Глава 3. Анастасия

Первая неделя пролетает на одном дыхании. Устаю жутко. Ноги ломит от усталости, в голове полный бардак. Полночи смотрю в чёрную дыру на потолке и не могу уснуть.

Раньше учиться было легче. Материал запоминался легко и непринуждённо. Сейчас же... Боже, кажется, что я на глазах тупею. Эти формулы, формулировки... Да, вся информация кажется мне незнакомой. Вечером учу, читаю, зубрю. А утром в голове снова пусто. И это выматывает, очень сильно. Мне нельзя набрать меньше баллов, чем положено бюджетникам.

И вот, очередное утро, и поход на учёбу. Но сначала звонок моей любимой девочке. Каждый раз, когда вижу её, сердце обрывается и летит вниз... Она так похожа на него...

— Машуля, ты как, моя принцесса?

На экране появляется крохотное личико с растрёпанными светлыми кудряшками и улыбкой на весь экран. Глазки сияют, щёчки розовые, как у фарфоровой куколки. Моя. Самая родная. И пофиг, кто её папа.

— Ма-ма-ма! — визжит радостно и машет в камеру ручкой. Потом сразу берёт в кулачок что-то и тянет ко мне. — Биби! Моя!

— Маш, это машинка? — улыбаюсь, а сердце в этот момент делает кульбит. Скучаю по ней так, что аж кости ноют.

— Да! — гордо говорит она и с довольным лицом отпускает машинку вниз, видимо, на пол. — Ба-баба! Каша! Ам-ам!

— Бабушка тебе кашу дала, да? — уточняю, улыбаясь уже сквозь щемящее внутри чувство. Такая маленькая. Ещё совсем птенчик. А я тут...

В кадре появляется мама. Вид у неё не лучше, чем у меня — волосы собраны кое-как, под глазами синяки, но она улыбается.

— Доброе утро, доченька, — устало здоровается.

— Привет, мам. Как ночь?

— Как обычно. С зубками капризничала, под утро только уснула. А так — держимся. Не переживай, справляемся.

— Мам, если что… — начинаю, но она сразу машет рукой.

— Даже не думай. Мы с Машей справимся. Ты, главное — учись. Это твой шанс, Настя. Ради неё ты должна выкарабкаться из этого болота. Я не хочу, чтобы вы жили так, как прожила всю жизнь я.

Я молчу. Потому что знаю: мама говорит правду. Ради Маши — я должна. Пусть тяжело, пусть через силу. Но я уже выбралась один раз. Значит, и второй смогу.

— Ма! — снова кричит Маша и кидает в экран игрушку. — Ма, ку! Где?

— Я тут, ку-ку! — смеюсь. — Мамочка тут, малышка. Видишь?

— А-а-а! — восторженный визг, и она приплясывает прямо на месте, поджав ножки. — Ма моя!

— Твоя, любимая. Слушайся бабушку. Ладно?

Мама в этот момент украдкой вытирает уголок глаза. Делает вид, что просто что-то попало, но я-то знаю, как переживает за меня.

— Мне вот зарплату за неделю в кафе дадут, я пришлю вам посылку. Тут такое разнообразие фруктовых прикормов...

— Не надо ей никаких гадостей в банках покупать. Я сама прекрасно делаю фруктовые пюре. Так, я хоть знаю, что они без добавок.

— Мам, береги себя. И Машу. Я очень вас люблю.

— Мы тебя тоже, — тихо говорит мама. — Очень-очень.

И связь обрывается. Экран гаснет. В комнате снова тихо. Грустно и одиноко в одночасье становится. Но я знаю, ради чего всё это. Ради кого. И этого мне достаточно, чтобы снова натянуть рюкзак, схватить конспект и выйти за дверь.

День проходит с девизом "успеть всё". А если быть точнее — сдать подготовленный материал на поверку преподавателю и добежать до кафе.

Алёнка не пошла сегодня на учёбу — сильно болит живот. Да и с её памятью, ей так мучиться, как мне, не надо. Она возьмёт мой конспект и, два раза прочитав, всё запомнит.

Однажды я прочитала, что женщина в декрете тупеет и теряет память. Тогда я смеялась с этого, сейчас вовсе не смешно.

Все мои мысли — только о дочери. Даже когда была дома. Питание, прогулки, сон. Зубки, простуды, одежда. Почему плачет? Почему притихла?

