Глава 33

Я ничего не могла. Не кричать, Анита всё равно не услышала бы. Ни как-то по другому привлечь её внимание, махать руками, например, тогда меня заметили бы другие, и ещё неизвестно, чем это обернулось бы для меня. Я не могла перелезть через забор и идти в лоб неприятностям.

Всё, что мне оставалось – это до судорог сжимать пальцы на решётке забора и смотреть сквозь пелену слёз на свою дочь, играющую с другими детьми на зелёной лужайке перед крыльцом школы.

Анита не видела меня, стоящую по другую сторону ограды. Кусты со всех сторон надёжно скрывали меня от посторонних глаз. Так я думала, до тех пор пока за спиной не послышалось лёгкое покашливание.

– Фру Жарова? – хмурый полицейский махнул рукой в направлении дороги, предлагая мне выбраться из моей засады.

– Да, это я. – отрицать было бессмысленно, и я, хрустя сухими ветками под ногами, вылезла из кустов.

– Нам поступил вызов, что вы находитесь на территории школы. – бесстрастно оповестил меня страж порядка. – Вам запрещено приближаться к ребёнку.

– Я не на территории. – обвела руками пространство вокруг себя, и с независимым видом потопала к дороге.

– Что вы делаете рядом со школой?

– Гуляю. – равнодушно пожала плечами. – Или мне и гулять можно только на специальной обозначенной территории?

Формально ему не к чему было придраться. Я ничего не нарушала. Через забор не перелезала. От меня до ребёнка было больше двухсот метров. Мы никак не общались, не разговаривали, Анита даже не догадывалась о моём присутствии.

– Фру Жарова, не усугубляйте ситуацию и своё положение. – гнул своё полицейский. – Вам лучше покинуть это место. Вы же не хотите, чтобы вас экстрадировали из страны?

– На каком основании? Я гражданка Дании. – мы, наконец, вышли на дорогу. – Я ничего не нарушала и...

Запнулась увидев, стоящего у припаркованного рядом с обочиной полицейского автомобиля, Магнуса.

После нашего вчерашнего разговора я ушла, скорее сбежала, чтобы не поддаться искушению кинуться на Магнуса и перегрызть ему горло.

Сейчас это желание вспыхнуло с новой силой. Глядя, как, картинно скрестив руки на груди, Магнус стоит у машины и смотрит на меня с сочувствием, мне хотелось одним прыжком добраться до него и вцепиться ногтями в его лицо.

Было мерзко видеть лживое сочувствие. Я не верила в него. И в его невозмутимость и сдержанность тоже. Я видела, каким агрессивным он бывает. Их с Владом драка в моём доме оставила неизгладимое впечатление. Его вчерашнее обещание ядом растеклось по моим венам, отравляло. Я не верила в искренность его слов. Я знала, что за ними скрывается. И ненавидела его за то, что он делал.

– Ваше поведение вызывает подозрение, фру Жарова. – полицейский сурово поджал губы.

– Хорошо, я уеду. – покорно опустила голову. – Погуляю в каком-нибудь другом месте.

– Постарайтесь впредь не нарушать предписание и не приближаться к ребёнку.

– Может быть, тебя подвезти в город? – влез в разговор Магнус.

– Я на машине. – резко развернулась и, бросив последний взгляд на ограду школы, пошла к припаркованной за поворотом машине.

Сволочь! Гнус! Правильно его Влад назвал.

Меня душило отчаяние. Я даже издалека не могу посмотреть на свою дочь. Везде Магнус! Он даже этой возможности лишил меня.

Села в машину и вцепилась в руль. Остановившимся взглядом плавила лобовое стекло. Было трудно дышать.

Из-за поворота медленно выехала полицейская машина и остановилась. Не сигналила, но и не уезжала. За рулём полицейский, который говорил со мной, Магнус на пассажирском. Они сидели, смотрели на меня и ждали, когда я уеду.

Зло нажала на газ и вырулила на дорогу. Весь путь до города они ехали следом. Сопровождали как преступницу. Или как особу королевских кровей. Только когда я остановилась у дома герра Нильсона и вышла из машины, они развернули свой автомобиль и уехали. А я снова села в машину. Уткнулась лбом в сложенные на руле руки. Чувство беспомощности и тотального одиночества непосильной тяжестью давили на плечи. Я даже заплакать не могла, так больно мне было. До тошноты. Только громко стонала и скребла ногтями оплётку руля.

В кармане ветровки настойчиво вибрировал телефон. Один вызов, через паузу второй. Нужно ответить, вдруг что-то важное. Не поднимая головы, нащупала гаджет и поднесла к уху.

– Варя, доченька! Мне тут залётная Жар-птица такую новость на хвосте принесла! – слишком безмятежно защебетала мама. – Тебе понравится!

Жаром в груди разлилось от её “залетная жар-птица”. Так называл меня только Влад. Это было его. Наше с ним.

После нашего последнего разговора Влад не звонил мне неделю. Ни одного звонка, ни единого сообщения. Я уже не знала, что думать. Стоит ли верить его обещаниям помочь. Его словам.

– Варенька, говорят, у вас там выставка интересная будет, а на ней работы нашего российского фотографа Беломиры Резцовой. Слышала о такой? – жизнерадостно тарахтела в трубку мама. – Тебе обязательно нужно сходить на неё! Посмотреть и познакомиться с фотографом. Обязательно, Варь! Соотечественница всё же. Наша родная. А мы должны поддерживать друг друга. Тем более в чужих странах.

Беломира Резцова? Это имя ничего не говорило мне. Я была далека от мира фотографии. Самое большее – щёлкала на телефон понравившиеся виды на память, да бесконечно Аниту.

– Говорят она очень талантливая и знаменитая. Обязательно сходи, Варь! Познакомься с ней, фотографии посмотри. Резцова её фамилия. Запомнишь?

Резцова! Я хлопнула себя ладонью по лбу. Ну конечно! Арсений Резцов, Арс! Лучший друг Влада. А Беломира? Может, жена его? Или сестра?

– Обязательно схожу, мам. – впервые за эти дни я радостно улыбнулась.