, они только для взрослых, – говорю я. – Дай! – еще более требовательно говорит ребенок. Я задумываюсь и решаю, что ничего страшного не случится, если один раз Артем позавтракает бутербродами с колбасой и сыром. – На! – я отдаю ему свою тарелку и наблюдаю, как Артем аппетитно уминает мой завтрак. Пробую кашу, ничего, вкусно, есть можно. Я когда на пп и не такое ем. Я начинаю с аппетитом есть кашу, как снова: – Дай! – теперь Артем передумал и решил что каша вкуснее. Я отдаю ему оставшуюся и сам доедаю бутеры, вот и позавтракали! Только теперь нам снова нужно в ванную, потому что сын весь вывозился в каше. Ладно, не привыкать. Снова идем мыться и переодеваться. – Пойдем гулять? – радостно говорю я, предвкушая как усажу сына в песочницу, а сам усядусь на лавочку. И тут Тёмыч произносит страшное слово, то к которому я вообще не был готов. – Кака! – говорит он. – Что? – я думаю что ослышался. – Кака! – громче повторяет он. Блин, блин, блин! Я не хочу! Нет! Только не “кака”! – Может ты потерпишь? Скоро бабушка придет с ней и покакаешь, – упрашиваю я сына. Тот ерзает, и снова повторяет: – Кака! – я слышу в его голосе панику и понимаю, что «кака» уже совсем близко. Что ж, мужики мы или нет? Мы справляемся и с этим, правда, я уже близок к обмороку. Да Ксюхе памятник надо ставить! Все эти бесконечные накорми, погуляй, искупай меня бы уже с ума свели! – Гуять! – наконец заявляет Артем, решив что программа максимум на это утро выполнена и достает ведерко с игрушками для песка. – Ну пошли, – уныло говорю я, мой энтузиазм практически иссяк, надо попросить Аксинью Георгиевну больше не оставлять меня так надолго с Артемом. Мы выходим на детскую площадку, там уже копошатся несколько детей под бдительным присмотром мам. Артем первым делом направляется к горкам, я раздумываю надо ли ему помогать, не дискредитирую ли я его в глазах находящихся здесь девчонок? Глянув на высоту горки, решаю, что надо, ничего, девчонки потерпят. Мы скатываемся с горки, потом катаемся на качелях, потом снова с горки. У Артема как будто пропеллер за спиной, он так носится по площадке, что я профессиональный спортсмен, обученный реагировать молниеносно, не всегда за ним поспеваю. – Темыч, ну давай уже ты в песке поиграешь! Зря что ли мы это ведро тащили? – слезно молю я своего маленького деспота. Он внимательно на меня смотрит, я от его взгляда, слишком взрослого, оценивающего даже теряюсь. – Я устал, – честно признаюсь я. Маленький чертенок решает смилостивится и усаживается рядом с такими же малышами лепить куличики, или что они там лепят. Я со стоном присаживаюсь на ближайшую лавочку. Какой ужас, а ведь еще даже не обед! – Ой, здрасьте, а вы Тёмочкин папа? – рядом со мной присаживается миловидная брюнетка, но я так измучен, что против обыкновения даже не обращаю на нее внимания. – Да – киваю я, может если буду меньше разговаривать ей наскучит и она уйдет. Но не тут-то было. – Меня зовут Инга, – кокетливо говорит она, – я мама Алисы. Она протягивает руку и я вяло ее пожимаю, меня привлекает происходящее в песочнице. Какая-то крупная девочка, посыпает моего мальца песком, вот поганка, я только утром его купал. Я решаю не вмешиваться, в конце концов он мужик, пусть разбирается. Артем недовольно машет ей, призывая прекратить, но девчонка словно издевается, весело смеется и снова сыпет моему на голову песок. Я ищу взглядом мать девочки, вон она стоит с сигаретой, болтает с подружками и совсем не смотрит за дочерью. – Мама! – кричит девчонка и снова сыпет песок Артему на голову, он сердито отряхивается. Мать равнодушно скользит по ней взглядом. – Играй, Матильда, играй, – кричит она ей. – Ох, это Матильда, – вздыхает моя собеседница, – она всех детей на площадке тиранит. Тем временем, Артем набирает в ведерко песок поднимается и встав на носочки опрокидывает все это богатство на девочку. – Мама! – верещит она изо всех сил, и начинает демонстративно рыдать, можно подумать кирпичами ее закидали. – Ах ты паршивец! – мамаша резво подбегает к песочнице. Я быстро встаю с лавочки и за пару шагов оказываюсь рядом с сыном. – Что случилось? – говорю я, положив руку на плечо насупившемуся Артему. – Вы посмотрите, что ваш поганец сделал! Он мою дочь всю песком засыпал! – вопит истеричная мамаша. – Я видел, – спокойно отвечаю я, – а вы видели как ваша дочь обсыпала песком моего сына? – Она девочка! – истерит ненормальная. – И что? Что это за дискриминация по половому признаку? Если она девочка ей все можно? Тем более вы сами разрешили ей так играть, так пусть и она принимает правила игры, скучно же когда только один играет. – Вы…вы хам! – кричит она, – вы вообще откуда взялись? Я вас раньше не видела! – Я его отец и теперь вы будете видеть меня постоянно, – холодно отвечаю я. – А, очередной папаша явился! Да у твоей жены они каждую неделю меняются. Как перчатки, надолго не задержитесь, – язвительно говорит она. – А вот это не твое дело, – я приближаюсь к ней и она испуганно замолкает, – еще слово и я привлеку тебя за клевету и оскорбление чести и достоинства человека. – Давай, давай, привлеки, я мать одиночка, вам богачам не понять… – Это не оправдывает твоего поведения! Ты лучше подумай как твоя дочь в социуме жить будет. Но тебе не понять! – передразниваю я ее. – Матильда, пойдем! – мамаша в бешенстве хватает дочь за руку и тащит ее с площадки. Я сажусь перед Артемом на корточки и отряхиваю его. – Не переживай, сын, ты все правильно сделал, – говорю я, – дай пять! Артем, немного подумав хлопает по раскрытой ладони. Меня вдруг окружают остальные мамочки, раздаются бурные аплодисменты и слова благодарности.