Глава 54. Вещи

Я замираю на месте. В растерянности гляжу на Роберта. Это вообще нормально, что к нему приходят подчиненные и так себя ведут? Пожалуй, мое возмущение таким поведением гораздо сильнее, чем страх быть пойманными на занятии секса. И тот факт, что секретарша прекрасно понимает, что Роберт заперся со мной в кабинете не просто так, не кажется мне столь значительным, как охреневший вконец телекорреспондент.

Роберт подходит к двери, поворачивает замок и открывает ее.

- Роберт Александрович, - сходу начинает Владимир Бодров с телеканала. - А почему у меня работы стало больше, а зарплата больше не стала? Можно это с вами обсудить?

- Спуститесь на этаж ниже в отдел кадров, там вам выдадут вашу трудовую, я сейчас позвоню, распоряжусь.

- Эй, то есть, как выдадут трудовую…

Роберт захлопывает дверь перед носом корреспондента. Снова поворачивает замок и шагает к рабочему столу. Берет трубку и нажимает на телефоне несколько кнопок.

- Охрана? Выведите из моей приемной Бодрова Владимира. Сопроводите его в отдел кадров.

Затем Роберт снова нажимает кнопки на телефоне.

- Галина Петровна? К вам сейчас охрана приведет Владимира Бодрова. Его надо уволить. Соглашение сторон. Да, с компенсациями, как полагается. Нет, пять зарплат слишком много. Пробуйте договориться на три. Спасибо.

Ручка двери дергается, пока не приходит охранник. После этого в приемной начинаются возмущенные возгласы. Затихают только после того, как Бодрова уводят.

Мой шок в шоке. Я впервые такое наблюдаю. Подобных представлений не было никогда ни на одной моей работе. Чтобы приходили к генеральному директору и вот так качали права…. Да Бодров радоваться должен, что Роберт увольняет его по соглашению сторон с выплатой компенсации в размере трех зарплат. Другой начальник на месте Роба приказал бы отделу кадров найти нарушения, опоздания и уволил бы по статье.

- А что произошло? - спрашиваю у Роберта, когда он опускается в кожаное кресло перед компьютером. Бывший муж выглядит очень уставшим.

- Да ничего, все то же самое. Объединение газеты и телеканала.

- А почему он кричал, что у него стало больше работы?

- Не знаю, может непосредственное начальство что-то навалило на него сверху. Но вообще они уже второй день приходят и что-то требуют.

Вздыхаю.

- Ладно, я пойду к себе.

- Во сколько ты сегодня освобождаешься?

- Как и вчера.

- Поедем сегодня ко мне?

Зависаю на пару секунд.

- К тебе? - удивляюсь.

- Ну да. Вчера я у тебя был, сегодня ты у меня.

Логично.

- Но я не взяла с собой никаких вещей, - развожу руками.

- Много твоих вещей осталось у меня. Ты их забыла, когда съезжала.

Я действительно много чего оставила у Роберта. Не знаю, как так вышло, наверное, невнимательно собиралась. Я обнаружила потери, когда разбирала чемоданы у мамы. Но ехать к бывшему мужу за забытыми вещами не стала. У Роберта осталась пара моих платьев, кое-какое белье, что-то из косметики.

- Ты их не выбросил?

- Нет.

- Почему? - удивляюсь.

- А надо было? - издает смешок.

- Нет, просто… Ты что, три года хранил мои вещи?

- Ну, я, конечно, не спал с ними в обнимку и не лил в них слёзы. Но и не выбросил. Как чувствовал, что ещё пригодятся.

Несмотря на представление Бодрова несколько минут назад, у Роберта появилось шутливое настроение, а вот я не могу его разделить. Снова вспоминаю слова Карины: «Он любит тебя». Тот факт, что Роберт три года хранил мои забытые вещи, не выбросил, о многом говорит.

Я вот выбросила его трусы, которые случайно прихватила с собой.

- Ну, раз у тебя сохранились мои вещи, и мне будет, во что переодеться, то давай поедем сегодня к тебе.

Роб довольно улыбается.

- Жду тебя в семь на парковке.

Я открываю дверь и выхожу в приемную бывшего мужа. Секретарша не сводит с меня пристального взгляда. Всё-таки противная она. Но пускай привыкает. Я теперь часто буду находиться в кабинете у Роберта. И дверь всегда будет заперта. А вообще, наверное, лучше узнать, когда она уходит на обед и уединяться в ее отсутствие.