13

– Ань? – Серёжа ещё раз тихонько стучит в дверь, слышу, как он опускает голову на неё и тяжело вздыхает. – Ань, ты меня слышишь?

Поджимаю губы, его голос звучит так виновато, он кажется спокойным. Сглатываю.

– Что тебе надо? – во рту пересохло.

– Ань, прости. Я… Я не знаю, что на меня нашло… Это алкоголь, наверное. Прости, я не хотел. Этого больше не повторится. Я клянусь. Прости.

Грудь что-то сдавливает, мне неприятно вспоминать произошедшее, и я не понимаю, как теперь смотреть на Серёжу.

– Уходи, – мне обидно. Это всё произошло после того, как я познакомила его с Милой. Мы с Серёжей спали всего два раза, и он был обходительный и внимательный. Я понимаю, что любому нормальному мужчине этого мало, но… это не значит, что он может принуждать меня к сексу.

– Аль, пусти меня. Давай поговорим. Мне так мерзко от всего этого. Я клянусь, этого больше не повторится. Поверь мне. Я люблю тебя и… Прости, я не знаю, что ещё сказать.

Слышу, что Серёжа правда раскаивается в том, что попытался сделать, но это не уменьшает то, что я чувствую после произошедшего. Выдыхаю. Серёжа неплохой человек, раньше я никогда не видела его пьяным. Возможно, это действительно произошло под действием алкоголя, но я понимаю, что строить семью с таким человеком невозможно. Что может произойти в следующий раз? Я несу ответственность не только за себя, но и за Милу. Я не могу впустить человека в нашу семью, которому не доверяю.

Всё же я открываю дверь. Серёжа стоит, виновато опустив голову.

– Я хочу уехать домой, – меня всю колотит изнутри, мне страшно, что Серёжа вновь может накинуться, не отпускаю ручку двери, держусь наготове, чтобы в любую секунду закрыть дверь.

– Да, я понимаю. Но я перебрал с алкоголем и прямо сейчас не могу тебя отвезти. Обещаю, завтра утром я отвезу тебя и Милу домой.

Я не хочу ехать с Артёмом, но и оставаться в этом доме у меня тоже нет желания.

– Меня Артём увезёт, – сухо произношу я и хочу закрыть дверь обратно, но Серёжа выставляет руку. Я вся напрягаюсь.

– Ань, я клянусь, – он падает на колени, на его глазах появляются слёзы. Я в шоке, замираю, смотрю на него, не понимая, что происходит. Серёжа подползает ко мне и обнимает за бёдра, кладёт голову на низ живота. – Ань, прости. Молю, прости меня. Я не хочу тебя потерять. Я не знаю, как это произошло, прости меня. Прости, – я хочу оттолкнуть его, но, мне кажется, я слышу дрожь в голосе Серёжи. Он плачет? Опускаю голову, смотрю на его лицо: действительно, на глазах Серёжи выступили слёзы. Я словно немею, растерянно смотрю на него. – Ань, Анечка, прости меня, – он целует мой живот.

Серёжа искренне раскаивается, но я не могу всё просто так взять и забыть. Медленно убираю его руки, но Серёжа вновь вцепляется и крепко сжимает меня. Просит прощения, всё одно и то же, его невозможно отцепить от меня. Он словно на повторе шепчет «прости».

– Ладно, ладно, – произношу я, только ради того, чтобы он, наконец, отпустил меня и ушёл.

Серёжа рад услышать, что я простила его, тут же отпускает меня, встаёт на ноги и обхватывает моё лицо ладонями, смотрит в глаза, а мне хочется сбежать как можно скорее.

– Ты не пожалеешь. Вот увидишь, такого больше никогда не повторится. Я тебе обещаю. Я стану лучшим для тебя.

Он медленно наклоняется ко мне, чтобы поцеловать, и я делаю шаг назад.

– Не надо, – шепчу я, несмотря на Серёжу, мне неприятно его видеть.

Он шумно сглатывает. Я напрягаюсь, ведь после прошлого отказа он набросился на меня.

– Я понимаю, – произносит Серёжа и кивает. – Я сам себя простить не могу.

Повисает неловкое молчание. Серёжа не уходит, а я ищу повод, чтобы сбежать, но куда? И тут я замечаю, как по стене пробегает свет от фар подъезжающей машины.

– Мила, – выдыхаю с облегчением я, и в эту же секунду забываю обо всём. Проношусь мимо Серёжи, задев его плечом, но не останавливаюсь, быстро спускаюсь и выбегаю на улицу.

Первым вижу Артёма: он выходит из машины, смотрит на меня. Замираю, у меня на душе становится так светло и тепло. Я счастлива, видя его, хочется броситься к нему в объятия, рассказать всё, что произошло.

Артём обходит машину и открывает заднюю пассажирскую дверь, на руках достаёт Милу. Она, словно маленькая обезьяна, обхватывает его руками и ногами.

– Мама! – дочь замечает меня и машет ручкой в повязке.

Я улыбаюсь, быстрым шагом иду к ним. Мила крутится на руках у Артёма, и он опускает её на землю. Я почти дохожу до них, и Мила врезается в меня, крепко обнимает.

– Мы столько всего купили! – её большие глаза горят.

– Отлично, я проголодалась.

