Глава 13. Простая просьба

Семён – Ты в порядке? – Наташа касается моего плеча, выводя из размышлений. Размышлений, связанных с этой долгожданной встречей, со свадьбой единственной дочери и ее выбором, с работой и… В общем, мыслями о жизни. – Конечно, – беру ее кисть и переплетаю пальцы, помогая сесть в кресло рядом. Мы заказали кофе и завтрак в номер, чтобы не отвлекаться и собирать свои вещи. Погрузившись в тишину, мы едим, наслаждаясь сырниками с ягодным желе на балконе нашего номера. Наташа непривычно тихая. Я поворачиваю голову и сталкиваюсь с ее внимательным взглядом. – Что-то хочешь спросить? Она кивает с улыбкой на губах. – Семён, а вы с Вероникой не очень хорошо закончили? – Почему ты так думаешь? – поднимаю чашку и подносу ее к своим губам. – Не знаю, – она поднимает одно плечо и отводит взгляд, смотря на пруд, залитый солнечным утренним светом. – Просто показалось… было напряженно, если честно. – Все в порядке, – отмахиваюсь от ее извинений и сразу же отвечаю на вопрос. – На самом деле, все закончилось и… Просто закончилось. Но мы долго не виделись после развода. Наверное, поэтому. – Понимаю. Извини, что затронула эту тему. – Ничего, – встав, оставляю поцелуй на ее щеке. – Я пойду пройдусь. Обниму дочь, спрошу, может, нужно что-то от меня. – Конечно. Я пока что закончу с вещами. – Твои сегодня возвращаются? – задерживаюсь у стола. Наташа тоже в разводе с мужем, и у них есть двойняшки семнадцати лет. Она была с ними в Праге, потом сын и дочь улетели к своему отцу, а она осталась со мной. – Завтра. Саша поедет в отпуск с женой, а дети со мной до конца лета останутся. – Понял. Скоро буду. Снова целую ее и выхожу из номера. Прохожу по коридору и у лифта сталкиваюсь с Вероникой. – Доброе утро, – говорю первым, остановившись. Те полгода, когда мы с ней пытались спасти брак, были сложными. Они казались жестокими и изнурительными во всех планах. Но сейчас… в разводе с ней, на расстоянии вытянутой руки, гораздо хуже. – Здравствуй. Мы входим в лифт, и я нажимаю на кнопку первого этажа. – Завтракать идешь? – спрашиваю, стараясь быть спокойным. – Да. Маша с Женей и Кириллом уже там. А вы… ты? – Позавтракали в номере, скоро выезжать будем. Сейчас хочу увидеться с дочерью. – Ясно. Я чувствую ее волнение. Сам волнуюсь и ощущаю, как потеют ладони, на лбу выступают холодные капли. – Вероника… – двери лифта открываются, но мы не шевелимся и разворачиваемся друг к другу лицом. – Да? Она кажется уязвимой прямо сейчас, в этот момент. Неуверенной и ранимой. Я видел ее такой шесть лет назад, когда мы прощались. – Это был отличный праздник. Она улыбается, сметая все эмоции, что были раньше. Это красивая улыбка. Обаятельная и честная. Не наигранная и не вынужденная. Наша дочь была и всегда будет для нас связующим звеном. Я не беру в расчет любовь к самой Веронике, потому что это связующая меня с ней нить, и она лишь моя. Она пошла вперед. Пошла уверенной походкой, и, наверное, я за эту уверенность полюбил ее даже сильнее. Хотя я все еще хочу сжать руками шею этого Кирилла. Но Ника улыбается, и если он источник ее улыбки, то я могу за это сказать ему спасибо. Мысленно. – Я рада, что это получилось так, как она и мечтала. – Да. Я тоже рад. Послушай… ты бы… Я просто подумал, – переминаюсь и волнуюсь еще сильнее, сам до конца не понимая причину просьбы, которая в итоге слетает с моих губ: – Может, мы пообедаем? – Что? – ее удивленные глаза распахиваются шире, чем было, а двери лифта начинают закрываться, и я их снова пытаюсь удержать. – Семён… – Нет, послушай, фу-у-х… – выдыхаю. – Мы давно не виделись, и свадьба дочери – это бесконечная суета. Просто обед, чтобы поговорить. Ника – это будет просто встреча. – Я… – сбоку маячит тень, и, посмотрев в сторону, мы оба замечаем Кирилла. – Ника? – Иду, – она отвечает ему и, снова повернувшись ко мне, отвечает: – Я не думаю, что это необходимо, Семён. Не из вредности. Я правда не вижу в этом смысла. Мне нужно идти, извини. Она выскакивает, и я отпускаю двери лифта, позволяя им закрыться, но тут же нажимаю на кнопку, и они отворяются вновь. Затем выхожу и иду в ресторан. – Папа, – Маша встает со стула и обнимает, когда я подхожу ближе. Жене я жму руку, а также здороваюсь с мамой и отцом, затем с тещей. Они все выглядят помолодевшими и отдохнувшими. Эта идея была замечательной. За соседними столиками так же гости свадьбы, кому я киваю, и сажусь к родным. – Уже уезжаешь, сынок? А где же Наташа? – Она наверху, собирает вещи. Мы поедем, так как мне нужно заселиться в квартиру. Жильцы должны были съехать на этих выходных. – Ты мог остаться у нас, а не покупать квартиру, – мама фыркает, а я улыбаюсь. – Да, если бы мне снова было двадцать. – Как знаешь. Пообщавшись с дочкой, узнав их с Женей планы на август и отдых (так как они полетят отдыхать), я встаю из-за стола, выпив еще одну за это утро чашку эспрессо. – Увидимся, – обнимаю ее, прижимая к себе как можно сильнее. – Береги ее, – похлопываю по плечу ее мужа. – По-другому и быть не может, – он улыбается, а я отхожу на шаг и смотрю на Нику. Склоняюсь и шепчу: – Дай знать, если передумаешь. Она кивает, и я ухожу, попрощавшись со всеми. По дороге в город мы с Наташей делаем остановки у красивых мест. Это одинокая церковь, пруд, покрытый белыми лилиями. Деревня, где каждый дом сделан из круглого бруса. Но это не новые домики. Старый и посеревший брус с трещинами и резными ставнями на окнах. Так мы и приехали в город. Я завез Наташу, помог с вещами и, перекусив купленной по дороге едой, поехал к себе. Квартиру, которую я купил, видел лишь на фото и в первый день, когда оказался в России после перелета. Благо, отличий не было. К тому же ее посмотрели друзья, прежде чем я произвел оплату и подписал документы. В ней хозяева оставили частично мебель, встроенный кухонный гарнитур с техникой, и, по крайней мере, первые месяцы я не буду спать на полу. Весь вечер я раскладывал вещи в гардеробной, а когда закончил, огляделся. Здесь не было уютно. Не думаю, что дело в огромном телевизоре, который я приобрету чуть позже, или мебели, которой не хватало. Дело было в том, что я был здесь один. А вот это как раз-таки было привычным за последние шесть лет. Наташа появилась в моей жизни не так давно, и я не могу сказать, что она смогла заполнить образовавшуюся пустоту. Но и вычеркивать ее я не хотел. Взяв телефон с полки гардероба, я набрал ее номер. – Уже соскучился? – в ее голосе слышалась улыбка, и я улыбнулся сам. – Могу я приехать? – Конечно.