ЭПИЛОГ

УЛЬЯНА Медленно передвигаю ногами, крадусь к выходу из комнаты, взявшись за ручку двери, оглядываюсь. Ромка, такой любимый, сильный, распластался на постели, безмятежно спит. Замираю, затаив дыхание всего на пару секунд, следом начинаю глубоко и ровно дышать. Как учили ещё с Дашей! За последние два часа, наплывает трития схватка. Воды ещё не отошли, а значит время ещё есть! Нужно разбудить тётю Галю, спокойно собраться, посетить душ, а уж после будить Рому. Я не знаю, как он отреагирует, потому не бужу. Он и так в последнее время смотрит на меня так пристально и на дне глаз такая тревога. Качнув головой, тихо выхожу из комнаты, закрыв дверь, опираюсь рукой о стену, дышу ещё глубже, другой рукой держусь за поясницу. Стою чуть меньше минуты, отпускает быстро. Впереди лестница, нужно побыстрее спуститься на первый этаж. Но вместо этого, продолжаю идти очень медленно! Пару минут уходит на то, чтобы дойти до комнаты тёти Гали. Женщина осталась с нами по просьбе Ромы, чтобы помочь мне с Дашей. Дашка! Моя малышка! Как же я боялась момента, когда нужно было рассказывать ей правду! Я передумала кучу вариантов, как объяснить всё малышке, но помог случай! Я до сих пор не знаю, что тогда подтолкнула на такую мысль! Укладывая Дашу, я потянулась за книгой сказок, как вдруг рука замерла. – Даш, а хочешь я расскажу тебе сказку, про маленькую девочку по имени Даша? – мой голос дрожал. – Её зовут, как и меня? – встрепенулась малышка, глазки загорелись азартом. – Да, – только и смогла выдавить. – Очень хочу, – и вместо того, чтобы лечь в постель, малышка присела в ожидании «сказки». По моему рассказу, Крамские и Юля стали злодеями, которые украли маленькую девочку Дашу у настоящих родителей, выдав себя за них! Мама и папа долго её искали, много плакали и однажды, им улыбнулась удача, они нашли свою девочку и приступили к плану её спасения! Во многом мне пришлось солгать, но при этом я не испытывала чувство стыда и преступления в своих действиях! Я возвращала своего ребёнка! Рассказывая «сказку», я не стала менять имена, специально, чтобы Даша поняла, про кого эта «сказка». Под конец не смогла сдержать слёз, они ручьём потекли из глаз. Я видела, на сколько Даша сообразительная, но не думала, что она так быстро поймёт. Маленькие глазки наполнились слезами, не решительно, малышка подползла на коленях ближе. – Ты моя настоящая мама? – обхватив моё лицо ладошками, прошептала дрожащими губами. В ответ закивала головой, сказать, что-то не получалось. Мы ревели обе, громко, к нам в комнату вбежала Галина Михайловна, а после на костылях, прискакал и Ромка. Его в то время уже выписали из больницы, и мы вернулись в Москву в нашу квартиру. Нас успокаивали больше часа, Ромка метался между мной и Дашей, то обоих обнимал, то по очереди, легко отозвался на Дашин зов «папа», словно она и правда была его родной дочкой! Спать в тот вечер мы легли очень поздно! Тётя Галя, бурю перенесла намного спокойнее, она тихо радовалась и не бросалась утирать нам слёзы, как Кравцов. Утро было тревожным, я боялась, что Даша взбрыкнёт, потребует отвезти её к Крамским, но нет! Она приняла нас, возможно по тому, что жила с нами почти два месяца и уже привыкла? А может тому посодействовал Рома? Он с первых дней окружил Дашу такой заботой и вниманием, да так, что Даша забыла о Стасе и Юли, перестала их вспоминать, просить позвонить. Этой загадки нам не разгадать! Тихо постучалась в дверь комнаты Галины Михайловны, и не дожидаясь, когда женщина выйдет, сама зашла в комнату. – Уля? Ты чего, детка? – присела в постели тётя Ромы. – Началось, тётя Галя, – сообщаю женщине, поглаживая живот. – Рому разбудила? – резво поднимается из постели. – Нет, – качаю отрицательно головой. – Ну и правильно, пусть ещё поспит, от него сейчас толку никакого, только мешаться будет, – быстро накидывает халат, просовывая в рукава руки. Хотела развернуться и пойти в душ, как по ногам ручьём потекли воды. – Ох, – срывается с губ. – Только без паники, сейчас помогу тебе принять душ, и будем собираться, – на удивление спокойным