Глава 7. Счастье есть

Ехали молча. Алексей Петрович был сосредоточен на дороге, Сава смотрел в окно. Маша думала: «Кажется, я серьезно влипла. Он ведь меня теперь не отпустит. Он и раньше мне проходу не давал, а теперь…» Однако воспоминания об их поцелуе и его сильных пальцах на ее теле заставляли ноги слабеть, дыхание — сбиваться, а все внутри — сгорать от непонятного нетерпения. Девушка украдкой посматривала на профиль парня, который хорошо был виден между высокой спинкой сиденья и окном, и не могла налюбоваться им. «Как я только жила все эти четыре года? И ведь нормально себя чувствовала», — недоумевала девушка, понимая, что не сможет расстаться с Савой второй раз, что все это время просто запрещала себе о нем думать, а на самом деле тосковала, поэтому он так часто снился ей. Джип подъехал к симпатичному поместью, обнесенному деревянной изгородью. Высокие резные ворота послушно распахнулись перед хозяином, и девушка смогла увидеть симпатичный двухэтажный коттедж. Но полюбоваться им ей не дали. Сава подхватил ее под руку и едва не внес внутрь. — Ма, принимай гостей! — крикнул парень. В прихожую, которая плавно переходила в гостиную с камином, вошла Светлана Сергеевна с милой малышкой на руках. Девочка была темноволосая, в брата и отца пошла. В глазах-топазах — радость и полное доверие миру. Такие взгляды бывают у детей только в счастливых семьях. — Заяц, ты чего ее опять таскаешь на руках? Ты же только родила! — Алексей Петрович тут же выскочил из‑за спины Маши и, забрав дочь, поцеловал жену в губы. Это был короткий, но очень чувственный поцелуй, многообещающий. — А где мелкий? — спросил мужчина, с неохотой оторвавшись от губ жены. — Спит… Светлане Сергеевне не дали договорить. Алексей Петрович обнял ее одной рукой, прижал к себе и жарко шепнул на ушко: — Соскучился, пока спасал этого шалопая. — Па, можно подумать, это я виноват, что погода испортилась. Между прочим, я спас пятерых глупых туристов. Если бы не я, ты бы уже отбивался от исков и звонков разгневанных родственников, — проворчал Сава, помогая Маше повесить ее куртку. — Машенька, как я рада тебя видеть! — Светлана Сергеевна, отодвинув с дороги мужа, всплеснула руками. — Здравствуйте. — Девушка растерялась от такого гостеприимства. — Какими судьбами к нам? — подхватив гостью под локоток, спросила хозяйка дома и повела Машу на кухню, где вкусно пахло тушеным мясом. — Она была среди тех глупых туристов, которых спас наш сын, — догоняя жену, сообщил Алексей Петрович и бросил на сына насмешливый взгляд. Сава покраснел. — Я не имел в виду, что Маша глупая… Ты же сам всех туристов так обзываешь, — запинаясь, принялся оправдываться парень. — Голодная? — не обращая внимания на сына и мужа, спросила Светлана Сергеевна. — Нет, мы пообедали. — Ма, Маша будет у нас ночевать. Я пойду ей все тут покажу, — схватив за руку любимую девушку, заявил Сава. — Хорошо, конечно, — погладив по щеке сына, откликнулась мать. — А мы пока постелем Маше в крайней гостевой, чтобы ее твои брат и сестра не беспокоили ночью, — не без ехидства сообщил Алексей Петрович. Маша, немного ошарашенная таким теплым приемом, с недоумением поняла, что отец постоянно подтрунивает над сыном, а Светлана Сергеевна выглядит по-настоящему счастливой; и то, как вокруг нее постоянно крутится муж, выдает так и не угасшую за эти годы страсть между ними. Сава на реплику отца ничего не сказал, только бросил на него полный обиды взгляд. Парень еще крепче сжал ладонь Маши и вывел ее на улицу. — Прости, если родители тебя смутили, — отведя взгляд в сторону, проговорил Сава. — Они очень