Глава 64

Саша

Зашел за ней, зная, что Надя сейчас готова до полуночи работать, раз мы задержались с утра. Открыл дверь и услышал, что ей коллега говорит, замер. Испугался, что ответит сейчас Надя. Одно дело – защищать мою фирму от расторжения контракта и банкротства. И совсем другое – узнать о том, что виновники в тюрьме будут сидеть. Тем более, что один из них – это ее друг, которого мне, правда, очень хочется убить.

Скажи она сейчас, что Макс не заслужил, что я буду делать? Почувствовал, что разрывает меня. С одной стороны, мое желание мстить всем и каждому, кто плохо сделал тому, кого я люблю. И тюрьма в этом смысле – вполне не кровожадный вариант, учитывая, что я убить его готов. А с другой, я понимаю, что готов исполнять любое ее желание, лишь бы счастлива она была. Чтобы улыбалась как сегодня утром, когда встречала меня в аэропорту.

Увидел ее и понял, что вообще больше ни на секунду не отпущу. Хочу ее улыбку видеть каждое утро. Хочу возвращаться туда, где она меня ждет. Смысла нет в деньгах просто вообще никакого, если Нади нет рядом. Ради нее – есть, к ее ногам весь мир хочется бросить.

В ЗАГС и предложил ей ехать сразу же. Охота привязать ее к себе, и никуда чтобы надолго не отходила, не то, что штамп поставить. Хочется крикнуть на весь город, что моя она, не трогайте чужое.

Смешно конечно с паспортом вышло, я ведь реально забыл, что штамп о разводе с ней не поставил. И только когда регистраторша протянула мне его в ЗАГСе, как молнией озарило. Точно ведь. Заявление я тогда написал, отправил, но почему-то надеялся, что она сейчас получит его, позвонит, все объяснит, развода не будет. Но позвонила мне не она, а сотрудница ЗАГС, и монотонно пробубнила, чтоб шел за свидетельством и штампом о разводе. Помню разозлился тогда. Метался по квартире как раненный зверь. Косяк разбил кулаком, когда долбанул по нему. Причем злился я на тетку эту, что мне новость сообщила о разводе.

А сейчас вот понял, что злился-то я на себя. Поэтому и не поехал никуда за штампом. Вроде как сам отменил свое решение.

Хорошо, что она смогла меня простить. Не знаю, вот что бы я сейчас делал, приедь я, а у нее семья, муж, дети. Аж пелена на глаза падает, как представлю, что она с другим. Моя она, только моя!

Мысли эти мелькают с бешенной скоростью, пока я жду ее ответа на новость. Кажется, я даже дышать перестал, и резко вздохнул, когда услышал, ее слова, что ее не жаль, все должны получить то, что заслужили.

Слышу в этой ее фразе и то, что мы получается заслужили счастье и право быть друг с другом, справились со всем. И это наполняет меня такой силой, что мне немедленно надо что-то сделать. Желательно весь мир перевернуть. Но пока я порывисто шагаю к любимой, хватаю ее в объятья и шепчу:

- Поехали домой скорей, - поднимаю ее на руки, пока она не успела возразить и несу к лифтам.

Смеющаяся ее подружка догоняет на пол пути, сует мне в руки Надину сумочку со словами:

- Эй, влюбленные! Вещами не разбрасывайтесь! – и исчезает куда-то.

Мир сужается до нас двоих. Невозможно устоять, когда Надя так близко и смотрит пристально своими глазами, в которых я тону. Наклоняюсь к ней и целую.

- Люблю тебя, - шепчу после каждого поцелуя.

И потом еще всю ночь. Она отвечает, откликается на мои слова и на ласки. Моя девочка.

Засыпаем только под утро. Она устраивается на моем плече, обнимает меня, тихонько засыпает. Слушаю еще какое-то время ее дыхание. Это и есть счастье. Сейчас очень четко это осознаю. Как и то, что я всегда буду рядом с ней. Все для нее сделаю, лишь бы она хотела быть рядом со мной.