голосом. Как хорошо, что эта женщина рядом! Даже представить не могу, чтобы без неё сейчас тут было! – Уля, иди ко мне в душ, а я за твоими вещами схожу, – мягко подталкивает к двери ванной комнаты. Слушаюсь беспрекословно, воды ещё отходят, неприятно, но не смертельно! Без резких движение, захожу в ванную, снимаю ночную рубашку, настраиваю воду, перешагиваю через небольшой бортик душевой. Волосы решаю не мыть, на сушку времени нет. – Там Ромка проснулся, – заходя ко мне, сообщает женщина, – сразу понял всё, побледнел, заметался, уже врачу звонит. Ну вот, сейчас сюда прибежит! Тётя помогает принять душ, сама вытирает меня, что ребёнка. Из ванной комнаты выхожу в одном полотенце и сразу встречаюсь с глазами мужа. – Ты как? Ох как голос его дрожит! – Нормально, а вот ты нет! Если не возьмёшь себя в руки, я поеду в роддом на такси, а ты останешься дома, – кидаю угрозу. Лицо Ромы вытягивается, не ожидал он такого услышать. – Нет, Уль, я тебя повезу, никому другому не доверю, – качает головой, – дай мне пять минут, и я буду в норме, – подходит вплотную, склоняется, целует в губы, нежно-нежно. – Обещаешь? – смотрю в глаза, там такая тревога. – Обещаю, – кивает, а руки на моём животе подрагивают. Может и правда вызвать такси? – Я водителя вызову, он быстро приедет, ты Рома за руль не сядешь! – вещает тётя. – Идиот! – бормочет Рома, – совсем мозги отключились, вызывай, тёть Галь, всех вызывай, – поворачивается к родственнице. Кажется, не только у Ромы мозги поплыли, про водителя и я забыла. – Не переживай, кого надо вызову, а ты давай помогай Ульяне одеться, а я пока вещички соберу, – кидает через плечо, выходя из комнаты. Вот как! Вещи и правда ещё не собраны, этим я завтра собиралась заняться, но наш сынок решил не ждать ещё неделю и появиться на свет! – Всё хорошо, Ром, – улыбаюсь мужу и тут же прикрываю глаза. Очередная схватка. Судя по прошедшему времени, они учащаются, это хорошо, так и должно. – Уля? – обхватывает меня за плечи. Носом утыкаюсь ему в грудь, пальцами хватаюсь за футболку, сжимаю её в кулаки. Сдерживаю стон, чтобы ещё больше не пугать Кравцова. Нужно переждать, боль быстро уйдёт. – Нормально, Ром, – выдыхаю слова, – помоги мне одеться, – отстраняюсь. – Давай, – кивает и придерживая за плечи, ведёт к кровати тёти Гали. На улице холодно, идёт снег. Мысленно благодарю Галину Михайловну, когда вижу, какую одежду она выбрала для поездки в роддом. Тёплая, брючная пижама. Ромка не успокаивается, руки его продолжают дрожать, взгляд с меня не сводит. Уже не успокаиваю, бесполезно это! Пока не рожу не успокоиться! Мы успеваем вперёд Галины Михайловны, покидаем её комнату, в гостиной Рома усаживает меня на диван, сам опускается на корточки, ладошки мои перехватывает, в своих сжимает. – Может ты дома останешься? – что-то страшно его собой брать, а если в родовую попрётся? Он несколько раз заводил разговор о совместных родах! И каждый раз получал отказ! Не готова я на такое! – Нет, Уля, я рядом буду, – сказал, что отрезал! Вот же упрямый! – В коридоре будешь ждать! – говорю и ловлю его нахмуренный взгляд. Он явно хотел, что-то сказать, но новая схватка перебила. Водитель прибыл быстро, тётя Галя спустила два небольших чемоданчика, в одном мои в другом детские вещи. Ромка помог обуться, и не дал идти до машины, подхватил на руки. До больницы ехать не меньше сорока минут, из квартиры было бы быстрее, но пару месяцев назад, Рома перевёз нас в купленный дом. В пути схватки стали чаще, Ромка сидел рядом, помогал перенести боль, гладил поясницу, шептал ласковые слова, постоянно прижимался губами к виску. Невольно вспомнила, как было с Дашей, как вёл себя Стас. Тот тоже переживал, но не так как Рома, был более скуп, от стонов не вздрагивал, только за руку держал и просил терпеть. Сам меня в больницу не повёз, вызвал скорую, в роддом он поехал, но в коридоре не сидел, уехал домой. Но я даже не обижалась, всё было как-то по-другому! Стас. Судьба наказала и его и его отца. Конечно, это случилось благодаря Роме, но главное они несут наказание! Бывшего свёкра