милые. Твоя мама прекрасно выглядит, — осматривая широкий двор, сказала Маша. — А ты думала увидеть ее в кандалах и с синяками по всему телу? — не скрывая иронии, спросил Сава. Теперь пришла очередь Маши прятать взгляд. Да, были у нее такие страхи. Но видя эту семью, полную любви и заботы друг к другу, девушка подумала, что, возможно, быть истинной парой для волка не так и плохо. Сава показал Маше баню, площадку для выгула собак (ее предназначение было понятно без слов), сторожку работника, лесное озеро недалеко от дома. Влюбленная пара гуляла, держась за ручки, и то и дело бросала друг на друга взволнованные взгляды. — У тебя нос покраснел. Замерзла? — спросил Сава Машу, когда они обошли озеро. Девушка смутилась и кивнула. Когда влюбленные вернулись в теплый дом, им навстречу выскочила малышка с криком: — Ба Са! Она подняла пухлые ручки, и Сава подхватил ее, приговаривая: — Привет, Алинка-мандаринка! Девочка радостно засмеялась. «Из него получится отличный отец, внимательный и надежный», — вдруг подумалось Маше. Девушка смутилась и кинулась в ванную комнату — мыть руки. За ужином Светлана Сергеевна неожиданно спросила: — А какие у тебя планы, Маша? — Я… Я оканчиваю медицинский колледж. Хочу работать. — У Алексея Петровича есть связи в закрытой школе, которая тут недалеко находится. Он может устроить тебя туда медсестрой, — тут же с доброжелательной улыбкой сообщила Светлана Сергеевна, без сомнения готовая стать заботливой свекровью. — Отличная идея, ма, — подхватил Сава. — Купим тебе машину. Тут ехать не больше двадцати минут. Маша смутилась. С одной стороны, ей понравилось, что никто не хочет запереть ее в четырех стенах. Потенциальные родственники как бы намекали: хочешь работать — не вопрос! Но с другой стороны, у Маши возникло ощущение, что ее хотят контролировать. Бросив угрюмый взгляд на Саву, она вежливо ответила Светлане Сергеевне: — Спасибо! Но я операционная сестра. Я бы хотела работать по специальности. Светлана Сергеевна улыбнулась и опустила взгляд в тарелку, где, кстати, лежала тающая во рту говядина, тушенная с овощами. От одного запаха можно было захлебнуться слюной. — Уверен, в Новосибирске полно больниц и всегда не хватает медперсонала, — заметил Алексей Петрович. Хозяйка опять оживилась и воскликнула: — Сава, я слышала, что в коттеджном поселке, где живет твой дядя с бабулей и дедулей, продается дом на отшибе. Мы можем подарить вам этот дом на свадьбу. Оттуда до города ехать всего ничего. У Маши пропал аппетит. Так настойчиво ее еще никто не сватал. А ведь ее мама с семнадцати лет начала ей женихов выбирать. Против Савы, кстати, она никогда не возражала, считая его верным и надежным. Все-таки у взрослых глаз на такое наметан. — Мама, папа, вы слишком спешите. Я еще и предложения не делал, а вы нам уже подарки на свадьбу выбираете, — проворчал Сава, заметив перемену в настроении Маши. — Не сделал? — возмутилась Светлана Сергеевна, громко положив столовые приборы по бокам от тарелки. — А чего ты ждешь? Когда она улетит? Маша не выдержала, встала и извинилась: — Простите, я устала, пойду. — Я провожу тебя, — вскочив за девушкой, объявил Сава. — Не надо, я сама. — Маша попыталась ускользнуть от парня. — Я провожу! — повторил он с нажимом. Девушка сдалась. Вместе с Савой они поднялись на второй этаж, и парень проводил ее до крайней двери. — Наши спальни все в другом конце коридора. Если тебе что-нибудь понадобится, можешь смело постучать в мою дверь. Мимо не пройдешь. — Парень улыбнулся, осторожно взял девушку за руку и тихо проговорил. — Я не хочу на тебя давить, но ты