Глава 13

Роман

Я ждал вечера с облегчением и страхом одновременно. Сегодня с души сброшу камень, тяжелый, неподъемный, но так страшно начать, донести, объяснить. И потерять. Очень пугало, что Наташка может не простить мою ложь. Не поверить, что с Юлей ничего нет. Ничего не связывает, кроме Вани. Вдруг в мою любовь больше не верит? А если сама больше не любит? Нет, она нервничала утром, пальцы холодными были, значит, тоже переживала. А ночью… Ночью появилась надежда, что мы сможем все пережить. Что между нами, несмотря на мои грехи, осталась близость и единство, любовь на грани зависимости. То самое, что связало нас много лет назад. С первого взгляда и на всю жизнь. Я без Княжны своей жизни не видел. Именно сейчас остро и четко осознал, что мог бы жить с ней вдвоем на необитаемом острове и не скучать по другим людям. Я очень любил дочку. Ваня тоже стал дорог. Но жена, хоть и не родная по крови, но часть души. Ведь нельзя жить только с половиной души? Это же и человеком быть наполовину?

– Привет, – холодно поздоровался Артем, – я скинул тебе две презы о новых стартах, посмотрел?

Он единственный, кто мог входить ко мне без предупреждения, но в последние дни это раздражало. Наша братская привязанность надломилась и пошла трещинами. Артем изначально не одобрял мой план и молчание. За Наташу беспокоился. Иногда слишком. Это моя жена и все, что происходит, это между нами. Он не должен лезть в это. Да, я даже к брату ревновал! Умом понимал, что глупость, но сердце сжималось от тревоги, а ладони от злости в кулаки. Очень надеюсь, что после того, как откроюсь Наташе, с Артемом снова станем настоящими друзьями.

– Нет, – ответил холодно. Но пока брат жутко бесил. – Я свяжусь с тобой, если понадобятся твои комментарии.

Артем смерил меня долгим взглядом и ушел, не проронив и слова. Это к лучшему. Мы перестали понимать друг друга.

Вечером был дубль два, только к цветам и бутылке изысканного вина добавил кольцо и серьги. Наташа в последнее время полюбила экстравагантные украшения: кольца-дорожки с разноцветными камнями, а еще гибкие, широкие с насечками из черных бриллиантов, асимметрию. На любой другой женщине это могло выглядеть слишком, но не на моей жене. Ей все шло. Она умела сочетать даже несочетаемое. Именно поэтому к ней в блог стучались с самыми безумными рекламными предложениями. Считали, что она может даже драный веник продать. Но Наташка не все брала, только если вещь реально стоящая. Чтобы ей доверяли подписчики – реклама должна быть правдивой. Репутация – вещь такая. Ее легче поддерживать, нежели восстанавливать.

Я приехал домой, немного удивился, что в окнах совсем нет света, но открыл дверь воодушевленно и с надеждой. Хлопнул в ладоши, зажигая свет и сразу понял, что что-то случилось. Плохое, очень плохое. Я пытался взглядом поймать привычное, то, что делало дом домом. Но ничего не осталось. Словно жизнь утекла отсюда.

– Наташа? – позвал хрипло. – Наташ! – громче. Тишина. Гулкая и тяжелая. На пол поставил пакеты, цветы на стол. Наверх бросился. Почему-то в детскую сначала. Игрушки на месте, несколько на полу лежали. В шкафу есть пара пустых полок, но в принципе… У Евы столько вещей, что не понять толком ничего! Только почему у меня сердце сжалось так?

Я вошел в спальню – у Наташи вещей еще больше, но многого не хватало… Главного… На стене висело наше общее фото: я обнимал жену, сложив руки на большом животе, мы улыбались и были абсолютно счастливы. Нас сфотографировали, а через пять минут Ева попросилась на волю. Воды отошли прямо на фотосессии. Этого снимка больше не было. Неужели ушла? Куда? Зачем? Почему? К другому? Полный звездец в голове!

Я с оттяжкой лупанул в стену, потом еще и еще, пока кровью не измазал сливочную штукатурку. Блядь, меня жена, что ли, бросила?! Хотелось ломать и крушить, так бы и сделал, не зацепись взглядом за конверт.

Руки дрогнули, когда достал сложенный пополам листок – на стол выпал тонкий ободок с мелкими бриллиантами. Кольцо, которое надел ей на палец, твердо намереваясь любить и защищать, в болезни и здравии, богатстве и бедности, а теперь оно лежало у меня на ладони. Ненужное Княжне моей…

Посмотри мой эфир

Больше ничего написано не было. Не густо. Я не знал, на что надеялся, но хотел верить, что всему этому есть объяснение. Сел на кровать, зашел на страничку: это была запись, не прямая трансляция, правда, непонятно, когда и где это записано. Явно не у нас дома, в какой-то студии.

Тема нашего сегодняшнего эфира может показаться необычной, но мы не можем обойти ее стороной. Сегодня мы поговорим о том, как справиться с предательством в супружестве. Как жить дальше, работать, развиваться и стать счастливой.