посадили на пятнадцать лет, совсем стариком выйдет на волю. Стас же последовал за отцом, правда срок у него на половину меньше. Жизнь после тюрьмы у них будет очень тяжёлая. У них изъяли практически всё! Осталась одна квартира, в которой мы когда-то жили. Ну хоть не бомжом будут скитаться, хотя не жалко. Он сам виноват во всём, что с ним случилось. В роддоме нас встречают, Ромка же предупредил. Меня сразу забирают, Кравцов рвётся следом, торможу, кричу этому упёртому, чтобы не смел появляться на родах. Врач просит Рому не волновать меня и дожидаться в коридоре, а лучше и вовсе домой поехать. Нет, конечно, не поехал, но рваться со мной перестал. На стул упал, обхватил голову руками. С Дашей было легче, она у меня кнопкой была, а вот сынок… постарался Кравцов! Сын в папу, крепенький, характер сразу продемонстрировал. Долго плакать не стал, смотрел так хмуро, словно всё понимал, у медперсонала смех вызвал. В палату меня через пару часов перевели, а там сюрприз, Кравцов старший, младшего на руках держит. – Ульянка, девочка моя, – засуетился муж, сына в кроватку положил, рванул ко мне, – спасибо за сына, любимая. – И я тебя люблю, – голос хриплых, мои крики, наверное, весь роддом слышал. Спать хотелось ужасно, Артёмка вымотал. Кравцов уложил меня на кровать, сам прилёг рядом, пальцами обрисовывал контуры лица, то целовал, то шептал ласковые слова. Сынок спал, вскоре уснула и я. В больнице мы провели четыре дня, Ромку было не выгнать, он отлучался на пару часов, и вновь возвращался. Учился ухаживать за Тёмой, менял подгузники и даже не морщился, держал столбиком после кормления. Встречали нас весёлой толпой! Тётя Галя с Дашей, Вова и Настя Ветровы с детишками. У всех были цветы и шарики. Больше всех горланил поздравления Ветров, словно это его сын родился! Настя закатывала глаза и улыбалась, мы с ней успели подружиться. Она шикала на Вову, но тому было не до нас! Он радовался за друга! Три маленьких девочки пищали показать им маленького Артёма, Кравцов тут же присел на корточки, показывая Даше и дочкам Ветрова нашего богатыря. И всё было хорошо, три месяца счастья и тишины, а потом я заметила странное поведение Ромы. Из его кабинета стал доноситься грубый голос, он с кем-то ругался по телефону, после был хмур и расстроен, хоть и пытался скрыть это от меня. Страх сковал душу, почему-то сразу подумала про Крамских. Неужели мстить начали? – Ром, у нас всё хорошо? – уложив Тёму и Дашу, зашла в кабинет мужа. – Всё хорошо, родная, иди ко мне, соскучился, – тут же оторвал взгляд от каких-то документов, протянул руки. – Помнишь, мы обещали рассказывать обо всё? И не важно, хорошее это или плохое? – подхожу ближе, позволяя усадить себя на колени. – Конечно помню, – кивает и пальцами пробегается по моей спине. – Ну тогда рассказывай, что случилось, и только не ври, Ром, – предупреждаю, смотря ему в глаза. – А нас правда всё хорошо… – Нет, – перебиваю, – я вижу и слышу, как ты с кем-то ругаешься, ты ходишь мрачный, давай, рассказывай, – зарываюсь пальцами в его волосы, мягко массируя кожу головы. – С отцом поругался, – отвечает Кравцов. Поджимаю губы, родители Ромы внука ещё не видели, заняты они, не могут приехать. Но что-то мне подсказывает, дело не в этом! Не нравлюсь я им, это было понятно, при первой встречи. Гадостей они мне, конечно, не говорили, а вот взгляд говорил о многом. – Чего не поделили? – всем телом чувствуя, как напрягся мужчина. – Не обращай внимания, Уль, что у меня, что у него характер тяжёлый, помиримся, – говорит Рома, но я чувствую, он не договаривает мне. – Пойдём спать? – не решаюсь дальше развивать тему. Они его родители и всегда останутся ими, говорить про них, что-то плохое или обижаться, я просто не имею право! – Идём, – подхватывает на руки, поднимается из кресла. Утром после ночи нежности и страстной любви, проводив Рому на работу, решаюсь позвонить Ветрову. Он его лучший друг, он точно должен знать о конфликте между сыном и отцом! Если это из-за меня, то… найду способ их померить! Мне очень не хватает моих родителей, уверена и Роме не