же понимаешь, что я не отступлю? Ты мне нужна, Мань. Я готов на все. Ставь любые условия, выдвигай любые требования, я все исполню. Останься со мной, согласись выйти за меня. Свадьбу можно не сейчас играть, позже, когда будешь готова. Прошу только об одном: не улетай завтра. Ты же можешь? Маша смотрела в светлые глаза Савы, в которых сияли надежда и любовь. Ее сердце откликалось на это сияние, тянулось к сильному, такому надежному парню, но разум был начеку, он шептал глупому сердцу: «Слишком все быстро. Ты должна подумать». — Мне нужно подумать, слишком все быстро, — эхом повторила Маша и скользнула в гостевую комнату, закрыв перед носом парня дверь. Было еще рано, и спать не хотелось. Маша походила, осматривая безликое чистое пространство, в котором были лишь кровать и небольшой шкаф, да деревянный стул сиротливо жался в углу. В окно заглядывали сосны, ими девушка полюбовалась всласть — целых десять минут. Потом позалипала в телефоне и не выдержала. — Ну что я творю. Я же его хочу. И будь что будет! — решилась Маша. Нырнув в ванную комнату, она приняла душ, накинула футболку до колен, в которой обычно спала, распустила роскошные светлые волосы и решительно выглянула в коридор. В доме было темно, слышался веселый смех из детской. Почему детской? На двери были приклеены солнышко и облака, на соседней красовались два красных сердечка, пронзенных одной стрелой. Дверь Савы действительно сложно было перепутать: на ней красовался воющий на луну одинокий волк с горящими синевой глазами. Маша на цыпочках подошла к комнате будущего мужа: она признала этот факт, ведь мечтала об этом не меньше парня и его родителей. Короткий стук — дверь распахнулась мгновенно. Кажется, ее ждали. Сава замер на пороге в одних шортах и с влажными волосами. Как же он был хорош! Капли воды соблазнительно скатывались по идеально гладкой коже, под которой перекатывались мускулы. Он был поджарым, стройным, не подавлял мощью и атлетизмом, но глаз от него отвести было невозможно. — Мань… — позвал девушку Сава. И столько было мольбы в этом зове, что она больше не раздумывала, преодолела разделяющее их расстояние в один шаг и оказалась в его объятиях. Ее рот тут же пленили, сильные руки обвились вокруг талии и пустились в путешествие по девичьему телу. Огладили ягодицы, спину, зарылись в копне волос. Парень страстно прижимал податливую Машу к себе так, будто решил никогда больше не отпускать. Он оторвался от ее сладкого рта, дав возможность вдохнуть воздух, и тут же принялся покрывать поцелуями ее шею, опускаясь все ниже. Футболка помешала ему дотянуться до девичьей груди, он тут же стянул и откинул ее прочь. Девушка оказалась обнаженной. На миг парень отошел от любимой на шаг и замер. — Маша, ты прекрасна, — с восторгом прошептал он. Девушка смутилась, но была довольна реакцией парня. И снова она потянулась к нему первой. Он подхватил ее на руки и отнес в кровать. Пока ложился рядом с Машей, успел стащить с себя шорты и тоже оказался обнаженным. Девушка тут же проявила любопытство. Обхватив Саву за плечи, она опрокинула его на спину и оседлала. Ее руки стали беззастенчиво изучать мужское тело, ей это было в новинку и невероятно возбуждало. Пальчики очерчивали мышцы груди, кубики пресса, спускались ниже. Вздыбленная мужская плоть поразила девушку. «Невероятно гладкий и твердый», — пронеслось в голове Маши. Но тут выдержка Савы дала сбой. Он подмял под себя любимую и жарко зашептал ей на ушко, покусывая мочку: — Давай ты потом еще поиграешь… Голос его дрожал, а дыхание сбилось. Было видно, что он готов взять свое