Думаю, будь они рядом, я бы чувствовала себя увереннее. Просто потому, что могу вдохнуть аромат моей принцессы. Обнять и прижать к себе. Не думать постоянно, беспокоит ли её что-то. Особенно зубы, которые и днём и ночью не дают малышке спать. Но, к сожалению, снять квартиру в столице — это роскошь не по нашим карманам. Бабушка до сих пор не общается с нами. Даже после того, как я, плюнув на гордость, отправила ей фото Маши. Не помогло. Ну уж если ангел с голубыми глазами не растопил сердце старой маразматички, то я сделала вывод — ей ничего уже не поможет. Так и умрёт в одиночестве.

В кафе аншлаг. Я работаю в полсмены и прихожу как раз на час пик. Кто-то только на обед пришёл, а кто-то уже с работы идёт.

— Насть, быстрее давай. Ты как раз вовремя, — выходит из кухни Сонька.

— Сейчас, только переоденусь и бегу.

— Ок. Сегодня твой стол — пять, семь и девять. Не забудь.

— Почему? Это же Валины столы. Они самые ходовые, и она их никому не отдаёт, — добегаю до раздевалки и останавливаюсь, чтобы услышать ответ Сони.

— Её вообще сегодня нет. Она тупо не пришла на работу. Вот и запара целый день. Мы тебя ждали с Алиной, как манну небесную.

— Ладно, тогда я сейчас. Быстро.

Через десять минут я уже хватала поднос с салатами и несла на седьмой столик. Там, к моему огромному сожалению, сидело семеро парней. Похоже, футболисты. Потому что трое из них были одеты в форму. Наверное, прямо с тренировки сюда пошли.

Рядом с кафе есть стадион. Не сильно большой, но там часто тренируются молодые дарования. И так как столы семь и девять вмещают большие компании, талантливая балаболка Валя их никому не отдаёт. Всё в поисках перспективного ухажёра она.

Я быстро расставляю принесённые салаты и бегу за остальной готовой едой. Приходится сделать ещё две ходки, чтобы всё вынести.

— Вам ещё что-то нужно? — уточняю, прежде чем уйти.

— Номерок бы твой. Давай ближе познакомимся, — он прищуривает свои глаза и читает имя на бейдже, — Настя-я, — тянет с особым удовольствием.

Я никак не реагирую. Эти вот альфа-самцы уж никак меня не впечатляют. Я уже не та наивная дурочка, что приехала в столицу четыре года назад. Правда, я думала, что за два года научилась различать лицемеров и хороших людей. Что ж, я ошиблась. Но сейчас... Пройдя ряд жизненных испытаний, я просто не верю в «хороших» мажоров. Их попросту не существует.

— Я так понимаю, меню вас больше не интересует? — гну свою позицию дальше. — Тогда приятного аппетита, — и ухожу.

Может, я, конечно, слишком дерзко веду себя, как для официантки. Но я тут всего на два месяца, а значит, не должна переживать, что они обо мне подумают.

— Нифига себе, она тебя отшила, — слышу за спиной комментарий одного из них. А потом — громкий смех остальных.

— Насть, ты бы поаккуратнее с ними, — у стойки меня ловит Соня. — Они же неадекватные.

— Знаю. Я за две недели, что работаю тут, уже насмотрелась на им подобных. Они что, правда думают, что это работает? Ну, клюнет кто-то на такой подкат?

— Конечно, клюнет. Валя, например.

— Валя на всех клюёт, кто может заплатить хотя бы за один стакан коктейля в клубе. Это я тоже поняла.

— Слушай, а ты быстро адаптируешься до жизни в столице. Может, после сессии, ну её, твою деревню? Останешься тут. Сможешь целый день работать и квартиру получше снять.

— Не могу, дорогая. Меня дома ждут.

— Насть, за пятый столик сели. Отнеси меню, — влазит в разговор бариста Вася.

— Иду, — забираю у него меню и собираюсь идти к столику. Он почти сразу за моей спиной. Каких-то шагов пять.

— Настя, жених дома ждёт, да? — никак не может успокоиться Сонька. Она такая хорошая. Всегда приятно с ней поболтать. Но о том, что у меня есть дочь, я не говорила. Работа — не то место, где об этом стоит рассказывать. А больше мы с ней нигде не виделись.

— Ага, жених, — в шутку говорю я и поворачиваюсь, чтобы пойти к посетителю.

Вот только стоит мне поднять глаза, я тут же резко останавливаюсь. Потому что либо у меня галлюцинации, либо же передо мной сидит моё прошлое — и нагло пожирает глазками.