хватает несмотря на то, что они живы в отличии от моих! – Ульяна, привет! – отвечает на мой звонок Ветров. – Привет Вов, я по делу тебе звоню, – прочищаю горло, во рту всё пересохло. – Это интересно по какому? Что за дело, с которым не может справиться Роман? – Вов, ты его лучший друг, и я уверена, ты знаешь, что за ссора у Ромы с отцом, ты только не ври мне, скажи честно, хорошо? – перехожу сразу к дело, нет смысла медлить и вести пустой разговор. Ветров молчит практически с минуты. – Ромка меня придушит, – произносит, как-то обречённо. – Он не узнает, Вов, а вот я должна знать, что происходит?! Он уже больше недели сам не свой, расскажи, что там случилось? – нервно расхаживаю по комнате. – Ульян, только давай договоримся, ты волноваться не будешь, помни, ты кормящая мама… – Вов! Давай без вот этого! Я сейчас волнуюсь, от неведения, что происходит! – перебиваю Ветрова. – Хорошо, слушай… Рассказ Вовы меня не удивил, конечно, расстроил, но не удивил! Я сразу поняла, что не пришлась ко двору родителям Ромы, но тогда я была женой по договору, теперь же я настоящая, любящая и любимая жена! У нас растёт сын, Даша понятно, не родная, но Тёма родной внук! – У них годовщина свадьбы, они Ромку одного зовут, а он не в какую, либо с семьёй, либо никак. Вот у них новый скандал произошёл. Он даже приехал лично уговаривать Ромку, чтобы он полетел с ним. – Спасибо, Вов, – стараюсь говорить спокойным голосом. – Да не за что, Ульян, – слышу, как Ветров вздыхает, – если честно, то я их не понимаю и наверное никогда не пойму, я сам отец и для меня главным будет не социальный статус зятьёв, а то, что мои дочки будут счастливы. – Я такого же мнения, но видимо у них оно другое, – закусываю губу, мне до ужаса жалко Рому! Получается он пошёл против родителей, держит натиск, оберегает меня от гнева родителей. – Вов, – зову Ветрова, сейчас со мной происходит тоже самое, что было с Дашей в момент, когда я придумала рассказать ей «сказку» про злодеев, – помоги, устрой мне встречу с Сергеем Игоревичем… – Что? Ульян, даже не проси, мне Ромка точно голову с плеч снесёт! – Вов, помоги! Прошу! Это важно! – Да чтоб тебя! Кравцова, ты у муженька упорству научилась? – Он хороший учитель, – не могу сдержать улыбке, понимаю, что Ветров поможет. – Когда ты хочешь с ним встретиться? – бурчит недовольно. – Сегодня, Вов, сегодня! Не стоит оттягивать такие дела, я попробую, а там, будь, что будет! – Я перезвоню! – гаркает Ветров и отключается! Убираю телефон в карман халата, иду к детям. Ветров перезвонил через час, и велел собираться, сказал сам повезёт меня и будет держаться рядом, не доверяет он старшему Кравцову, мужик он вспыльчивый, может и обидеть! Неужели руку может поднять на женщину? Не верю! Успеваю собраться за полчаса, одеваю Тёму, прошу тётю Галю присмотреть за Дашей. Конечно мне летят вопросы, куда я собралась, приходиться рассказать женщине всю правду, а так же попросить ничего не рассказывать Роме. Поджав губы, Галина Михайловна соглашается. Вова приезжает точно через пол часа, он ворчит всю дорогу, но везёт! Ехать долго не приходится, машина останавливается около одного престижного ресторана. – Я попросил Сергея встретиться со мной, он не знает, что ты будешь… – Нормально, правильно, что так сделал, а то мог и не согласиться? – Угу, – подтверждает мою догадку. – Ну тогда пошли, будем знакомить деда с внуком. Собираю всю волю в кулак, выбираюсь из машину, вытаскиваю из люльки Тёму. Такой решительности во мне не было никогда! Рома очень много сделал для меня, и я просто обязана примирить отца и сына. В ресторан захожу уверенно, неся Тёмку, а вот когда подходим к нужному столику, ноги начинают подрагивать! На меня пристально смотрят такие знакомые глаза. Вот только в них столько холода, что кровь в жилах стынет. – Добрый день, Сергей Игоревич, – произношу слова приветствия первой, подойдя к столику, за которым сидит мужчина. – Добрый день, Ульяна, – говорит отец Ромы, но пристально смотрит на Ветрова. – Это я, попросила Вову устроить нам встречу, разрешите присесть? – А я, пожалуй, выпью