немедленно; но, помня, что у Маши это первый раз, Сава не торопился. Зацеловал ее грудь, живот, его пальцы скользнули в лоно, вызвав у девушки удивленный стон. Она напряглась, испугавшись его дальнейших решительных действий. — Не бойся, я буду очень осторожным, — пообещал парень. — Но если не готова, я остановлюсь… Просто… Я так тебя хочу, Маш. И он снова взял в плен ее рот, прижимаясь к девушке всем телом. — Я тоже хочу тебя, Сав, — прошептала она, едва он оторвался от ее губ. Парень навис над ней, заглянул в глаза, будто пытаясь прочитать, правду она сказала или кривит душой. Но она смотрела на него с предвкушением. — Я хочу стать твоей, — настаивала девушка, и Сава осторожно толкнулся в нее. — А! — вырвалось у Маши, было больно. Сава замер. — Продолжай, — выдохнула девушка, снова расслабившись. Боли больше не было. Они двигались навстречу друг другу, постепенно ускоряясь, сначала с нежностью наслаждались новыми ощущениями, привыкая, а затем ускорились, неистово желая слиться воедино навечно. Она выгибалась и сминала простыни, громко постанывая; он сжимал ее бедра и рычал. На пике Сава последовал инстинктам, прикусил Машу за шею и тут же зализал ранку. Обессиленные, они лежали рядом на кровати, держались за руки и любовались тенью сосновых веток на потолке. — Знаешь, а ведь у меня это тоже был первый раз, — признался Сава. — Правда? — удивилась Маша. — Мне понравилось. — Я люблю тебя, Мань. Выходи за меня. — Будешь снова таскаться повсюду за мной? — выразила свои страхи девушка. — Когда? Я учусь, работаю, помогаю родителям с мелкими. Маме тяжело одной. Но если мы поженимся, обещаю, будем жить отдельно. Маша счастливо улыбнулась. — Мне нужно подумать, — произнесла она дежурную фразу, уже прекрасно зная ответ. Сава отнес девушку в душ на руках, сам намыл, аккуратно и тщательно вытер мягким полотенцем и снова уложил в кровать. Маша не сопротивлялась, потому что была в полудреме. Усталость и эмоциональные качели последних часов сделали свое дело. Они уснули, тесно прижавшись друг другу. Утром их никто не побеспокоил, хотя обычно Саву с рассветом будила его шустрая и громкая сестра. Маша хотела уйти к себе, чтобы умыться и одеться, но Сава остановил ее. — Давай вместе умоемся, — тихо попросил он. Парню явно не хотелось выпускать из рук обретенную любовь. — Я… — начала с сомнением Маша. Она опасалась, что совместный поход в ванную комнату может закончиться не по плану. А ей еще было нужно время… — Просто умоемся, — перебил парень и усмехнулся. Девушка покраснела и согласилась. На кухню они спустились уже ближе к обеду. Аппетит у обоих был отменный. Дома никого не оказалось. Алексей Петрович уехал на работу, а Светлана Сергеевна гуляла с детьми. Тишину и спокойствие никто не нарушал, пока не позвонила Катька. — Где тебя носит? У нас через час выезд из гостиницы. А к семи нужно приехать в аэропорт. Тебя, случайно, Сава не запер в подвале? Маша бросила взгляд на недовольного парня: ему не понравилось, что кто-то нарушил их уединение. — Не запер. У меня все отлично. Катюш, будь другом, собери мои вещи, я там всего-то туфли оставила и ноут, остальное с собой брала. Мы скоро приедем. Девушки-студентки путешествовали исключительно с ручной кладью, билеты без багажа стоили дешевле, весь их скромный скарб умещался в туристических рюкзаках. — Лады, — буркнула Катька и отключилась. Сава смотрел на девушку волком и молчал. Маша выдохнула и ласково попросила: — Савушка, отвези меня, пожалуйста, в гостиницу, мне вещи нужно забрать. И когда парень готов был облегченно выдохнуть, она добавила: — А потом — в аэропорт.