Глава 15

Вера – Дядя длакон! – радостный голос сына заставляет вздрогнуть и выронить из рук карпика. Рыбка, недолго думая, ловко извернувшись в траве, с характерным звуком ныряет обратно в воду. – Привет, семь… – с запинкой на последнем слоге произносит Таранов и, посмотрев на меня, расплывается в широкой улыбке во все тридцать два. У меня в этот момент сердце делает кульбит и уходит куда-то в пятки. Мне не послышалось?.. – Здравствуйте, Дмитрий Александрович, – неровно дыша, отзываюсь я. Вернулся… Живой вернулся… Сегодня ночью я так и не сумела сомкнуть веки. Все мои мысли были заняты Дмитрием, и словами, от которых моё сердце чуть не остановилось: «Вертолёт Дмитрия Александровича Таранова потерпел крушение»… – Папа вернулся! – радостно вскрикивает Анютка и со всех ног мчится в объятия отца. Дмитрий одним ловким движением подхватывает дочь на руки и широким шагом подходит к нам с сыном. – Как клёв? Поймали что-то стоящее? А на что ловите? – вытягивает бровь в вопросительном жесте и смотрит на ведро, в котором плавает одна единственная рыбка. – На челвя! Это я поймал! – горделиво заявляет мальчуган. – Какой молодец! Я лично видел, как ты его собственными руками тянул. Красавец! Настоящий рыбак! – хвалит Димку и лохматит ему голову. Сердце с болью сжимается. Как же всё-таки хочется, чтобы и у моего сына был заботливый и любящий отец… – Спасибо! – отзывается сынок, повыше задрав подбородок. – За монетку продашь мне своего карпика? – Дмитрий предлагает сделку, хитрой улыбкой посматривая на ведро с рыбкой. – Монетку? – переспрашивает сын и не менее хитро улыбается в ответ. – Неть! – после нескольких мгновений, твёрдо заявляет ребёнок. – Всему есть своя цена. Всё покупается и всё продаётся, – парирует Дмитрий, изображая из себя бизнесмена на переговорах. – За карпика я предлагаю тебе две монетки. Два швейцарских франка в обмен на твоего карпа! Вас устроит такая сделка, Дмитрий? Мы с Анной, внимательно наблюдая за своеобразными торгами мужчин, невольно начинаем смеяться так, что на глазах появляются слёзы – до того уморительное это зрелище. – Пять! Не меньше! – заявляет трёхлетний ребёнок и в категорическом жесте скрещивает руки на груди, всем своим видом давая понять оппоненту, что это его последняя цена и на уступки он идти не намерен ни при каких условиях. – Пять так пять. По рукам! – Таранов скорее пожимает сыночку крохотную ручку и отсчитывает пять швейцарских монет. Наверное, переживает, что сын передумает и ещё сильнее поднимет цену. – С вами плиятно иметь дело, дядя Длакон! – радостно произносит сынок, пересчитывая своё честно заработанное добро. – А теперь вы, дамы, – Таранов наконец обращает на нас с Анной своё внимание. – Вы вообще с удочкой обращаться умеете? Судя по тому, как вы её неумело забрасываете, вам тут аж до самого завтрашнего вечера ничего поймать не светит. – А как надо? Покажи, папа? – с нескрываемым интересом спрашивает Анна. – А вот смотри, – подходит к Анне, встаёт за спину, наклоняется и, аккуратно придерживая удочку, помогает ей закинуть поплавок подальше. – Главное сделать приблизительно такой замах и забросить от плеча. – Ну так совсем не понятно, пап… Я же себя со стороны не вижу, так я никогда не научусь удочку забрасывать… – грустным голосом произносит девочка. – Давай ты на Вере будешь показывать, а я буду внимательно смотреть. – На Вере? – переспрашивает мужчина и моментально краснеет, словно какой-то школьник на школьном балу. – На Вере. Ты показывай, а я буду внимательно смотреть и запоминать, – с едва заметной хитрой улыбкой произносит Анна. Ощущаю, как по спине пробегает холодок. Маленькая проказница решила меня подставить и в прямом смысле этого слова сунуть в объятия отца. Сердце начинает биться чаще, а дыхание моё становится неровным и прерывистым. – Ты только внимательно смотри, ладно? Я только один раз показываю… – не своим голосом отзывается Таранов и смотрит на меня, широко улыбаясь. Дмитрий, всё ещё улыбаясь как дурак, обхватывает меня сзади и, накрыв мои ладони своими, помогает забросить поплавок на самую середину пруда. В этот момент я начинаю ощущать насыщенный, слегка покалывающий вкус перечной мяты на своей щеке, как и четыре года назад… Сердце начинает биться с такой скоростью, что невольно складывается ощущение, что каждый его удар может стать последним… – Ну вот так как-то. Поняла? – баритон Дмитрия заставляет вздрогнуть. – Не поняла, совсем ничего не поняла… – с наигранной ноткой грусти в голосе произносит Анна и хлопает наивными глазами. – И я не понял, забласывать… – вставляет свои пять копеек сынок и смотрит на нас таким же хитрым взглядом, что и его старшенькая подруга. – Видимо, придётся демонстрировать по второму разу, – Таранов скашивает на меня улыбку. Робко киваю в ответ. Более чем уверена, что сейчас по цвету я напоминаю какой-то помидор. Вот же маленькие провокаторы. Сговорились и нарочно нас лбами сталкивают… Дмитрий повторно обхватывает меня со спины и моими руками забрасывает удочку. Только в этот раз он делает всё настолько медленно, что запах перечной мяты начинает ощущать по всему лицу и едва заметно щипать губы, словно мятная зубная паста. – Какого дьявола здесь происходит?! Почему ты её обнимаешь?! Подлый изменщик! – выросшая словно из-под земли Мария с раскрасневшимся от злости лицом мечет молнии и орёт во всё горло едва ли не отборным матом.