Глава 30. Баттл

Мы сидим за моим круглым кухонным столом напротив друг друга. Между нами френч-пресс с заваренным черным чаем, сахарница, баночка меда, порезанный на блюдце лимон и вазочка с конфетами. Меня внезапно охватило дурацкое ощущение, что я и Роберт по-прежнему женаты. То есть, головой-то я понимаю, что мы в разводе, но вся обстановка, его расслабленная поза за столом, теплая улыбка, добрый взгляд и букет шикарных роз в спальне заставляют меня усомниться в том, что в мебельной стенке лежит свидетельство о расторжении брака.

- А вдруг бы меня не оказалось дома? - спрашиваю, делая маленький глоточек горячего чая.

- Значит, я бы зря приехал, - отвечает беспечно.

- А зачем ты вообще ехал?

Я упорно не могу понять причину его визита. Во-первых, в Москве не ходят в гости без предупреждения. Как раз потому, что велика вероятность не застать хозяев дома. В Москве слишком большие расстояния и дорога занимает слишком много времени, чтобы надеяться на «авось». Может, в маленьким городе и не жалко потратить десять минут, чтобы дойти до дома подружки и узнать, что она отсутствует, но в Москве дорога занимает не меньше часа.

Во-вторых, в принципе неприлично ходить в гости без предупреждения.

- Я же сказал: без конкретного повода. Просто захотел увидеть тебя, поздравить.

Нет, я так не могу. Отодвигаю от себя кружку с чаем.

- Роберт, пожалуйста, хватит. Если у тебя нет темы для разговора, то уходи.

Мне тяжело находиться в бесконечном дежавю и напоминать себе, что в мебельной стенке в папке с документами лежит серая бумага - свидетельство о разводе. Три года оказались недостаточным сроком, чтобы сидеть напротив Роберта и ничего не чувствовать. Во мне борются два желания: обнять его и убежать подальше. Это тяжело.

Бывший муж перестает улыбаться и становится серьёзным.

- Хорошо, давай обсудим работу. Я хотел начать с тобой этот разговор в первый рабочий день, но можем сейчас. Злата, ты один из лучших журналистов в газете. Твои расследования в лидерах по количеству просмотров на сайте. Я скажу честно: я не хочу терять тебя как специалиста.

- Вау, сколько комплиментов, - не выдерживаю, перебиваю Роберта. - Это точно все мне?

Я знаю: Роб считает меня хорошим журналистом. Ну, во-первых, без лишней скромности скажу, что я действительно хороший журналист. Во-вторых, когда мы были женаты, Роберт читал почти все мои статьи и каждый раз хвалил их. И делал это не потому, что я его жена, а потому что мои материалы действительно заслуживали похвалу. А в нашей газете я вовсе стала проводить расследования о махинациях в банках, и это вывело меня на новый уровень. Я стала одним из самых читаемых и цитируемых авторов.

Так что, конечно, никакому генеральному директору - будь то Роберт или кто-то другой - не захочется терять такого специалиста, как я.

И все равно мне до ужаса приятно слышать похвалу от бывшего мужа.

Приосаниваюсь.

- Да, Злата, это все тебе.

- Итак, я полагаю, ты клонишь к тому, что боишься моего увольнения из-за сокращения зарплат?

А вот сейчас появилась хорошая возможность поторговаться. Нельзя упускать такого шанса. Всё-таки есть свои плюсы в работе с бывшим супругом: ты знаешь его как облупленного и знаешь, на какие рычаги давить.

- Не буду скрывать и увиливать: да, я не хочу, чтобы ты увольнялась. Я прошу тебя остаться в газете. Обещаю: интеграция с телевидением никак не отразится конкретно на тебе и твоей работе. Я знаю, у тебя есть опасения на этот счет. Не переживай. Конкретно ты от интеграции не пострадаешь.

- Спасибо за честность, Роберт. Я тоже буду честна с тобой, - притягиваю кружку с чаем обратно и делаю глоточек. Роб тоже отпивает, глядя на меня. - Как только ты вызвал меня к себе и объявил о сокращении зарплаты, я кинула клич по знакомым из других газет. Прямо сейчас у меня есть три предложения о работе. Собеседования назначены на первую рабочую неделю.

Нагло вру и не краснею. Никакой клич я не кидала, а только собиралась подумать об этом на праздниках. И то не факт. Объективно и честно: мне лень менять работу. Здесь все знакомое и налаженное, я нахожусь в зоне комфорта. Иногда лучше потерпеть временное сокращение зарплаты, чем менять привычный уклад жизни.

Но раз Роб сам говорит, что боится потерять меня как специалиста, то я не могу не воспользоваться этим шансом.

- Мммм, - тянет, не спуская с меня глаз. Я делаю ещё глоток из кружки и разворачиваю этикетку конфеты. - И что за СМИ?

- Ну конечно, я тебе не скажу. Просто раз ты со мной честен, то я тоже честна. Скорее всего, после праздников я уволюсь. У меня ипотека, я не могу терять в деньгах.

Вот тут я прикусываю язык. Закидываю в рот конфету и быстро жую. Сейчас Роб скажет что-то типа: «А почему твой жених не помогает тебе платить ипотеку?». Ну или чисто логически: раз я в скором времени выхожу замуж, значит, перееду к своему новому мужу. А эту квартиру можно сдавать.

- Я готов сохранить тебе зарплату, - внезапно говорит.

Я аж застываю на месте. Что? Мне не послышалось? Роб не просто не подкалывает меня, а обещает не срезать зарплату?

Бывший муж все так же не сводит с меня глаз. Ей-Богу, сканирует взглядом, как аппарат рентгена. Мне аж не по себе становится.

- Спасибо, это очень мило с твоей стороны, - делаю беспристрастное лицо. - Но я все равно схожу на собеседования, и если где-то мне предложат больше, то я уйду. Сохранение зарплаты - это, конечно, хорошо. Но сам понимаешь: инфляция, все дела. Продукты дорожают, коммуналка дорожает, жизнь дорожает, а зарплата стоит на месте.

Я иду ва-банк. Как говорится, проси больше, дадут сколько надо. О сохранении моей зарплаты Роберт уже заявил. Но, возможно, мне удастся выторговать повышение? Хотя бы небольшое.

Да простят меня мои любимые коллеги.

- Ну, я знаю, какие на рынке зарплаты, - голос Роберта становится серьёзным и даже чуточку строгим. - Даже не представляю, где тебе могут предложить сильно больше, чем у нас. Ну максимум тебе прибавят десять тысяч. А вероятнее всего тебе предложат такую же зп, как сейчас, просто разрешат пару дней в неделю работать из дома.

Роберт прав, и я разочарованно поджимаю губы. Надеюсь, он этого не заметил. Когда на корпоративе все коллеги в один голос верещали о поиске новой работы, они не учли главное: а зарплат выше чем у нас, особо-то и нет нигде в журналистике. Либо такие же, либо меньше. Если хочешь сильно больше денег, иди в пиар. А к пиару не каждый журналист готов.

Я точно не готова.

- Хорошо, я согласна на сохранение зарплаты, - заявляю с гордо поднятой головой.

Я все равно должна выйти из этого баттла победителем.

- И обещаешь не ходить на собеседования? - выгибает бровь, глядя на меня поверх кружки.

- Обещаю.

Роберт недоверчиво прищуривается.

- Клянусь своим расследованием о финансовых махинациях в банке «Столичный», - поднимаю вверх ладонь, как в судах в американских фильмах.

Роб расслабленно смеётся.