кофе, за вон тем столиком, – сливается Ветров, оставляя нас наедине. – Присаживайтесь, Ульяна, – указывает на стул на против себя, – и что же вас привело ко мне? – Ваш сын и внук, – удобнее укладываю Тёму на руках, свёкор даже не помог мне присесть, ну и ладно! Мужчина удивлённо приподнимает брови вверх. – Я знаю, что не нравлюсь вам, что вы хотели женить Рому на девушке вашего круга, возможно я действительно не достойна вашего сына, но мы любим друг друга. Вот скажите, вы женились по указки родителей, или же сами выбрали себе жену, потому что полюбили? – ноги дрожат, так же как и руки, Тёмку держу с трудом, да он ещё и не лёгкий. Сынок кряхтит, причмокивая губами во сне. – Вы с вашей супругой были из одного слоя общества? – не получив ответ на первый вопрос, задаю следующий. Разговор не клеится, отец Ромы не спешит отвечать, он смотрит пристально на Тёму. В голове вновь, щёлкает. – Сергей Игоревич, можете поддержать Артёма, – быстро поднимаюсь, обхожу столик, – мне срочно нужно в дамскую комнату, – тараторю и пока дед в растерянности от моего финта, вручаю ему внука, а сама практически бегу в туалет. Сердце грохочет, не думала, что так могу поступить! Забегаю за угол коридора, что ведёт к туалетам, останавливаюсь, заглядываю в зал, на столик за которым сидит отец Ромы. Мужчина выглядит растерянно, но так бережно держит Тёму, по тому, как шевелятся его губы, понимаю, что дед, что-то говорит внуку. Закусываю нижнюю губы, перевожу взгляд за другой столик и сразу встречаюсь со взглядом Ветрова. Друг Ромы качает головой, но на губах улыбка. Делаю пару шагов назад, спиной облокачиваясь о стену. Боже помоги! Пусть этот суровый мужчина оттает! Тёмка, вся надежда на тебя, маленький мой! Мы должны помочь папе! Жду ещё пять минут и возвращаюсь в зал. Подходя к столику, слышу воркующий голос мужчины. – Сергей Игоревич, извините, что так получилось, давайте мне Тёму, – тяну руки к сыну. – Присаживайся, Ульяна, разговор будет долгим, – не отдаёт мне Тёмку, кивком указывает на моё место. Только бы всё получилось! *** Входная дверь дома хлопает, оповещая о приходе Ромы. Подрываюсь с места, тётя Галя хватает меня за руку, показывает, чтобы я не спешила так быстро. Киваю, нервы на пределе! Шаги мужа эхом раздаются по коридору, не выдерживаю, спешу на встречу. – Привет, – улыбается муж, но видимо заметив мою нервозность, перестаёт улыбаться. – Привет, – стараюсь улыбнуться в ответ, только губы дрожат. – Ульян, что такое? – тут же напрягается. Ответить не успеваю, одновременно происходит несколько событий! Позади меня появляется тётя Галя, а из гостиной раздаётся заливистый смех Даши и мужское бормотание. Ромка напрягается ещё больше, косит взгляд в сторону гостиной. – У нас гости? Ветров пришёл? А чего не предупредил? – сыпет вопросы. – Это не Ветров, Ром, – прячу руки за спину, скрещиваю пальца на обеих руках. Даша вновь смеётся только теперь ей вторит басистый мужской. Брови Ромы взлетают вверх, глаза округляются. Не произнеся ни слова, муж спешит в гостиную, мы с тётей Галей следом. Картина открывается прекрасная! На полу в горе игрушек, сидит Сергей Игоревич с Дашей, а рядом в люльке лежит Тёма, наблюдающий за игрой сестры и деда. Заметив Романа, свёкор широко улыбается. – Здравствуй, сын, – басит мужчина, держа в руках пупса Даши, – спасибо за внуков, сын, и за жену твою, она у тебя умница и прости, что сразу не понял, как был не прав. Мама завтра прилетит, мы нашу годовщину будем в кругу семьи праздновать, разрешишь устроить пир в твоём доме? – Конечно, пап, двери нашего дома для вас всегда открыты. Всё получилось, родители и сын помирились. Разговор со свёкром оказался вовсе не долгим, он задал несколько вопросов, и самым первым был «Как сильно вы любите моего сына, Ульяна?». Сильно, очень сильно! Он мой ангел хранитель, он самый дорогой мужчина на свете, не считая Тёмки. Весь вечер Рома и слова мне не сказал, вёл себя, как обычно, но вот ночью, оставшись наедине, отшлёпал за самоуправство, а позже любил, так, как только он умеет! Искренне и горячо! Конец.