У меня все внутри замерло, во рту пересохло, дышать стало нечем. Блядь. Какой же я тупой! Искал причины, да не там: смотрел по сторонам, а враг был в отражении. Неужели знает?..

Наташа спокойно вела диалог с психологом, задавала грамотные вопросы, проясняла моменты, которые могли показаться двусмысленными. Беседа перекликалась с самореализацией женщины. Без лишних слез и соплей. Я даже немного успокоился: вдруг это что-то другое?

Анна, как вам выражение, что в измены якобы виноваты двое?

Психолог ответила, что это очень удобное прикрытие, причем для обеих сторон. Оно помогало сохранить отношения, но совершенно не решало вопрос доверия.

Дорогие мои, записываем на подкорку! – эмоционально произнесла Наташа. – Если вам изменили, то стыдно должно быть не вам! Вина исключительно на изменнике. А если вам попытаются навязать иное, посмотрите этот эфир. Вас просто обесценивают. Любой человек в первую очередь достоин уважения! Я тоже хочу кое-что сказать.

Она смотрела так пронзительно и, казалось, только на меня, словно в душу заглядывала.

Рома, не ищи нас. Мы встретимся с тобой в суде. Надеюсь, к этому моменту меня не будет от тебя тошнить. Привет сыну. И его мать не забудь поцеловать.

Наташа отвернулась и продолжила диалог, словно не было этого послания. Я обратился внимание, на окно комментариев, которое ожило и возбудилось. Эту запись смотрел не только я… Но мне было плевать. Наташа узнала, на остальных похер!

Какой же я придурок. Как мог не заметить, что с ней происходит? Точнее, моего ума хватило, чтобы предположить, будто у жены появился кто-то. Но даже не предполагал, что она узнала о моей двойной жизни. Боже, как же это хреново звучало! Вторая семья – еще хуже. Какую же жуткую картину нарисовало ее воображение. В нем я изменник и предатель, лжец и мерзавец. А самое мерзкое, что в каком-то смысле это правда. Во всех, кроме того, что я обожал свою семью и только она единственная. А жену любил до умопомрачения. Но теперь Наташе ничего не докажешь, и в этом виноват только я. Нахрена! Нахрена я вообще поехал тогда в Питер! Зачем домой к ним отправился! Нужно было официально к вопросу подходить. Обдумать, а я на эмоциях кинулся. Мальчика увидеть хотел, убедиться, а в итоге так накосячил, что уже не сорваться с крючка. Перед Ваней вину ощущал и жалость тоже. А о жене и дочери не думал. Как им будет, когда это всплывет? По умолчанию считал, что принять должны. Во что встанет мне моя самоуверенность?

Я стремительно покинул спальню, положил кольцо в карман пиджака. Найду Наташу и верну его на место! Нужно только сосредоточиться и подумать, где она могла быть. Родители, подруги. А может, в свою квартиру уехала? Еще оставался вопрос, откуда узнала, но здесь проще: я, Артем и Юля. Вывод напрашивался сам собой…

Спустился в гостиную и неожиданно обнаружил, что на столе больше нет свечей, которые Наташа зажигала на выходных. Я внимательно осмотрелся. А куда делись фотографии со стены? Не все, а ее и Евы. Почему я только сейчас это заметил? Почему везде так пусто? Вроде мебель на месте, а чего-то не хватало. Уюта, тепла, семьи.

– Дебил! – выругался, осознавая, что настолько заврался, так боялся быть пойманным, уличенным во лжи, что не замечал, как моя жизнь рушится. Хотел спасти семью, заметая следы своего предательства, и просрал все.

Как же ей больно было. Моя девочка так страдала, а я видел только то, что хотел видеть. Готов был во все поверить, даже в другого мужика, в связь с братом, но только не в правду: я попался. Из-за того, что я мудак, страдает моя жена.

Я горько улыбнулся, вспоминая как Наташа отшивала меня. Нет, моя Княжна плакать не будет! Она наказывала и карала. Никакой жалости и милости. Этим Наташка и брала: сильная и смелая, дерзкая и жестокая. Она одарила меня своей любой. Теперь познал силу ее ненависти. Я чувствовал себя идиотом, не понимая, что с ней творится. Теперь точно знал, что не просто идиот, а конченный подонок.

– Наташа? – молниеносно ответил на звонок с незнакомого номера. Вдруг она?

– Добрый вечер, Роман Андреевич, – произнес мужчина, – Алексей Славин, адвокат вашей супруги – Натальи Александровны Демьяновой.

Что? Адвокат?! Какого черта вообще?!

– Сегодня от ее имени мною было подано заявление о расторжении вашего брака. Мне было поручено начать бракоразводный процесс и обсудить с вашими адвокатами вопросы раздела имущества. Когда удобно будет встретиться?

У меня мозг закипел. Что за хуйня вообще?!

– Знаешь что, Леша, иди ты на хуй!

– Понял, позже перезвоню.

Я упал на диван. Телефон сжал так, что корпус трещать начал. Моя жена, моя женщина, моя Княжна уходит? Неужели Наташа со мной разводится…