Эпизод 4: Продолжение банкета

Ксения

В общем, настроение у меня заметно улучшилось. Спасибо Людке. После лекции я заскочила в супермаркет, купила тортик и теперь спешила домой, полная надежд на удачный разговор и хорошее перемирие.

Людка права: мы же очень любим друг друга. Как мы можем расстаться по такому сущему пустяку?

— Ромчик! — пропела я, завалившись в квартиру. Время подходило к двенадцати, он уже должен был проснуться.

Любимого я нашла на кухне. Он ел бутерброд с колбасой и сыром. Мой пирог так и остался нетронутым. Это немного меня задело. Мириться мы явно будем дольше, чем я ожидала.

— Чего не ешь?.. — прервалась на полуслове, когда увидела брошенный в меня взгляд.

Меня как током ударило! От неожиданности я даже повалилась на стул. Неужели сбывались мои худшие опасения?!

— Не хочу, — отрезал он и вернулся к поеданию самодельного и столь вредного бутерброда.

— Тебе перестала нравиться моя стряпня? — поинтересовалась, обидчиво надув губы. Глаза уже начали гореть от подступающих слёз.

— Мне перестала нравиться ты, — холодный, леденящий душу тон.

В горле моментально пересохло.

Сердце словно проткнули ножом, вырезали, вырвали с корнем. Стало одновременно душно и холодно. Словно тело засунули в Антарктиду, а голову в Африку.

Слишком много противоречивых чувств свалилось на мою голову одновременно. И я никак не могла совладать с собой, никак не могла справиться. Наверное, выглядела как безмолвная рыба: то открывала, то закрывала рот, не в силах что-то сказать.

Хорошо, что я уже сидела, потому что меня подвели колени, и чуть-чуть, и я б упала. Повалилась на пол.

— Мои вчерашние слова были правдивы, — неугомонно продолжал Рома. — Нам нужно расстаться. И никакие: «я буду вести себя по-другому» больше не помогут.

Интересно, он на лице у меня это прочитал? Только хотела сказать!

— И чем скорее ты соберёшь вещи, тем лучше будет. Для нас.

Его тон звучал рассудительно, леденяще. Но на этой фразе у меня словно включился аварийный режим работы мозга. Я дико разозлилась. Если секунду назад я была готова умолять его вернуться, остаться со мной, не поступать так жестоко, то сейчас мне захотелось убить его к чертям собачьим.

— Какого хрена я должна съехать? — как можно более холодно произнесла я. Не вышло, всё равно получилось грубо.

На мгновение мой бывший возлюбленный опешил.

— А что, я должен съезжать с собственной квартиры? — в тон ответил Рома.

— Да, но мой отец не дурак. Он догадывался, что ты можешь так поступить. Я такая же хозяйка квартиры, как и ты! И выставлять меня из удобной мне квартиры ты попросту не имеешь права!

Что тут началось! Бедный Рома забегал по дому, словно его укусил в задницу жареный петух. Или индюк, коим он сам являлся.

Я злорадствовала. Не могла заглушить садистко-мазохисткое удовольствие, пока наблюдала за метаниями дорогого Ромчика по квартире. Он сбегал в зал, поискал документы там. Потом заскочил в спальню, лихорадочно перетряс её.

Я знала где документы. Но я совершенно не хотела помогать ему в поисках. Пусть хоть немного пострадает. Бросить он меня решил?! Вот уж гад!

Наконец, он догадался заглянуть в нижний ящик шкафа в спальне и всё-таки принёс папку на кухню. Старательно изучил бумаги, разложив у меня перед глазами. Всё это время молча и с наслаждением наблюдала за тем, как меняется его лицо.

— Наши родители рассчитывали на то, что мы поженимся, — с горечью в голосе произнесла я.

Роман вздохнул.

— Ты права. Мы оба хозяева квартиры.

И тут меня прорвало:

— А что? Решил нажиться на мне? Нашёл богатого мужчину с дочерью, соблазнил её, позволил купить квартиру, оформить её только на тебя, и теперь можно смело выставить её из дома? Квартира твоя? Отличный план, Ромчик. Только не учёл одного: мой отец не дурак. Он таких, как ты, за версту чует.

Смотрела как меняется лицо бывшего от моей гневной тирады. С каждой секундой он всё больше сливался цветом со стеной кухни. А она, на минуточку, была серой.

И как меня вообще угораздило влюбиться в этого альфонса!

Меня наполняли противоречивые чувства.

— Не забывай, что мои родители вложили бо́льшую часть, — наконец выдал он охрипшим голосом. Упёртый баран продолжал стоять на своём.

— Мне плевать. Я отсюда никуда не съеду! — взвизгнула, скрестив руки на груди. — Мне очень близко до университета. Пару кварталов пешком, если погода хорошая.

— Мне тоже недалеко от работы. Если будем разменивать, то по однушке на окраине не получится, — задумчиво причмокивая губами вынес вердикт Рома.

Когда-то казалось это эротичным, а сейчас меня чуть не стошнило.

На кухне воцарилось гробовое молчание, которое наконец-то прервал Роман:

— Я могу взять кредит и отдать половину стоимости…

— Чуть больше половины, — фыркнула я. — Заметь, я тоже не хочу отсюда съезжать. Ты меня сам выселяешь!

— Хорошо, — скрипя зубами, прокряхтел Рома. — Собирай вещи. Чтобы завтра с утра я тебя здесь не видел!

Прищурилась. И вот в этого идиота я была влюблена? За него хотела выйти замуж?

Поднялась и гордо удалилась в спальню. Нечего этому остолопу видеть мои слёзы и мою непередаваемую боль.