7 Глава

– О, понятно, – после небольшого промедления кивает Зверев, и я замечаю, как его лицо немного смягчается. – Извини, если задел. Я не знал, что у тебя есть дочь.

– Ничего, – отвечаю я, стараясь скрыть свое волнение. Оно такое сильное, что даже ладони стали влажными!

– Так тебя можно поздравить, ты замужем? – впиваясь в мое лицо жестким взглядом интересуется Миша.

– Нет, Настька мать-одиночка. В подоле принесла, – вставляет мама.

– Мам! – вскрикиваю пораженно. Щеки окрашивает краска.

Оттягиваю ворот свитера. Жарко ужасно.

Закрываю глаза. Она не понимает, как ее слова меня обижают. И я боюсь, что она сболтнет что-то еще лишнего. Без чего Зверев и так спит хорошо.

Пора заканчивать эту светскую беседу.

– Что мам? Разве это неправда. Не замужем, а ребенок есть. И кто отец не признается, записала на своего папку. Полька наша Белова. – вот так просто мама выдает Мише все мои самые главные тайны.

– Вот даже как, – задумчиво тянет Зверев. – Удивила, Стася. Очень.

Хочу сжаться от его слов.

Миша взгляда с меня не сводит, будто дыру хочет у меня во лбу просверлить. Смотрю прямо на него. Смело и гордо. Насколько могу, потому что я совсем не смелая! Сердце в груди трепещет раненой птицей.

– Я ни о чем не жалею. У меня чудесная дочь и я ее очень люблю.

– Это самое главное, – кивает Зверев.

Я не знаю, что ответить. В голове крутятся мысли о том, как все сложно, и как не хочется делиться с ним своими переживаниями. Вообще ни с кем не хочется, но с ним особенно.

Слава Богу приходит ассистентка нашего врача и зовет пройти в кабинет.

Зверев помогает маме подняться и держа ее под руку, доводит нас до двери. Он задумчиво молчит всю дорогу, я только выдыхаю от облегчения что не задает больше никаких вопросов.

А еще очень надеюсь, что после того как мы выйдем от доктора Миша не станет нас ждать.

Врач Звонов Дмитрий Серьеевич оказывается очень хорошим специалистом, не зря о нем столько отзывов в интернете и плотная запись на полгода вперед. Звонов слушает не в пол уха, как обычные доктора, а с интересом. Задает наводящие вопросы, тратит на осмотр мамы больше чем пять минут, очень внимательно изучает снимки и все анализы и исследования что у нас есть.

– Что я могу сказать, – откашлявшись поворачивается ко мне Звонов, – с учетом, того с чем я ознакомился, могу предварительно поставить диагноз гонартроз. Следует провести еще несколько дополнительных исследований, чтобы знать наверняка, но я редко ошибаюсь. Так что уверен. Это он.

– Это рак? – брякает побледневшая мама.

Хватаю ее за руку.

– Нет, что вы, – спешит утешить нас Звонов, бросает на меня выразительный взгляд. – Но вы должны понимать степень всей серьезности, при ярко выраженном болевом синдроме и ваших снимках, консервативное лечение я бы не рассматривал. Это все временная мера на два три месяца. Если вы хотите сохранить подвижность, это только хирургическое вмешательство.

– Что за операция?

– Эндопротезирование. Простыми словами, мы заменяем поврежденный сустав на имплант. Подвижность восстанавливается, болевой синдром уходит почти полностью. Но конечно нужно время для восстановления.

Несколько раз киваю. Мама сильнее сжимает мою руку.

– Вы проводите данные операции?

– Да, – уверенно отвечает Звонов.

– По квоте есть шанс к вам попасть? – решаю сразу на берегу решить эти вопросы

– К сожалению очень маловероятный, но я могу посоветовать несколько врачей из государственных учреждений.

– А какая будет стоимость если оперироваться в этой клинике и у вас?

Звонов берет листок бумаги и пишет на нем сумму, затем разворачивает его ко мне.

Опять киваю, ощущая, как комп подпирает горло.

Мама смотрит на меня с надеждой. Я чувствую, как ее ожидания давят на меня.

Прием заканчивается через полтора часа. Я получила все ответы на свои многочисленные вопросы и целый список анализов и исследований которые маме нужно сделать перед операцией.

Поддерживая маму за локоть мы выходим в коридор.

Обе молчим. Перевариваем.

Я настолько погружена в свои мысли, что выхожу на улицу в бахилах.

– Настька, смотри там Мишенька стоит. Неужели нас ждет?

Вскинув голову, нахожу взглядом высокую фигуру Зверева. Он отходит от своей машины похожей на танк и движется в нашу сторону.

– Привет еще раз, – кивает он мне и помогает маме спуститься с крыльца. – Как прошло?

– Хорошо.

– Все в порядке?

– Не совсем, – отвечаю уклончиво.

Не хочу вешать на него наши проблемы.

– Я могу вас подвезти, – предлагает Зверев.– Куда вам? Домой?

– Не надо, – отказываюсь я. – Мы сами доберемся.

– Да ладно, Настька, – вмешивается мама. – Это было бы очень удобно. На такси сэкономишь и Польку можем подхватить из сада.

– Мама! – шепчу возмущенно.

– Миша, дорогой, мы будем не против если ты нас довезешь! Поможешь забраться в твою машину старухе? Уж очень она большая.

– Да, какая ж вы старуха, Нин Пална? Девочка!

– Ой негодник! – хихикает мама.

Я вздыхаю и смотрю на маму. Она подхватывает Мишу под локоть и я понимаю, что не могу это остановить…

– Но мы не можем… – начинаю я, но Зверев с мамой уже идут к машине.

От паники мое сердце сжимается. Мама же сейчас выложит ему наш новый адрес! И будет не отмазаться, что мы только вчера переехали, потому что неделю назад он подвозил меня совсем к другому дому!

– Садись впереди, Стась, – говорит он, открывая дверь.