Смотрю, как Артём достаёт два пакета из багажника машины. Из него получился бы отличный отец, если бы не то, что произошло между нами в прошлом… Мечтательно смотрю на Артёма: как бы всё было? Мы бы были счастливой семьёй?

Он подходит ближе ко мне, а Мила тут же начинает тянуть меня в дом. Артём останавливается возле меня. Я так рада его видеть, мне хочется его обнять, но он смиряет меня холодным, наполненным отвращением взглядом.

– Смотрю, вы хорошо провели время, – фыркает он, словно обливая меня ледяной водой.

Прикасаюсь к волосам дрожащей рукой, быстро приглаживаю их. Артём усмехается и идёт вперёд.

Я стою и смотрю, как Артём быстрым шагом идёт к дому.

– Мам, – Мила дёргает меня за руку вперёд. – Ну идём!

Улыбаюсь и следую за дочерью, она очень торопится, я даже не успеваю за ней. Видимо, поездка принесла ей кучу впечатлений, ведь она трещит без умолку, пытается всё рассказать, но я и половины слов не могу разобрать.

Она затаскивает меня в дом. Войдя, я сразу вижу Серёжу. Он стоит на последней ступени и настороженно смотрит на меня.

– Привет! – бросает Мила и, отпустив мою руку, бежит к кухне.

Серёжа делает шаг ко мне, набирает полную грудь воздуха, чтобы что-то сказать.

– Я пойду посмотрю, что они купили, – тут же сбегаю к Артёму и Миле. Мне неприятно находиться рядом с Серёжей, не хочу, чтобы он подходил ни ко мне, ни к Миле.

Мила достаёт продукты из пакета и протягивает их Артёму, а тот складывает их в холодильник. Подхожу к столу и открываю один пакет — он почти полностью забит разными вкусняшками.

– Что это? – в шоке смотрю и не верю своим глазам, такое ощущение, что Артём скупил весь прилавок возле кассы.

– Ну мам!

– Мила! Ты ведь знаешь, что много сладкого нельзя! – перебираю весь пакет. – Ещё и мороженое!

– Это тебе, – она улыбается и хлопает глазками. – Я не буду есть всё.

– Ладно, – соглашаюсь я и глажу дочь по волосам. – И так? Что помимо конфет вы купили? Что мы сегодня будем есть?

Подхожу ближе к Артёму.

– Раз вы ездили в магазин, значит, нам с Аней придётся готовить, – раздаётся голос Серёжи у меня за спиной. Я замираю, слышу, как его шаги становятся ближе, он останавливается рядом и кладёт мне руку на талию.

Не хочу, чтобы дочь заметила мою неприязнь к Серёже и испугалась, поэтому не сразу отпрыгиваю в сторону, как мне хочется, а медленно убираю его руку.

Артём поворачивается, тут же замечает Серёжу рядом со мной и с отвращением отворачивается, сжимает ладони в кулаки.

– Мам, ты обещала, что мы будем купаться!

– Солнце, уже поздно, скоро станет прохладно. И ты сегодня упала в воду, я не хочу, чтобы ты простудилась.

– Ну мам! – Мила надувает губы и скрещивает руки на груди. Я и так вся напряжена, а маленькая каприза дочери выбивает меня из колеи.

– Я сказала «нет»! – слишком грубо произношу я и уже через секунду понимаю, что переборщила, но у Милы уже глаза наполняются слезами, губы дрожат, она резко разворачивается и убегает. Тут же бросаюсь за ней. – Мила, подожди! Осторожно на лестнице.

Вбегаю следом за Милой в комнату. Дочка сидит на кровати, отвернувшись к окну и обняв себя руками. Она уже ловко обращается со своим фиксатором, он ей совсем не мешает.

– Мила, прости, – я сажусь на край кровати и прикасаюсь к спине дочери. Она дёргается, но уже через секунду поворачивается ко мне, чтобы я видела, насколько сильно она обижена. – Пойми, я не хочу, чтобы ты заболела. Мы можем сходить с тобой в любой другой день. Если хочешь, съездим сразу, как только твоя рука заживёт?

Мила с подозрением смотрит на меня, терпит, не хочет так быстро прощать меня, но её губы уже начинают подрагивать в улыбке. Она не сдерживается и рывком обнимает меня.

– Честно?

– Конечно, – я выдыхаю и обнимаю дочь. – А сейчас нам надо собраться и поехать домой.

– Но мам! – Мила отстраняется от меня.

– Мила, так надо. Просто давай сделаем так, как я говорю.

– Я хочу кушать, – Мила поджимает губы, ей не хочется уезжать.

– Покушаем и попросим Артёма нас отвезти домой.

– Артёма? – Мила улыбается, и я киваю. Хоть какой-то плюс от их необъяснимой дружбы. – Поехали, поехали! – Мила начинает скакать на кровати.

Улыбаюсь, вот бы мне научиться также быстро переключаться.

– Ладно, – встаю и скидываю вещи, что успела достать в сумку. – Не прыгай так. У тебя всего две руки.

Мила с прыжка падает на кровать и приземляется на попу, а затем спрыгивает на пол.

– Идём! – Мила протягивает мне руку. Я засовываю влажные вещи сверху и беру дочь за руку.

На секунду замираю: мне понадобятся все мои силы, чтобы сидеть за одним столом с Серёжей и делать вид, что ничего не произошло.